Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Елена Морозова
г.Донецк, Украина

Начало (Фанданго № 11)
Продолжение (Фанданго № 12)
Продолжение (Фанданго № 13)
Продолжение (Фанданго № 14)
Окончание (Фанданго № 15)

ТАКСИ ДЛЯ ПАРВАТИ
      

Глава 1
Сад

       — Зачем я это делаю? — подумала Парвати1.
       Она отложила садовый инструмент и пошла по гравиевой дорожке к дому. По пути еще раз тревожно оглянулась на очищенный за вечер участок Сада. Уже несколько дней Парвати усердно трудилась, выкорчевывая бледную трубчатую поросль. Сад обступал ее плотным кольцом. Ветви сплетались над головой и заслоняли от убийственно палящего солнца.
       — На этой планете солнце слишком агрессивно! Неудивительно, что здесь никогда ничего не росло.
       Привычка говорить вслух появилась на второй год проживания в Офисе.
       За сплошной изгородью плоских голубых кактусов начиналась мертвая пустыня. Окинув взглядом песчаный горизонт, Парвати вошла в дом. В холле, отделенном от Сада стеклянной перегородкой, она упала в кресло. На столике стоял апельсиновый сок. Парвати залпом выпила теплую жидкость. Все. Мартышкин труд! Завтра утром поросль появится снова… Мне не справиться! Еще неделю назад, да, примерно неделю, ее не было так много, а сейчас она везде… Везде! Странный вид.
       Парвати включила монитор, отыскала курсором окошко поисковика, и Google послушно развернул перед ней ленту ссылок... Ничего похожего. Трубчатый полый стебель. То, что можно было бы принять за листья, скорее походило на лапы зверя — такие же когтистые. Девушка вытащила из кармана рабочего комбинезона уже увядший сорняк, провела зазубренным краем листа по ладони — острый…
       Вечером того же дня, проверяя систему орошения, Парвати дошла до самого дальнего края Сада. Над небольшим хозяйственным строением, практически закрывая его ветвями, возвышался куст бузины. Он обильно цвел пышными белыми зонтиками. Ветви по-барски ложились на землю. Парвати приблизилась к пенному изобилию куста, но тут же отступила: за ним росло нечто странное, негармоничное, немыслимое для тонкого вкуса Творца-Воина. Толстый темный стебель пузырился, словно под его кожей пульсировала жидкость. Грубые крючковатые листья скукожились…
       Парвати вскрикнула и кинулась к дому.
       Что это за злобное существо? Неужели Сад больше не подчиняется ей? Неужели планету придется оставить? Если она сообщит в Центр о том, что здесь происходит, Офис немедленно ликвидируют, а значит, придется все начинать сначала — планировать, оживлять пространство, гармонизировать его. Сколько времени потрачено впустую. Нет! Не буду торопиться.
       Парвати запустила программу по Творению Сада и еще раз внимательно просмотрела один за другим все пункты.
       — Вначале — вода. Вода — в основе. Не море, скорее, озеро. Затем — яйцо… Вода собрана воедино... Разлом ровно посередине… Твердая основа… Все правильно, — бормотала она. — Первое дерево — цветок лотоса. Распочкование по линиям эллипса…
       С этого дня Парвати заперлась в доме и решила на время прекратить бессмысленную борьбу по уничтожению зловредных сорняков, листала страницу за страницей электронных журналов, надеясь найти хоть что-нибудь, что походило бы на неизвестное растение. К стеклу террасы она больше не подходила.
       Стемнело. Парвати включила свет. Тихо лилась ее любимая инструментальная музыка. Девушка знала: стоит подать сигнал в Центр, как на планету тут же вышлют ликвидационный отряд. Даже если атмосфера планеты будет отравлена ядовитыми испарениями, ее уведут по воздушному коридору в безопасное место. А итог? Пять лет исследовательской работы, а в результате — полный проигрыш.
       На экране появилось изображение Арджуны, ее друга. Арджуна с женой поселились на соседней планете — несколько часов лета на межофисном такси. Молодой человек был одет в белую спортивную куртку, из нагрудного кармана которой торчал небольшой инструмент, похожий на миниатюрные плоскогубцы; светлые волосы на макушке топорщились ежиком.
       Арджуна выглядел обеспокоенным:
       — Па, ты куда пропала? У тебя все в порядке?
       — Не беспокойся. У меня все в порядке, — Парвати заставила себя непринужденно улыбнуться: малейшая утечка информации — и Офис тут же возьмут на заметку в Центре, а ей самой не позволят остаться здесь даже на сутки.
      Все это делалось в целях личной безопасности Творцов-Воинов, в число которых входили Арджуна, его жена Лолита и Парвати. Троица дружила еще со студенческой скамьи. Их специализация «Райские планеты» на факультете «Творение внеземных цивилизаций» еще каких-то полвека назад считалась самой романтической и опасной, но в последние годы из-за тщательного надзора она превратилась в обычную рутинную работу. Никакой инициативы. Жесткий контроль. За нарушение правил Творца-Воина отлучали от исследовательской работы и высылали на фермы-питомники выращивать безобидную фауну для необитаемых планет.
      Парвати решила пока не говорить друзьям о событиях последних дней. Сейчас главное — сохранить тайну и выиграть время. Но ей плохо удавалось скрыть волнение.
      Арджуна не сводил с нее пристального взгляда.
      — Ты обещала приехать еще на прошлой неделе. У тебя все в порядке?
      — Обязательно встретимся. Чуть позже. Прости. У меня молоко закипело на плите, — Парвати в спешке отключила монитор и бросилась к двери.
      Там что-то с грохотом обрушилось на стекло.
      — Так я и думала! — вскрикнула девушка.
      Огромный трубчатый экземпляр приник листьями к стеклу и царапал его шипами, словно пытался проникнуть внутрь.
      — Ну что ты, мое милое? Чего ты хочешь? Глупое, думаешь, ты и меня съешь, как те несчастные деревья? — испуганно шептала Парвати.
      Пузырьки на стебле пульсировали. За приникшим к стеклу растением сгустилась тьма. Сад больше не походил ни на одну из картинок ее учебника «Райские Сады». Похоже, эти уродцы истребили все насаждения. Девушка обреченно вздохнула, отвернулась от окна, но тут же в ужасе отступила, почти упала в кресло — в деревянной кадке, которая стояла в углу холла, из под корня росшего в ней фикуса выглядывал маленький стебелек с детскими лапками.
      Парвати медленно приблизилась. Интуитивно протянула руку — вырвать растение, но в последний момент замерла. Неожиданно для себя самой, почти машинально, она взяла кувшин с водой и полила сухую землю. Бледное маленькое тельце испуганно жалось к фикусу.
      И тут, сама не понимая, зачем это делает, Парвати склонилась над тощим растеньицем и стала говорить с ним. Она говорила обо всем, что приходило в голову: о том, что в детстве у нее был четырехлапый друг по кличке «Стоп», который, когда его подзывали, мчался на зов так, что задние лапы обгоняли передние; о родителях, которые улетели на планеты Светлых Путей, когда ей было всего пять лет, да так и не вернулись; о своей мечте построить Райский Сад; о красоте здешних барханов и доверии пространства…
     
      Малыш, так Парвати назвала растение из кадки, рос быстро. От фикуса уже не осталось и следа.
      Прошел день, два, три, и еще день.
      — Да будет воля твоя, Сад, да будет воля твоя! — твердила она по утрам, с любовью поливая Малыша.
      В тот день Парвати встала, как обычно, рано. Что-то изменилось… Запах! По всему холлу разливался легкий аромат ванили. Она выглянула… и остолбенела. Ее Малыш зацвел. Еще накануне вечером из пузырьков на стебле проклюнулось нечто, напоминающее почки, а сейчас крохотные розовые цветы с белыми венчиками густо усеяли стебель, распространяя тонкий аромат.
      Парвати рванулась к двери. Широко распахнула ее. И радостно засмеялась — Сад зацвел!..
      Вскоре сочные плоды густо облепили ветви, а те — под тяжестью оранжево-розовых шаров — опустились вниз. На вкус фрукт был похож на персик, но внутри вместо большой косточки пряталась горсть мелких темных семечек. Теперь можно и к Арджуне с Лолитой слетать! Парвати ликовала.
      На столе зазвонил телефон — прямой вызов Отдела.
      Голос дежурного звучал сухо:
      — Творец Парвати, у вас все в порядке? Вы пропустили контрольный выход на связь.
      — Да, у меня все в порядке! В этом году в Саду большой урожай фруктов. Закажите мне, пожалуйста, грузовой контейнер для отправки плодов на Землю.
     

Глава 2
Ушастики
     
      Компактное желтого цвета межофисное такси зависло у ворот, подняв в воздух облако песчаной пыли. Парвати еще раз с тревогой оглянулась на Сад. Ее не будет всего несколько дней — не стоит так волноваться.
      Пилот, светловолосый молодой человек, распахнул дверцу машины и с готовностью помог погрузить небольшой ящик с фруктами. Парвати еще утром сложила в него спелые плоды, аккуратно завернув каждый в салфетку, — гостинец для Лолиты и Арджуны.
      — Куда летим?
      — Офис 435, — она вежливо кивнула желтой форме с фирменными нашивками Бюро перевозок и, прикрыв глаза, откинулась на спинку сидения.
      Водитель включил музыку. Девичий голос запел о розовых закатах мыса Любви. Песенка была из списка, рекомендованного для пилотов: в однообразной многочасовой рутине межпланетных перелетов всякое приходит в голову, а музыка повышала эмоциональный настрой. Парвати приоткрыла глаза — за окном такси все та же светлая туманность. Снаружи периодически Снаружи что-то периодически шелестело.
      Офис 435 — небольшая планета, сплошь покрытая сухим красным песчаником. Горная. Безжизненная. Оазис ее друзей — единственный островок живой природы на тысячи километров вокруг. Как радовались они, когда получили распределение рядышком — два часа на такси по воздушному коридору — почти что за углом.
      Пилот, заметив, что соседка открыла глаза, приглушил звук — он не прочь был завести разговор, но, увидев ее задумчивость, не стал беспокоить.
      На Парвати был теперь не повседневный комбинезон, очень удобный для работы в саду, а белое платье, туфли с пряжками, в руках — сумочка. Белый цвет подчеркивал красоту ее волос, которые тяжелыми темными волнами падали на загорелые плечи. Этот наряд Парвати выписала накануне по модному каталогу специально для встречи с друзьями. Разнообразные торговые фирмы вкладывали рекламные проспекты в каждую партию хозяйственного груза, присылаемого с Земли.
      На визитке, косо торчавшей над монитором, большими буквами было вытеснено имя водителя. Парвати решила, что пилот, возможно, в курсе последних новостей. Постаравшись придать голосу равнодушный тон, она поинтересовалась:
      — Бима, а чем закончились выступления Хозяев, их требования были удовлетворены?
      — Нет. Полный проигрыш. Все права окончательно переданы Бюро перевозок, — начал он охотно, но потом удивленно добавил: — Но это же  новости месячной давности!
      Парвати кивнула.
      Внешний мир как будто перестал существовать для нее в последнее время. Слишком важен был для нее Сад. Но и требования, выдвинутые Хозяевами, непосредственно касались ее интересов. Проигрыш означал очередное повышение цен. Живя не на Земле, а на маленькой планете, в той части Солнечной системы, куда не летают ни большие просторные гостиницы-лайнеры с туристами, любителями экзотических путешествий, ни тяжеловесные грузовые корабли с рабочими или техникой, ни даже рейсовые межпланетные маршрутные машины, а лишь такси по вызову, Парвати вынуждена была постоянно пользоваться услугами Бюро.
      Бюро перевозок — одна из структурных единиц многофункционального искусственного образования, которое во всей Галактике называли кратко: Центр. Центр был полностью автоматизирован и идеально справлялся с задачей управления всеми подчиненными структурами. Как-то само собой получилось, что Центр уже несколько лет обходился без участия людей.
      Парвати близко соприкоснулась с Отделом образования, который возглавлял легендарный профессор Юдхиштхира — старик неопределенного возраста, владеющий многими талантами, или «сидхами», как говорили студенты, то есть мистическими способностями. Молодежь уважала старика. Юноши и девушки пересказывали друг другу невероятные истории с его участием, а некоторые из них даже вошли в учебники по завоеванию космического пространства.
      Рассказывали, что однажды он заплыл в океан на молочной планете, и от блаженства начал менять форму и увеличиваться в размерах. В таком виде его сетями выловили местные рыбаки и долго не могли понять, что за огромную рыбину они вытащили, но, когда коснулись его, то впали в транс, а потом вспоминали, точнее, хвастались, как они вытащили из вод самого Бога Океана.
      Рассказывали, что однажды, когда Юдхиштхиру взяли в плен аборигены планеты Воинов Тьмы, он превратился в сотню всадников, каждый из которых держал в руках оружие точечного поражения. За несколько минут войско планеты было истреблено, а великий Юдхиштхира снова стал одной личностью и спокойно ушел, переместив себя в другое пространство.
      Ах, студенческие годы — легкие и занимательные, без особой ответственности, но с большой надеждой на что-то счастливое в будущем. Пять лет пролетели незаметно. Сад рос и гибко подчинялся ее воле. Парвати ежемесячно отчитывалась Центру, точнее — Отделу внеземных строительств, а еще точнее — чиновнику Отдела. Но чувствовалось, что за каждым чиновником стоит мощный интеллект Центра.
      Ей, как Творцу-Воину по образованию и по духу, претило подчинение всевозможным указаниям и инструкциям. Парвати мечтала создать Райский Сад, заселить планету переселенцами, например, жителями планет Вулканов, страдающими от постоянных землетрясений и пожаров.
      Ее работа, работа Творца-Воина, — подвижническая. Ни одного серьезного сбоя в Творении за пять лет. То, что Сад проявил волю, явилось для нее неожиданностью, и в  душе родился страх, неуверенность. А если чиновничий Центр ликвидирует Офис из-за того, что процесс вышел из подчинения программе? В любом случае, она больше не могла сама с этим справляться. Ей нужен был совет.
      За ним и летела к Арджуне с Лолитой.
     
      Парвати выпрямилась. В салоне что-то изменилось. Шорох. Исчез шорох за окном. Стрелка на передней панели больше не двигалась. Бима неотрывно следил за экраном монитора. Она в тревоге прильнула к стеклу:
      — Что-то случилось?
      — Да! Мы стоим, — голос пилота прозвучал глухо, он не хотел пугать пассажирку, но должен был сказать правду. — Уже две минуты, как машина полностью остановилась. До выхода из коридора и приземления — пять минут, до его полного сворачивания — двадцать. У нас мало времени.
      — Какая-то неполадка? — Парвати не отрывала взгляда от мертвой стрелки.
      Бима нагнулся и вытащил из-под сидения два запечатанных желтых пакета.
      — Возьмите. Здесь спасжилет и маска. Наденьте. К сожалению, мы должны покинуть такси.
      У Парвати сжалось сердце.
      — Вы предлагаете выйти в открытый космос? Но мы же погибнем!
      — Не должны. Мы почти у поверхности. Если повезет, спустимся по коридору в спасжилетах, — ободряюще улыбнулся Бима.
      Она вдруг разозлилась:
      — И часто вы так приземляетесь?
      — Все равно другого выхода нет. Прыгайте! — прокричал пилот и, распахнув широко дверцу, первым вывалился в пустоту.
      Парвати осталась одна.
      Она выглянула в образовавшийся проем — Бима исчез. Молочный туман окутал машину, но дышалось свободно. Она медлила. Фрукты! Где ее фрукты? Нащупала ящик. Лихорадочно схватила его и, прижав к груди, попробовала ногой пустоту — так пробуют воду, когда хотят войти в нее.
      С замирающим сердцем, зажмурив глаза, она выпала боком из кабины…
      Когда Парвати очнулась, пилот сидел рядом на невысоком камне и потирал правую руку. Его перепачканное лицо озарилось широкой улыбкой:
      — Отлично! Вы хорошо прыгаете, Но зачем ящик тащить? Все равно разбился. Вон — валяется. Смотрите.
      Парвати приподнялась на локте. Оглянулась. Сломанный ящик был полуприсыпан песком, половина содержимого высыпалась.
      — Мы живы? — ее вопрос прозвучал, скорее, риторически.
      Окончательно придя в себя, девушка поднялась, отряхнула от песка платье, отметив с огорчением, что оно потеряло первоначальный вид, и осмотрелась.
      Конечно, это — планета ее друзей! Вон та гора, такая насыщенно красная — Шея Верблюда. Их Офис где-то рядом.
      — Сейчас за нами приедут… я позвоню — пробормотала Парвати и потянулась к сумочке.
      — Погодите! — В серых глазах пилота промелькнула тревога. — Понимаете, ваши друзья… Бюро не должно знать о происшедшем, иначе меня могут отстранить от работы. Наше такси свернулось вместе с воздушным коридором и втянулось в Воронку Вечности. Бюро потеряло машину. Очередную…
      — Причина остановки известна?
      — Нет… Но вину с меня никто не снимет.
      — Что вы собираетесь предпринять? — Парвати насторожилась.
      — Вначале мне нужно добраться до Земли. Возможно, попрошу отпуск на какое-то время. Хорошо бы приобрести новую машину, вместо пропавшей… Думаю, мне ребята помогут. Бюро тщательно скрывает статистику аварий. Я не хочу попасть в список неблагонадежных. — Бима нахмурился.
      Парвати обдумывая слова пилота, машинально собирала помятые фрукты.
      — А как часто происходят такие аварии? В рекламе ваше Бюро все время говорит об абсолютной надежности воздушных коридоров.
      — Думаю, очень часто. Все тщательно скрывается. Мой друг исчез месяц назад... Пилоты знают правду, но все дорожат работой. У нас ведь хорошо платят. Очень хорошо. А многие — семейные… — он прищурился и посмотрел на небо. — Скоро станет совсем жарко.
      Неожиданно в сумочке Парвати зажужжал телефон. Она вопросительно взглянула на пилота. Бима кивнул.
      — Па, ты должна была уже прилететь?! — Лолита почти оглушила ее.
      — Я здесь. У нас небольшая поломка. Вы можете нас забрать?
      — Где вы?
      — Мы приземлились у Шеи Верблюда. Километров двадцать-тридцать на север… стакан холодного сока — то, что сейчас не помешало бы, — добавила она улыбаясь.
      — Выезжаем немедленно!
     
      Парвати в майке и шортах — ее белое платье требовало чистки — забралась с ногами в кресло. Вполоборота к ней Арджуна уткнулся в монитор. Бима замер у открытого окна — красное солнце опускалось за такие же красные горы. В комнату, неся поднос с бокалами прохладного сока, вошла Лолита. На девушке были джинсы и футболка, волосы собраны в хвост на затылке. Она заботливо наклонилась к подруге.
      — Ты выглядишь устало. Может, перенесем беседу на утро?
      — Нет, лучше сегодня. Все равно не засну.
      Парвати подробно рассказала о событиях последних недель. Хозяева слушали внимательно, периодически переглядываясь и еле заметно кивая друг другу. Когда девушка замолкла, они почти одновременно поднялись.
      — Па, мы должны тебе что-то показать… если желаете, можете тоже пойти с нами, — обратился Арджуна к гостю.
      Бима кивнул. Проследив, как вспыхнул и погас за горой последний кровавый луч солнца, он удобно расположился в самом дальнем кресле, откуда и слушал рассказ девушки.
      Сразу за Офисом начинались песчаные холмы. Путники поначалу поднялись, а затем стали спускаться по сыпучему склону. Но вдруг пейзаж изменился: красные горы сблизились, образовывая узкое сухое ущелье.
      Парвати шла молча. Куда они идут? Даже не представляла, что Офис друзей так разросся.
      Но что это? Странный звук. Здесь есть животные? Она решила спросить у Лолиты, шедшей следом, когда увидела небольшие строения, похожие на вольеры. Внутри двигались тени.
      — Не бойся… смотри… они потешные. Мы зовем их ушастиками, — Арджуна подошел к ближайшей клетке.
      Лолита нежно потрепала за ухо подбежавшее животное. Трое его собратьев тут же оттеснили обласканного. Ушастики были немного похожи на слонят, только из-за тонких и длинных лап казались выше, да и уши у них в два раза крупнее.
      Парвати, ничего не понимая, озадаченно оглядывалась:
      — Ваша планета обитаема?
      Муж и жена переглянулись.
      — Вернемся в дом — скоро совсем стемнеет, — Арджуна высыпал животным мелкие фрукты из пластикового ведерка.
      Над потемневшими вершинами уже проступили светлые штрихи созвездий. В вечернем свете природа изменилась — теперь она приобрела волнующую таинственность.
      Когда все удобно расположились в гостиной, а хозяйка принесла кофе, Арджуна заговорил.
Рассказ Арджуны
      Нас оставили на необитаемой планете с кучей ящиков. Мы были полны оптимизма. Тот час же распаковали груз, установили палатки и приступили к разворачиванию живого пространства. Творение подчинялось. Мы строили Офис по программе. Радость переполняла нас. Мы ликовали. Так незаметно прошли несколько вполне благополучных лет, в течение которых нам удалось вырастить гармоничную флору. Мы уже начали подумывать об усложнении эксперимента (хотели продвинуться на юг и восток по внешнему эллипсу от Офиса), как однажды утром, выйдя в сад, я заметил, что одно из деревьев перебежало тропу. Я протер глаза, решив, что перетрудился вечером, но на всякий случай подошел ближе и даже потрогал сухую кору. Жене пока ничего говорить не стал: может, и правда померещилось. Вечером заметил, что она все время молчит. И вдруг Лолита подошла ко мне и спрашивает:
      — Джу, ты ничего не замечал в последнее время?
      — А ты? — спросил я встревожено.
      — Они бегают! — выпалила жена.
      — Ты думаешь, нам это не кажется?
      — Нет. Я пометила место, где оно росло, на следующий день дерево переместилось.
      Но это было только начало. Мы забросили все дела и стали докладывать друг другу о событиях в Саду. Вскоре деревья заговорили. Они издавали нечто похожее на урчание. В целом вели себя неагрессивно: не угрожали нам, не убегали за территорию Офиса, а лишь гуляли, где им вздумается, да устраивали концерты. Эти звуки нас пугали. Но однажды что-то случилось. Деревья ушли. Мы кинулись их искать, а когда нашли, то совсем пали духом: перед нами были уже не растения, а, скорее, животные. И тогда мы построили для них вольеры.
      Ушастики — а это были они — продолжают изменяться. Нам кажется, что они эволюционируют… Знаешь, Па, у человечества раньше была такая теория эволюции — Чарльза Дарвина. Его портрет англичане даже на денежных купюрах изображали…
      — А в чем проявляется эволюция? — спросила Парвати.
      — Теперь изменение больше касается сознания, а не физического тела.
      В комнате стало тихо.
      Ожерелье звезд многоточием убегало на запад по тягучему черному небу. Парвати перешла почти на шепот:
      — И теперь вы боитесь, что Офис ликвидируют, а ушастиков уничтожат?
      — Да!
      — Может, вам не стоило сажать их в клетку? — подал голос пилот из дальнего угла комнаты. — Мне кажется, им нужно дать право выбора. Клетки больше похожи на тюрьмы.
      Арджуна поднялся.
      — Предлагаю продолжить разговор завтра. Уже полночь, а вы, к тому же,  пережили сегодня космическую катастрофу.
      Все вдруг почувствовали навалившуюся усталость.
     
      Ночью Парвати приснилось, что она — цветок розы. Блеснуло лезвие ножа. Проснулась от немого крика…
      Искупавшись в голубом бассейне, она перекинула полотенце  через плечо и пошла к дому. У входа на террасу почти столкнулась с Бимой. Он бодрой скорой походкой возвращался с другой стороны. Сейчас они стояли друг против друга возле густо увитой плющом арки. Воздух был наполнен цветочным ароматом. Парвати широко улыбалась:
      — Доброе утро! Вы рано встаете?
      На нем была все та же форма пилота, но теперь она не заслоняла личность. Парвати отметила, что Бима хорошо сложен. Его светлые глаза излучали спокойствие, а улыбка открывала ровный ряд крупных зубов.
          — Давняя привычка. Сбегал вон на ту вершину, осмотрел окрестности! Похоже, здесь, куда ни глянь, — одни горы. Вашим друзьям понадобится много воды для этой каменистой пустыни. Но, как я понял, ваша программа творит чудеса.
      Беседуя, они вошли в гостиную. Из кухни доносился мелодичный голос хозяйки. Арджуна прильнул к экрану компьютера.
      На предпоследнем курсе «Теорию экспериментального поиска» им читал сухонький профессор Васудева — любимый преподаватель троицы, частенько навещавшей его вне лекционных залов. Старик делал вид, что сердится, но сам был рад вниманию молодежи. За вечерним чаем и долгими разговорами профессор посвящал их в тонкости профессии, открывал секреты, о которых не упоминалось в публичных семинарах.
      Однажды он протянул им увесистый сверток:
          — Дети мои, на этих дисках — древнейшие знания. Там же вы найдете небольшой файл — ключ. Он запустит программу поиска по всему пространству информации независимо от языка или кодировки. С помощью этого ключа вы сможете отыскать материал на интересующую вас тему.
      Поблагодарив профессора, они бережно унесли ценный подарок. Вдохновленные лекциями, а еще больше частными уроками, студенты ощущали причастность к великой тайне: Творение внеземных цивилизаций еще несло печать древней романтики. Друзья гордо именовали себя Творцами-Воинами.
      И теперь вдали от Земли, вспоминая наставления учителя, Арджуна пытался выловить из потока информации что-нибудь о цепной реакции Творения, той, о которой говорил им Васудева: «Процесс Творения несет качество цепной реакции. Не забывайте, что каждое сотворенное существо норовит само стать творцом».
      Лолита пригласила гостей к столу. Завтрак проходил в густо заросшей орхидеями беседке. Термометр показывал 32 С.
      Парвати взяла в руки кофейную чашечку. Мелькнула мысль о Саде… Ей наверняка сгрузили арки для вьющихся растений. Доставку нужно было отменить. Теперь придется отнести их на задний двор — там она складывала все, что не приходилось в хозяйстве. Раз в месяц мусор вывозят на планеты-свалки... Как одинаково выражение серых глаз на смуглых от загара лицах Ло и Джу.
      — Васудева знал, он еще тогда знал, что будет все не так, как нам преподавали. Поэтому он нас предупреждал. А мы были слепы, безрассудны, наивны. Вот теперь расхлебываем. И кто знает, расхлебаем ли, — философствовал, жуя бутерброд, Арджуна.
      Лолита включила межгалактический телевизор. Диктор — гладко зачесанные волосы, строгий костюм — скороговоркой зачитывала последние новости. Четыре пары глаз уставились в экран.
      В абсолютной тишине звучало:
      — Пропавших без вести пассажиров насчитывается 548 человек. Но поиски продолжаются. Бюро перевозок предпринимает все необходимые меры. Лайнер вылетел с Земли в восемнадцать часов накануне вечером и не прибыл, как предполагалось, сегодня в семь утра на планету Шветалокку. Никаких известий о месте пребывания лайнера нет.
      Девушка перешла к другой теме, заговорив о жителях планет Вечного холода, о том, что им отправлен благотворительный груз — несколько тысяч тонн. Бесцветным голосом она перечисляла список компаний, спонсирующих эту акцию, когда Арджуна, приглушив звук, вопросительно посмотрел на Биму.
      — Да, — кивнул тот. — Похоже, корабль свернулся в Воронку Вечности.
      — Они погибли? — ахнула Парвати.
      — Я бы не говорил так определенно… Погибнуть в Воронке невозможно.
      Снова стало тихо, было слышно, как откуда-то издалека донесся странный звук — то ли птица крикнула, то ли ветер завыл в ущелье…
     
      На следующий день все снова собрались в беседке. В темнеющем небе предугадывались бледные точки звезд. Но они пропали, как только Лолита включила шары-светильники. Дул, но почти не освежал, теплый ветерок, доносился шуршащий звук падающей воды в фонтане. Арджуна терпеливо ждал, когда все рассядутся. Волнуясь, мял белые листы в руках. У Парвати в предчувствии чего-то важного учащенно забилось сердце.
      Бима ждал с любопытством. Он увлекся историями друзей и чувствовал искреннюю симпатию к ним. Лолита с трудом скрывала восхищенную любовь к мужу, горящему нетерпением поделиться находкой. Целый день он провел, перелистывая и прослушивая архивы.
      И, наконец, удача! Один из трактатов описывал новую, неведомую им программу Творения цивилизаций.
      Ее создатель — легендарный Юдхиштхира. В тексте описывалась и действующая программа. Упоминалось, что ее автором являлся брат-близнец профессора, пропавший много лет назад. Обо всем этом Арджуна и приготовился рассказать присутствующим. В руках у него были выдержки из трактата — перечень постулатов и правил для Творца-Воина.
      Парвати прикусила губу: новость ошеломляющая.
      Арджуна читал:
      «Страх убивает гармонию и, усиленный мыслью в момент Творения, сворачивает действие»;
      «Желание каждого сотворенного существа, от самой низшей формы до самой высшей, является законом для программы Творения и руководством к действию».
      Самая последняя запись прозвучала непонятно:
      «Однажды оставь программу Творения и иди дальше сам».
      Арджуна отложил листы и обратился к Парвати:
      — Скажи, чувствовала ли ты страх, когда воевала с Садом?
      — Да! Я очень испугалась. Наступил момент, когда мне показалось, что эти чудища уничтожат и меня.
      — А как мы боялись! — загорелась Лолита, — страх буквально парализовал меня. Неизвестность пугала. Мы больше не управляли Творением.
      Молчавший до сих пор Бима спросил:
      — Насколько я понял, программа исполняла волю сотворенного существа?
      — Да, — Арджуна резко наклонился вперед. — И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы Парвати не полюбила Малыша, а Лолита —  ушастиков.
          — Ну, а чем вам может помочь новая программа Юдхиштхиры?
      — Отличие принципиальное. Все дело в том, какая роль отводится в заложенном алгоритме Творцу-Воину. В соответствии с программой Юдхиштхиры, он становится прозрачной стеной между Высшей силой и творением.
      После этих слов все замолчали. Стало слышно, как монотонно капает вода и тонко гудит лампа в фонаре…
     
      На следующий день Арджуна подготовил копию новой программы для Парвати. На полдень для гостей вызвали межофисное такси.
      Парвати, сидя в плетеном кресле, обхватила руками колени. Когда она сможет снова навестить друзей? Время покажет. Но теперь у них была общая тайна, сблизившая их еще больше. Сменить программу без разрешения чиновничьего Центра — революция. Но игра стоила свеч. А с учетом развивающихся событий им все равно пришлось бы воевать за Офисы.
      В полдень над горами собрались тучки, но не дождевые — дожди не выпадали на этой планете. Поднялся ветер. Красиво и так же жарко, как дома. Кольнуло в груди. Дом. Стала ли маленькая песчаная планета ее домом? Вернется ли она когда-нибудь на Землю? Парвати не знала.
      Как раньше машина Бимы, желтое такси вынырнуло из воздушного коридора. Подняв облачко песчаной пыли, оно зависло около ворот. Дверь распахнулась. На загорелом лице пожилого пилота при виде формы Бюро мелькнула тень удивления, но он промолчал — космос учит не задавать лишних вопросов.
      — Офис 428, а потом… — Парвати оглянулась.
      — Земля, — добавил Бима и отвернулся.


Глава 3
Йосиф
     
      В кабинете генерального директора отдела внеземного строительства за столом сидел не по годам седой человек в строгом сером костюме. С небольшой фотографии в изящной серебряной рамке на него смотрели две весело улыбающиеся симпатичные женщины, одна из которых была совсем юной. В обнимающем их за плечи нарядно одетом мужчине трудно было узнать осунувшегося, с темными кругами под глазами, угрюмого человека. А это был именно он, Йосиф Ставинский, с женой Евой и дочерью Юлией.
      Йосиф с привычной тоской снова и снова вспоминал последние минуты прощания, когда жена и дочь, радуясь предстоящему путешествию, скрылись за дверью туристического лайнера. То жуткое сообщение об исчезновении космического корабля и всех пассажиров его едва не убило.
      Их было несколько сотен. Они стартовали с Земли и не сели в заданное время на сверкающей Шветолокке. Он мог быть с ними. Но его задержала срочная ежедневная работа. Никогда не заканчивающаяся срочная работа! С тяжелым сердцем, любящий муж и отец отправил своих девочек одних. Долго держал, прощаясь, за руку дочь. Как чувствовал. Она смеялась, обещала привезти ему деревянных человечков, похожих на земных нэцкэ. Они принесут ему счастье.
      Йосиф никак не мог смириться с потерей горячо любимой семьи.
      Подчиненные перешептывались за спиной начальника. Поводом для пересудов стал прорезавшийся у него интерес к любой информации о Воронке Вечности. Сотрудники стали пользоваться его появившейся слабостью, и разговор с директором часто сводился теперь к обсуждению этой загадочной темы.
      Еженедельные доклады о работе отдела Йосиф предварял длинными вступлениями о том, что человек — временная субстанция, душа — вечная, и рано или поздно Воронка втянет всех. Сотрудники вяло кивали и не спорили с генеральным, понимая, что сильное горе помутило разум столь великого человека. Все помнили его красавицу-жену и прощали ему новую слабость. Теперь он мог часами что-то писать, закрывшись в своем кабинете. В такие минуты секретарь испуганно махала руками и выпроваживала посетителей из приемной.
      Как государственная структура отдел внеземного строительства напрямую подчинялся Центру. Йосиф не раз пытался представить себе работу Центра. Настолько мудрые и четкие указания приходили к ним оттуда, что он как-то раз и навсегда решил для себя, что это — некий Технический Бог. А Бог — нечто непознанное для человека. Йосиф считал, что там, где теперь обитала его семья, управляет Бог живой. Понимал, как человек порядка, что если есть общество, пусть только бестелесных душ, то должна быть и личность, правящая обществом. Он никогда себе не говорил: «Со смертью жены и дочери», а только: «С их исчезновением».
      Йосиф взял фотографию. Смахнул с нее несуществующие пылинки, снова поставил на место и поднялся. Генеральный был высок, статен, достаточно хорош собой, и если бы не угрюмое выражение лица и сдвинутые брови, его можно было бы назвать красивым мужчиной. Уже был тот вечерний час, когда отдел полностью опустел, лишь бессонной охране внизу он кивнул, прощаясь.
      Йосиф ехал домой. Земные города менялись на глазах — мощное строительство, новые технологии, подвесные многоярусные автотрассы. Генеральному казалось, что он едет по огненным радугам высоко над землей. Многоэтажные почти невесомые дома в центре города собирались из облегченных конструкций. В основном это были фирмы и офисы. Жители перебрались на окраины — в уютные традиционные коттеджи. А те, кто мог себе это позволить, переселились подальше от гигантомании Земли — на небольшие планеты с мягким климатом и экзотической флорой и фауной.
      Йосиф думал о Центре. Интересно, что о его местонахождении никто не знал. Для них, главруков отделов, Центр существовал виртуально. Считалось, что лишиться его директив — обречь человечество на великую техногенную катастрофу с непредсказуемыми последствиями. Слишком много ниточек вело наверх.
      Директор въехал в уютный дворик и остановился перед невысоким коттеджем. Домработница уже ушла, и ужин, прикрытый салфеткой, остыл. Войдя в просторную гостиную, он включил телевизор. Шла шумная спортивная программа. Йосиф, плеснув в бокал немного коньяка, взял пульт и устало опустился в кресло.
      Переключил на новости. На экране возникла пожилая женщина, абсолютно седая, с короткой стрижкой и заостренными чертами лица. Девушка-журналист хорошо поставленным голосом брала у нее интервью:
      — Расскажите нам, пожалуйста, что же вы все-таки испытали, когда поняли, что находитесь в Воронке Вечности?
      Йосиф отставил коньяк и стал слушать внимательно.
      — Я потеряла сознание, — рассказывала женщина. Было заметно, что она робеет перед камерой. — Потом очнулась. Было что-то странное в моем пробуждении... мне было удивительно хорошо. Я будто не чувствовала своего тела. Я осмотрелась — было светло. Вдалеке стояла группа людей. Их было много. Мимо меня прошли две женщины, они разговаривали, смеялись чему-то и не смотрели на меня. Одну я сразу узнала — видела ее как-то по телевизору. Это была красавица Ева — супруга известного в городе человека.
      У Йосифа защемило сердце. Он впился глазами в экран.
      — А что случилось дальше? — камера взяла в фокус старательно-внимательное лицо журналистки.
      — Ничего, — камера снова переехала к сединам. — Я очнулась. Лежу в кровати у себя дома. Меня подобрали соседи. Они мне потом рассказали, что я, оказывается, оступилась, упала с лестницы и сильно ушиблась головой.
      Камера навсегда покинула упавшую с лестницы. Теперь на экране блаженно улыбался рекламный лыжник с бокалом наичистейшей воды в мире.
      Йосиф вскочил. Впопыхах стал набирать номер друга, затем бросил трубку и без сил упал в кресло. Но тут же снова вскочил и стал беспокойно ходить по комнате.
      — Чепуха! — твердо сказал он и тут же сам себя опроверг. — Нет! Не чепуха!
      И вдруг обессилев, вновь сел.
      — Значит, она счастлива?! Им там хорошо?! И какое ей дело до того, что он остался здесь один, страдает… Нет! Он не прав… Главное, что им хорошо… Юля тоже должна быть там.
      В ту ночь Йосиф впервые за последний год уснул спокойно.
     
      На следующий день сотрудники опять зашептались за спиной генерального. Йосиф Ставинский пришел на работу к девяти утра. Широко улыбаясь, кивая приветливо подчиненным. Назначил совещание. Ровно в десять притихшие замы, все как один, сидели вокруг стола в конференц-зале. Директор вошел бодрым шагом. Следовавшая за ним без кровинки в лице секретарь держала в руках букет красных роз, которые еще сильнее подчеркивали ее бледность. Йосиф обратился к одному из замов:
          — Дорогой Семен Петрович! Примите наши искренние поздравления с юбилеем!
      Именинник, слегка покраснев от неожиданности, поднялся. Все шумно захлопали — атмосфера разрядилась. Люди оживились — кто-то стал перешептываться, кто-то поднялся с места и стал бурно поздравлять уже совсем раскрасневшегося счастливого Семена Петровича.
      — Друзья, — Йосиф подождал, пока стихнет шум и сотрудники вернутся на свои места, — вы все знаете, как ценна человеческая жизнь. Человеческая жизнь — это лодка, в которой можно переплыть океан страданий материального мира…
      Присутствующие приуныли: ну вот, так хорошо начал и опять за старое. Но Йосиф, после двух-трех фраз оставил философию и перешел к производственным вопросам.
      Он кратко охарактеризовал работу каждого подразделения за последние месяцы, добавив в конце:
      — Странная ситуация сложилась с ликвидацией офисов. На тех планетах, где по предварительным испытаниям после гармонизации пространства можно было бы уже ввозить переселенцев, вдруг начинает все разрушаться. Что-то тут не так. — И, непосредственно обращаясь к заму по ликвидации, добавил: — Прошу сегодня же подать мне детальный отчет по работе подразделения за весь текущий год.
      Конец рабочего дня. На столе директора лежит отчет.
      «Ошеломляюще! Даже не подозревал! Предполагал, но чтобы так явно», — бормочет Йосиф.
      Он в замешательстве. Все, практически все офисы после пяти лет существования подлежали ликвидации. Только малая группа еще как-то держалась. Ситуация катастрофическая.
      При Отделе внеземного строительства существовало подразделение сыска. Жизнь показала необходимость данной структурной единицы.
      Йосиф вызвал в кабинет Друру, начальника сыска, и дал задание:
      — Нужно срочно собрать информацию о благополучных офисах, возраст которых превышает пять лет. Имена Творцов-Воинов, их квалификация, предыдущие места проживания, связи. Чем больше информации, тем лучше.
     
      Бумаги в беспорядке покрывали рабочий стол генерального. Йосиф перебирал собранные сыскным отделом материалы, останавливаясь на каждой странице долгим взглядом: характеристики, справки, перевод какого-то древнего трактата. Стоп! Юдхиштхира… Да это же тот самый знаменитый мистик! Говорят, гениален…
      Четвертая чашка кофе. На часах полночь. Что-то его смущало, вызывало тревогу. Интуиция подсказывала, что за всем этим кроется неразгаданная тайна. То, что все двадцать три хозяина — бывшие однокурсники, группа 53-Т выпуска 2328 года, вряд ли было совпадением. Йосиф взял одну из фотографий: светловолосая пара — муж и жена. Счастливые. В сердце кольнуло. Вспомнил улыбающихся жену и дочь. На другом снимке — деревенька, зеленый луг, стадо коров, пасшихся недалеко от хижин — переселенцы.
      Йосифу впервые захотелось отступить от моральных принципов. Как человек долга он немедленно должен был рапортовать в Центр, но что-то не позволяло ему сесть за компьютер. Пребывая в смятении, Генеральный ходил по кабинету, снова и снова перебирал бумаги. Картина ясна. Революционные действия хозяев привели к успеху. Но почему была отклонена программа Юдхиштхиры? Способности Центра анализировать гениальны. Неужели это — ошибка? У Бога, пусть Технического, ошибок не бывает. Но факты говорят об обратном.
      Йосиф потер висок, рассеянно сел за компьютер. Пальцы сами набрали текст: «Действующую программу отменить. Программе Юдхиштхиры — зеленый свет!».
          — Ну и чушь же я пишу! Сейчас удалю текст, — усмехнулся он.
      Но палец вдавил кнопку почтовой программы «Отправить». Всплыло подтверждение: «Ваше сообщение отправлено в Центр». Внутри похолодело. Что он наделал? Ничего. Несерьезное послание машина заблокирует. На экране замигал сигнал ответа.
      — Вернулось мое письмо. Я так и знал!
      Он нажал кнопку приема. Пришел ответ из Центра.
          — Не может быть. Не может быть, — беззвучно шептал он.
      Буквы сливались, перемешивались и вновь выстраивались во фразу: «Программу Юдхиштхиры немедленно уничтожить! Офисы, использующие ее, ликвидировать!».
      Йосиф торопливо выключил компьютер, и засобирался домой. Это была катастрофа!
     
      В то время, когда Йосиф Ставинский листал отчет Друры, у ворот Офиса 428 из воздушного коридора вынырнуло грузовое такси, на борту которого находилась сельскохозяйственная техника. Бима, чтобы чаще встречаться с новыми друзьями, пересел на тяжелые машины и теперь развозил по офисам бытовой груз.
      Планета преобразилась: пустыня отступила, оазисы опоясывали три четверти территории, прилетели и первые переселенцы.
      Радость встречи не скрыла, тем не менее, от Парвати его тревогу. Чем так сильно обеспокоен Бима?
      Они, как обычно, устроились на террасе.
      Парень начал издалека:
      — В нашем Бюро работают четыре родных брата — Кумары. И отец их, Кумар, тоже был пилотом. И дед. Это у них семейное. Если копнуть, ребята непростые. Например, путешествуют в Воронку Вечности и обратно…
      Парвати вздрогнула, но ничего не сказала.
      Бима продолжал:
      — Ты слышала, что воздушный коридор разворачивается на Земле из центрального пульта в Бюро? Ни один пилот не может управлять этим процессом. По запросу им сообщают номер ворот и время рейса. Труба коридора наполняется воздухом и провинчивает пространство на весь перелет. Иногда, правда, бывает и так, что коридор сворачивается сам собой. — Бима вдруг вспомнил как Парвати прыгала с ящиком фруктов, ее растерянное лицо, вопрос «Мы живы?» и улыбнулся.  — Так вот, Кумары открыли секрет, как перенаправлять воздушный коридор в момент разворачивания в другое место. Теперь они могут управлять временем жизни коридора.
      — Хорошая новость, — Парвати обрадовалась. — Возможно, это как-то поможет предотвращать катастрофы.
      — Да, безусловно. Но я о другом сейчас. Пилоты обеспокоены: в Бюро в последнее время появились чужаки. Что-то ищут, везде суют нос. Оказалось, собирают информацию о планетах твоих друзей. Работают очень профессионально.
      Парвати нахмурила брови, но вдруг ее лицо прояснилось.
      — О! Я вспомнила. Ко мне недавно прибыл товар, который я не заказывала. Пилот долго извинялся.
      — Я так и думал. Ничего, мы тоже кое-что придумали, не волнуйся, — он крепко сжал ладони девушки.
      Проводив Биму, она присела на ступеньке лестницы, и стала смотреть на ночное небо. Как она любила звездное небо! Ни одного облака, звезды почти касались острыми краями деревьев Сада. Где-то там Земля… Что хотят узнать эти люди? Несмотря на предупреждение Бимы, ее охватила тревога.
      Ветер усилился. Парвати поднялась, выключила свет в Саду, и плотнее прикрыла дверь в дом.
     
      — Слушаю вас, говорите!
      Услышав на том конце трубки тихий голос профессора, Йосиф вежливо представился и попросил назначить ему время для личной беседы.
      — Если вас, дорогой коллега, не затруднит завтра в одиннадцать часов подъехать на виллу, буду рад принять вас у себя.
      — Ровно в одиннадцать я буду у вас!
      Йосиф потер висок. Привычка. Обычно он делал так автоматически, когда решал важную задачу или хотел в чем-то разобраться. Старик так легко согласился принять его, а поговаривали, что будет сложно добиться аудиенции.
      Ставинский выехал на встречу с большим волнением в груди. Юдхиштхира — живая легенда. То, что он назвал Йосифа коллегой, относилось к занимаемым ими постам в обществе — оба возглавляли Отделы при Центре, но профессор давно отошел от дел, оставался лишь почетный титул. Практически Отделом образования руководил маленький сухощавый Васудева — не менее известная в истории и значительная личность.
      Машина миновала чугунные ворота виллы и покатила по аллее. Сухая листва под шинами шуршала громче камнепада. Справа и слева от дороги мощные дубы смыкались высокими кронами. Впереди показалось строение похожее, скорее, на средневековый замок, чем на современный дом. Стилизация? На стенах наверняка висят в тяжелых золоченых рамах написанные маслом портреты предков, в комнатах — свечи в массивных канделябрах, старинная мебель.
      Но интерьер оказался вполне современным.
      Его уже ждали. На хозяине — высоком худощавом старике — был светлый шерстяной костюм, очки в тонкой, почти невидимой оправе. Прямой нос, правильные черты лица, седые волосы коротко острижены. Похоже, в молодости он был красив.
      Сколько ему лет? Йосиф попробовал отгадать. Сто пятьдесят семь?
      — Нет, мне всего восемьдесят девять.
      — Вы читаете мысли? — гость смутился.
      — Это легко. Пожалуй, самое легкое. Хотите что-нибудь выпить?
      — Не откажусь.
      Горничная внесла напитки. Йосиф предпочел коньяк, а профессор — апельсиновый сок.
      Пригубив, старик сухо произнес:
      — Итак, молодой человек, вас интересует, почему отклонили мою программу Творения внеземных цивилизаций и в чьих руках Центр?
      Йосиф смутился еще больше и потер висок. Но Юдхиштхира, не обращая внимания на душевное состояние гостя или делая вид, что не обращает, откинулся в кресле и произнес фразу, никак не связанную с предыдущей:
      — Он не позволил мне вернуться домой. Время еще не наступило.
      Кто «Он»? Куда «домой»? Не ослышался ли он? В своем ли старик уме? Может, это бред? Может, мне не стоило приходить сюда?
      — Давайте выйдем на свежий воздух, — предложил хозяин, пряча улыбку, и поднялся.
      Вначале они спускались по ступенькам, покрытым ковровыми дорожками, потом поднимались по винтовым лестницам с ажурными перилами, пока не оказались в слабоосвещенным длинном коридоре с множеством закрытых дверей. На одной из табличек Йосиф прочел: «Архив».
     
Продолжение следует…

                1 Парвати (санскр.  — горная) в индуизме — одно из имен супруги бога Шивы.

Начало (Фанданго № 11)
Продолжение (Фанданго № 12)
Продолжение (Фанданго № 13)
Продолжение (Фанданго № 14)
Окончание (Фанданго № 15)



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.

Детальная информация тест летних шин за рулем 2017 рейтинг тут.
Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики