Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты




Главная страница сайта

Андрей ФЕДЮШИН
(Симферополь)



А  ПОТОМ   БЫЛO   ЗАВТРА

«Новое утро превратилось в кошмар. Голова, правда, болела еще вчера, а вот диарея (как премьерный спектакль) дала о себе знать часов эдак в пять утра. На третьей перебежке от кровати к унитазу я опоздал. Широко расставляя ноги, словно маленький ребенок, шатающейся походкой я пошел в ванную. Там я быстро разделся, произвел процедуру омовения и вернулся в комнату. За мое отсутствие в комнате что-то изменилось. Я старательно пытался понять что и наконец увидел сидящую под батареей маленькую девочку в белом платьице. «Добухался», – подумал я и ущипнул себя за руку. Девочка не испарилась. Я нервно закурил сигарету и подошел к ней ближе. Девочка сидела без единого движения, прижав колени к груди и обхватив ноги руками. Взгляд ее был устремлен в пол. Я опустился на пол возле нее.
– Ты откуда взялась?
– …
– Ты что, из дома сбежала?
– …
– Ты правда молчишь или это у меня с похмелюги слух пропал? – Я старался говорить как можно дружелюбнее.
– Не пей больше, – шепотом сказала она и мельком посмотрела на меня. – Не нужно.
– Да нет, ты не подумай, я не алкаш какой-нибудь. Просто люблю под настроение, так, за компанию.
– Хочешь, я сделаю так, что ты никогда не будешь пить и освободишь свою душу от этой грязи?
– Ни за что! – завопил я.
– Боже мой, ты и впрямь балбес!
– А ты мне не груби! Кто ты вообще такая?
– Я твой неизрасходованный сгусток положительно заряженной энергии. Короче, талант твой. Понял?
– Где же ты раньше была, когда я девкам на танцах на ноги наступал или когда я стихи писал, а меня матом крыли, мол, что это за строчка такая: «Я тебя между ног своим сердцем согрею». Где была-то?
– Я до последнего надеялась, что ты сам отыщешь меня. Но тебе всегда не хватало времени на меня!
– Да ты бы хоть намекнула, что ли?
И вдруг она заплакала.
– Эй, не плачь, малышка.
– Отстать, – проревела она сквозь слезы. – Я всегда помогала тебе и охраняла тебя. Вспомни, ты ведь в школе ни одного стихотворения толком не учил, а все их на пятерки рассказывал. А когда ты программу вступительных экзаменов перепутал и вместо русской литературы учил теорию марксизма – ленинизма. Но все равно сдал экзамен на «отлично», заменяя Ленина Пушкиным, Толстым, Достоевским. Что, вспомнил?
– Вспомнил, – с грустью выдохнул я.
– Ты никогда не замечал меня! Это ведь я постаралась, чтобы ты, каждый раз возвращаясь вечером домой, случайно находил в кустах сначала гитару, затем баян и в конце концов рояль с самоучителем. Но ты был равнодушен ко всему и пропил все, даже самоучитель.
– Конечно пропил!!! Я ж ведь не знал, что спустя три дня ко мне в квартиру одновременно вломятся сторож фабрики музыкальных инструментов, преподаватель музыкальной школы и папа мальчика-пианиста. Я потом неделю в реанимации лежал.
– Извини, я тогда была только на первом курсе небесной академии и еще не умела делать вещи из ничего.
– Проехали. Зачем я нужен тебе сейчас? Девочка, я конченый человек.
– Нет, ты еще способен… – робко прошептала она как бы не мне.
– Способен на что?! – рявкнул я.
– Ты должен написать колыбельную песню, – уже сквозь плач сказала она.
– Какую еще песню? Я тебе русским языком повторяю, что рядом с тобой сидит быдло, мудак, абсолютный ноль, который может только тискать баб и жрать водяру. У меня собаки и той нет.
– Но ты должен, – всхлипывала она.
– Кому и что я должен? Я никому ничего не должен!
– Нет, ты должен написать колыбельную и прочитать ее одному маленькому мальчику.
– Какому, на фиг, мальчику?
– Его зовут Миша. Ему семь лет, и он смертельно болен. Его сердечко будет биться совсем недолго, и сегодня вечером он умрет.
– Да, мне жалко его. Но чем я могу помочь? Я не врач.
Девочка вытерла слезы и почти приказным тоном сказала:
– Этот малыш очень боится, ему страшно. Вот уже пятый день у него высокая температура. Родители в отчаянии. Но самое главное в том, что он боится умереть, так и не услышав колыбельной песни, и ты должен написать ее для него.
– Но как я смогу прочесть ее этому мальчику?
– Все очень просто: ты напишешь песню, ангелы возьмут ее из твоего сердца и споют Мише. Поэтому ты должен вложить в эту песню как можно больше своей души. И помни: у тебя в распоряжении время до семи часов вечера. Прощай.
Девочка превратилась в белую бабочку и вылетела в форточку. Я поднялся на ноги и пошел в кухню. Боль вернулась в голову, и я подумал, что неплохо было бы опохмелиться. Но только я поднес стакан к своим губам, как в нем засветились маленькие огоньки, и налитая туда водка в одно мгновение превратилась в горсть спелых сочных клубничек. Подобная метаморфоза, как выяснилось потом, произошла со всем алкоголем, что бы в квартире. Я, конечно же, догадался, чьих рук это дело, и хотел было рассердиться. Но в моем мозгу промелькнула комната маленького мальчика с маленьким ночным светильником и плюшевым медвежонком, прижатым к груди.
Не осознавая себя, я метнулся в комнату, достал лист бумаги и ручку и начал писать. Строчки сами собой вытекали из-под стального пера. А я, не воспринимая окружающий меня мир, лишь изредка отрывал глаза от листа. В моей голове, как в процессоре компьютера, происходили тысячи операций по сопоставлению слов и интонаций и одновременно всплывали воспоминания из прошлого, а может быть, уже из будущего.
Пот жирными каплями проступал на лице. Пальцы руки, казалось, срослись с авторучкой, а сердце и разум в предвкушении неминуемой победы слились в один органический секундомер. И вот она – последняя строчка. Все!
Я завершил работу даже раньше, чем нужно. Сейчас только шесть часов, и у ангелов есть еще целый час, чтобы успокоить малыша. Я аккуратно сложил листы и размял пальцы. Часы показывали пятнадцать минут седьмого. Ну где же эти ангелы? Они же могут опоздать. Этого нельзя допустить, нужно идти самому. Но куда? Вдруг мои размышления прервал женский голос, доносившийся, очевидно, с балкона соседей снизу.
– Господи, Саша, я так боюсь за него, он совсем ничего не съел. Температура не падает. – Женщина еле сдерживала себя, чтобы не заплакать.
Услышав это, я почувствовал, что мое сердце бьется настолько быстро, что может взорваться. Вот в чем заключается моя цель. Ангелы не собирались приходить, это все мне привиделось. Но привиделось для того, чтобы напомнить о том, что в мире есть не только мое «я», в мире есть и другие люди, которые нуждаются в помощи. Схватив рукопись в руки, я вскочил со стула и рухнул на пол. От долгого сидения ноги буквально окаменели. Опираясь на руки, я дополз до входной двери. Лихорадочно повернул замок и вывалился на лестничную площадку. Дальше предстояло самое сложное – спуститься по лестнице. Схватившись руками за перила, с рукописью во рту, я медленно сползал вниз. Очутившись около квартиры соседей, стал барабанить в дверь. Звонок находился слишком высоко. За дверью послышались шаги.
– Кто там?
– Впустите, это срочно.
Дверь распахнулась. На пороге стояла немолодая семейная пара. Видно было, что они давно не спали и очень устали.
– Мне срочно нужно увидеть вашего сына. Я понимаю, что это звучит немного странно, я… из местной церкви и хочу поговорить с вашим Мишенькой. Я не сделаю ему ничего плохого.
Женщина, заплакав, удалилась в комнату. А мужчина поднял меня на руки и понес в комнату к мальчику. Посадив меня в кресло, он подошел к кроватке сына.
– Мишенька, ты меня слышишь? Этот дядя хочет поиграть с тобой, потому что ему грустно быть самому. Пожалей его.
– Извините, – произнес я, – не могли бы вы оставить нас на несколько минут. Все будет хорошо, я обещаю.
Мужчина посмотрел на мальчика и вышел из комнаты, закрыв дверь. Я на коленях подполз к кроватке:
– Мишенька, не бойся меня. Я знаю, тебе сейчас очень тяжело, но скоро будет очень хорошо. Я прочитаю тебе колыбельную. Ты ведь любишь колыбельные?
– Не знаю, я никогда их не слышал, но очень хочу услышать, – голос мальчика был совсем тихим и сопровождался легким хрипом.
Я развернул рукопись, открыл страницу и начал читать. Моя рука инстинктивно сжала его руку, голос совсем не дрожал, и слова мягко вытекали изо рта. Мальчик слушал, и время от времени его глаза загорались двумя яркими звездочками. Я чувствовал, как бьется его маленькое сердечко и как велико его желание жить. Колыбельная захватила нас и сделала одним целым. Я читал и чувствовал, как малыш успокаивался и уже умиротворенно слушал новые строчки...».
– Ну что он там так долго? – нервничала женщина. – Что он делает с нашим мальчиком? Я больше не могу ждать, вдруг ему плохо?
Она быстрым шагом пошла в комнату, муж пошел вслед за ней. Они открыли дверь:
– О Господи, Мишенька, сыночек! – Мальчишка бегал по комнате, держа в руках игрушечный самолет. Румянец украшал его личико. Женщина схватила его на руки и прижала к себе.
В углу комнаты, в кресле, сидел немолодой мужчина с пачкой листов в руке, глаза его были закрыты, сердце уже не билось, но душа его была спокойна и чиста.


   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики