Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

ВЛАДИМИР ВЕЧФИНСКИЙ
г. Рыбинск, Россия

КОЩЕЙ И ЯЙЦО СУДЬБЫ

Лошадь читает книгу. Челюсть дергается. Вся дрожит.
Подходит другая лошадь:
– Что читаем?
– Бред сивой кобылы…
Анекдот

      Ветер разогнал тучи. Выглянула полная луна. По поверхности маленького лесного озера побежала лунная дорожка. Над дорожкой встретились двое. Она, сидя на крепком длинном древке метлы, спросила:
      – Где оно?
      – Все там же, – отвечал он, покачиваясь на старом, потрепанном пылесосе. Мотор пылесоса изредка недовольно взрёвывал. При этом сам пылесос начинал мелко трястись вместе с седоком.
      – Когда ты заменишь этот старый драндулет? – Спросила Баба Яга, указывая на пылесос.
      – Он мне дорог как память о днях моей юности, – ответил домовой по имени Кузьма Иванович.
      О чем они говорили, осталось неизвестным. Летняя гроза громыхнула где-то далеко, освятив зарницами далекий горизонт.
      – Пора, – сказала Баба Яга.
      – Помни! – ответил домовик. 
      ***
      «На тебе сошелся клином белый свет…» – пропел будильник голосом Иосифа Кобзона. Алена открыла глаза. В солнечном свете, льющемся из окна, танцевали маленькие феи. Алена надавила на правый глаз указательным пальцем, феи раздвоились. Не галлюцинация. Сон продолжался. Алена помотала головой, опустила веки с длинными пушистыми ресницами и снова открыла глаза. Феи исчезли. В солнечных лучах танцевали пылинки.
      – Уф! – с выражением сказала Алена. Она хотела подняться с кровати, но тут перед ее лицом возникли два больших круглых зеленовато-желтых глаза с вертикальными зрачками. Что-то мягкое и слегка влажное ткнулось в подбородок, и требовательный голос сказал:
      – Мяу.
      – Сейчас, Боня, встану, приведу себя в порядок, и будем завтракать.
      Умеренно упитанный Бонифаций понимающе спрыгнул с кровати, махнув по лицу Алены хвостом.
      На завтрак Бонифаций получил приличный кусок свежей печенки (он терпеть не мог разные искусственные «вискасы»). Сама Алена ограничилась чашечкой кофе и маленьким бутербродом с сыром и румяным яблоком.
      После завтрака она задумалась: как провести этот выходной? Алена работала «мечендайзером», то есть «мичедразером», в общем «мече… чего-то там» в большом «супермаркете» (универмаге). А на самом деле она отвечала на вопросы посетителей, где какой отдел находится и что там можно приобрести…
      Алена уже была в ванной комнате и рассматривала себя в зеркале, когда за ее спиной мягкий, бархатный голос произнес:
      – Алена, не пугайся, пожалуйста…
      От неожиданности Алена подскочила на месте. Обернувшись, она увидела, что на стиральной машине сидит некое мохнатое существо. Визг, инстинктивно родившийся внутри Алены, почему-то не выскочил наружу, а  рассосался в груди. Что-то теплое и мягкое прошлось внутри ее головы, снимая страх и успокаивая.
      – Ну, вот и ладненько, – сказало существо. – Позвольте представиться. Я домовой. Присматриваю за домами в вашем районе. Зовут меня Кузьмой Ивановичем.
      Удивляясь своему спокойствию, Алена рассматривала домового. Росточком он был не более полуметра. Одет в – синий рабочий комбинезон. На голове  – голубая матерчатая кепочка. На ногах – детские кроссовки. Открытые части тела (кроме лица и ладоней) покрывал темный мех с легким серебристым отливом. На чистом лице с носом картошкой выделялись большие круглые карие глаза.
      – Уважаемая Алена, я к вам явился с очень важным делом. Но прежде чем его изложить нам надо дождаться одного э..э.., скажем, человека…. Но мне кажется, что лучше нам поговорить в комнате.
      Кузьма Иванович легко соскочил на пол и направился в большую комнату, которую Алена про себя называла «гостиной». Алена как во сне шла за ним. В гостиной она поняла, что все еще ходит в домашнем халате. Сообщив Кузьме, что она через минуту вернется, Алена упорхнула в соседнюю комнату. Одеваясь перед зеркалом, Алена вдруг осознала, что домовой в силу своих способностей и обязанностей не раз мог ее видеть не только полуодетой, но и … Алена покраснела.
      – Не смущайтесь, дело житейское, – донеслось из гостиной.
      «Он что же, читает мои мысли?» – со страхом подумала Алена.
      – Не читаю я мысли людей. Просто нетрудно догадаться, о чем вы сейчас подумали.
      Алена вошла в гостиную. Кузьма Иванович сидел на диване. Алена села в кресло у телевизора. Не зная о чем говорить, она спросила:
      – А давно вы живете в нашем доме?
      – Со времени его постройки еще в довоенные времена.
      Аленин дом действительно строился до Великой Отечественной войны. Квартиры были просторные с высокими потолками. Несмотря на относительную старину, дом был крепкий, как говорят «ухоженный». Ранее в нем жило высокое начальство. В прошедшие времена жильцы периодически менялись. В сталинские времена многие из них по политическим соображениям переезжали в трудовые лагеря на Колыму и иные экзотические места. Позже, в разные эпохи страны некоторые жильцы осваивали «Матросскую тишину» и что-то менее комфортное. Но неизменно оставалось то, что обитатели Алениного дома были солидными (а в настоящее время деловыми) людьми. Впрочем, оставим историю сего дома.
      – И много вас, домовых,  живет у нас?
      – Нет, я один обслуживаю целый микрорайон из десятка домов. Увы, нас осталось не так уж много. Это в старину практически в каждом деревенском и не только деревенском доме жил свой домовой. Но деревни захирели, а в городах уживаться могут далеко не все домовые.
      – А куда же делись остальные?
      – Они ушли в … Но это тайна для людей.
      – Так ведь сейчас у многих городских жителей есть дачи и дома в деревне.
      – Ну, если так называть постройки пенсионеров на шести сотках, именуемых «дураковым полем», то на все садовое товарищество и одного домового много. А в настоящих дачах чиновников и «братвы» мы жить не можем.
      – Почему?
       – Причин много. Скажу только одну. Задыхаемся мы там.
      – Как это?
      – Не буквально. Дух в них удушающий. Хотя есть и исключения. Некоторые люди построили свои добротные дома на честно заработанные деньги. Как правило, в этих домах домовые есть. Помогают работящим хозяевам. Но таких домов немного. А еще …
      Тут звонок входной двери проиграл «Капитан, капитан,  улыбнитесь…».
      – Пришла. Сиди. Я открою.
      Но Алена пошла в прихожую вместе с Кузьмой.
      На пороге стояла высокая худощавая симпатичная женщина на вид лет тридцати пяти. Одета она была в моднявый топик с изображением улыбки Чеширского кота на скромного размера  груди и модные расклешенные джинсы. Кто не помнит, напоминаю: Чеширский кот из «Алисы в стране чудес» таял в воздухе, оставляя после себя одну улыбку. Гостья была обута в высокие резиновые зеленые сапоги, плохо гармонирующие с остальным нарядом. В одно ухо в качестве клипсы была вставлена на вид золотая пиратская серьга. Рыжие недлинные волосы с зеленоватым оттенком торчали во все стороны, то ли обработанные модным стилистом, то ли расчесанные по старорусскому методу «не одна я на сеновале кувыркалась».
      – Будь здрав Кузьма! Привет, Аленушка! – На Алену смотрели огромные зеленые глаза: удивительные колдовские глаза, в глубине зрачков которых,  проскакивали золотые искры – классические (кто придумал эту классику?) глаза ведьмы, или, по старинному – ведающей матери.
      – Разреши представить тебе Бабу Ягу, – Кузьма галантно поклонился и, подпрыгнув, поцеловал гостье ручку.
      Слегка остолбенев (Ох!) Алена «во все глаза» (напомню, что у нее было всего два глаза) смотрела на пришелицу. Алена была воспитанной девушкой, поэтому «глазами не хлопала» и «челюсть на пол не роняла». Баба Яга прошла в квартиру. В руках она держала обычную дворницкую метлу. Довольно лохматая метла была посажена на длинное неказистое немного сучковатое древко. В общем, эта метла мало походила на английский приглаженный летательный аппарат Гарри Поттера.
      – З-здравствуйте, – немного заикаясь, поздоровалась Алена.
      – Что, не ожидала увидеть в своей квартире живую Бабу Ягу, – улыбнулась Яга. – Думала, что я являюсь только в сказках и в виде горбатой старухи?
      – Что вы, я… я…, – Алена не знала, что ответить.
      – Не смущайся, я тебя понимаю. Но я могу являться в разных обликах.
      На мгновение сквозь миловидные черты лица пришелицы проступил отвратительный образ сказочной старухи с огромным крючковатым носом, шамкающим ртом и мерзкой бородавкой на верхней губе.
      – Зови меня тетей Агнией. Полностью – Агнией Бабуниной, – сказала пришелица, возвратив исходный облик.
      – Дамы, – вмешался в разговор Кузьма Иванович, – пройдемте в комнату. Разговор  нам предстоит серьезный.
      В гостиной троица расселась в мягкие кресла, стоявшие вокруг небольшого журнального столика. Кузьма Иванович, в силу своего малого роста, почти улегся на декоративную подушку.
      – Хотите чаю или кофе, – спохватилась Алена, вспомнив, что она хозяйка.
      – Не суетись, – сказал Кузьма. – Я сам приготовлю. Чай ты завариваешь плохо, а заморский напиток мы не очень любим, – Алена смутилась. – Яга, расскажи пока Аленушке, что у нас за дело.
      Пока Кузьма хозяйничал на кухне, Яга посвятила Алену в суть дела, которое привело в эту квартиру сказочных гостей.
      Оказывается, что не все в сказках – сказка. Что-то сказочное есть и в реальной жизни. Оказалось, что существуют и лешие, и водяные, и кикиморы и прочие сказочные существа. Живет где-то и Кощей Бессмертный.
      По словам Бабы Яги, кощеева смерть действительно заключена в острие волшебной иглы. Игла, как ей и положено, находится в яйце. Но яйцо не золотое. С виду это обычное куриное яйцо, покрашенное на Пасху. Только сделано это яйцо из волшебного металла, и разбить его не так-то просто.
      – А яйцо в утке, утка в зайце, заяц в ларце, а ларец под вековечным дубом в Лукоморье. И охраняет его огнедышащий дракон, – продолжила за Ягу Алена.
      – Не совсем так, – ответила Яга. – Давным-давно так оно и было. Между прочим, никакого огнедышащего дракона не было. Охранял дуб обычный тиранозавр.
      «И как «обычного» тиранозавра занесло из глубин веков в Россию? – хотела спросить Алена, но промолчала». Яга продолжала:
      – Ящер этот давно сдох, а  дуб срубили. Какая-то кампания ритуальных услуг пустила доски, сделанные из древнего дуба, на гробы. Как поется у Владимира Высоцкого: «Выходили из избы здоровенные жлобы. Порубили те дубы на гробы…». А ларец с яйцом исчез. И, кстати, не было в ларце ни зайца, ни утки. Только яйцо. Кощей искал и сейчас ищет ларец, но найти не может. В яйце заключена не только кощеева смерть. Владелец яйца может подчинять себе Кощея. И я знаю, где сейчас находится ларец. Как я его нашла – моя тайна. Скажу только, что ваш домовой Кузьма помог мне.
      – А я тут причем, – удивилась Алена.
      – Так именно Кузьма определил, что ларец находится в вашем доме. Точнее в твоей квартире.
      – Чушь какая-то.
      – Нет, не чушь, – Кузьма появился из кухни с подносом, на котором стояли три чашки с чаем. От чая исходил одуряющий запах летних полевых цветов. На подносе красовалась розеточка с черничным вареньем, горкой лежали конфеты «Белочка».
      – Не чушь, – повторил Кузьма. – Твоя бабушка живет в Суздале. Она подарила тебе старинный ларец. Яйцо в нем.
      – Нет там ничего, – ответила Алена, вспомнив красивый ларец, стоявший в спальне на тумбочке у кровати. – Я храню в нем свою бижутерию, старые фотографии, разную мелочь.
      – Так ведь ларчик-то с секретом. Твоя бабушка сама не знала этого секрета. Для нее это была просто семейная реликвия, доставшаяся от предков. Короче, принеси шкатулку, сама увидишь.
      Алена принесла из спальни ларец. Его крышка и стенки были покрыты затейливой резьбой из причудливо сплетенных странной формы листьев.  Внутри в беспорядке лежали дешевые женские украшения вперемешку со старыми потемневшими фотографиями, иголками, нитками. Баба Яга вывалила всю эту мелочь на стол. Потом внимательно осмотрела ларец со всех сторон и изменившимся гортанным голосом проговорила длинную фразу на незнакомом наречии, похожем и не похожем на русский язык. По ларцу пробежали огненные сполохи, и он засветился кровавым светом. Резьба на крышке и стенках ожила, листья зашевелились, сплетаясь в фигуру, изображавшую дракона или динозавра (кому как нравится). Но больше ничего не произошло. Не появилось никакое яйцо, не открылась потайная дверца.
      Перевернув ларец, Яга обнаружила в дне круглую ямку.
      – А где замок, он же ключ? – спросила она.
      – Какой замок? Какой ключ? – одновременно спросили Кузьма и Алена.
      Забыв о чае, они внимательно следили за Ягой. Та, отставив ларец, стала копаться в бижутерии, вываленной на стол. Не найдя то, что искала, Яга, показав на ямку,  сказала:
      –  Когда я произнесла заклинание, здесь должна была появиться защелка с изображением Кощея. Это и есть замок. Если защелку повернуть особым способом, в ларце должно появиться яйцо. Но защелки нет. Куда же она делась? Ты ларец не роняла? – спросила она Алену.
      – Да падал он пару раз с тумбочки. Может эта защелка выпала от удара?
– Неужели ты вымела ее с мусором! Это катастрофа!
– Не выметала я никакой защелки!
– Откуда такая уверенность?
      –  Ну…, я не очень часто прибираюсь в спальне, – смущенно ответила Алена. – И когда прибираюсь, то внимательно рассматриваю мусор. Как-то я чуть было не вымела дорогие золотые сережки. С тех пор смотрю, что выметаю.
      – Это точно, – отозвался Кузьма, – Аленушка в общем аккуратная девушка. Но со своей бижутерией иногда обращается небрежно. Я сам несколько раз ночью, когда она спала, доставал из-под разной мебели украшения. А то ведь жалко ее. Девушка она небогатая, украшений мало. То, что находил, подбрасывал на пол под тумбочку, что у кровати.
      – Теперь мне понятно, почему я часто находила свои вещи рядом с тумбочкой.
      – Такая наша работа. А то бы ползала по всей квартире, ища вчерашний день. Да еще и не находила бы.
      – Хватит воспоминаний, – прервал их Яга. – Если защелка находится в квартире, то где?
      В это время Бонифаций, сидевший до этого тихо на ковре у кресла с Аленой, громко мяукнул. Все оглянулись на кота. На лицах Бабы Яги и Кузьмы появилось странное выражение.
      – Он может знать, – сказала Яга, указывая на Бонифация. – Спроси его.
      – Я слишком давно живу в людской цивилизации. Боюсь, разучился говорить с животными, – ответил Кузьма. Он взглянул на кота, который, сидя на полу, начал вылизывать свою шерстку. Изредка Боня поглядывал в сторону странной парочки.
      – Хорошо, тогда я спрошу.
      – Кого? – обалдело спросила Алена.
      – Твоего кота.
      Яга, поймав взгляд Бонифация, сделала жест рукой, будто бросая ему что-то вкусненькое, и властно сказала:
      – Разрешаю говорить.
      – Мяу, – ответил Боня и хотел было вернуться к гигиенической процедуре.
      – Приказываю, говори! – не отпуская его взгляд, еще более властно повторила Яга.
      Бонины зрачки расширились, став почти человеческим. Но это длилось лишь мгновение. И опять его глаза стали глазами обычного кота. Но что-то в его взгляде изменилось
      – Чего изволите слышать, мадам? – бархатным тягучим голосом спросил Бонифаций. На его кошачьей морде непонятно как проступило насмешливое выражение.
      – Ты видел маленькую защелку?
      – Чего-чего?
      – Половинку маленького деревянного шарика. И не придуривайся. Я знаю, ты понял, что нам нужно.
      – Ну…, валялась тут какая-то деревяшка. Да много, чего мелкого в доме валяется.
      Баба Яга взяла кота за шкирку и слегка встряхнула. Кот поджал лапы и жалобно мяукнул. Алена возмущенно вскрикнула.
      – Видел, видел. Отпусти, покажу, где она.
      Яга отпустила Бонифация. Кот подошел к краю ковра, подсунутого под диван, и, зацепив край когтями, слегка приподнял. На полу лежала полукруглая деревяшка с крохотной затейливой ручкой. Яга подняла волшебный замок, вставила в гнездо на дне ларца и что-то прошептала.
      Прозвучала негромкая музыка, немного напоминавшая тему арии Мефистофеля: «Люди гибнут за металл». Внутри ларца полыхнуло багровое пламя, и из ничего возникло мерцающее красными сполохами яйцо. Видом и размерами оно походило на обычное куриное яйцо первой категории.
      Яга взяла его в руки, подняла над головой и торжествующе сказала:
      – Ну, наконец-то. Теперь Кощей у меня попляшет.
      Алена с опаской смотрела на нее. Что еще задумала нечистая сила?
      Тут подал голос Кузьма Иванович:
      – Не волнуйся, Аленушка. Баба Яга не такая уж злая, как ее в сказках рисуют. Да и осовременилась. Телевизор смотрит, по мобильнику с подружками кикиморами трещит часами, гламурные журналы листает, даже на дискотеки ходит. Для тех, кому за триста…, пардон, за тридцать, – Хихикнул Кузьма. – Не навредит вам. А может, чем и поможет. К яйцу свой, личный интерес имеет.
      – Замолкни, – беззлобно сказала Яга. – Сама скажу. Плохо мне Алена Васильевна одной жить. Хоть и говорят «состоявшиеся бизнес-леди», что им на фиг нынешние мужики не нужны. Да врут все. Бабе одной без мужика плохо. А ко мне никакой добрый молодец и рыцарь на белом коне никогда не сватался. Все или с личными проблемами лезли, или порубить хотели нечисть лесную.
      – А что ты с ними делала? – с дрожью Алена. – Неужто ела?
      – Да ты что. Я не людоедка! Так, иногда их конями лакомилась. Да не очень я конину люблю. Особо приставучих визитеров я знакомому людоеду на Амазонку телепортировала. Но грустно одной…
      – Ох, права ты бабушка. Ой! Прости, тетя Аглая, – Грустно вздохнула Алена. Она вспомнила парня, которого любила, но который не обращал на нее внимание.
      – Но есть один мужчина, под стать мне. Супер мужик. И зовут его Кощеем Бессмертным.
      Алена громко икнула и медленно, чтобы не упасть в обморок, сползла с кресла. Кузьма Иванович с веселым ехидством наблюдал за ней.
      Яга рассмеялась:
      – Да не трясись ты. Это тебе детские сказки голову заморочили. Мол,  Кощей худой, да бледный. Костями трясет, людей жует. Чушь все это. На, смотри, – Яга подала Алене качественную цветную фотографию.
      На фотографии в полный немалый рост красовался могучий рыцарь в черных доспехах. Голый череп, безбровое лицо с крупным ястребиным носом, тонкие губы, сжатые в жесткую усмешку. В бездне черных глаз металось багровое пламя. От Кощея ощутимо веяло опасностью хищника. И не просто хищника, а древнего ящера.
      – Ну, каков красавец? Опять же жильем приличным обеспечен. Замок волшебный, не облагаемый налогами, с прислугой имеет. И природа хорошая у того замка, – Яга подала Алене другую фотографию.
      На ней был сфотографирован замок Кощея.  У подножья замка лежало озеро, неописуемой голубизны. Вокруг простирались чистые леса с вековыми елями и редкими вкраплениями берез. Картина казалась объемной.
      «Надо–же, и нечисть владеет 3 D – технологиями», – подумала Алена.
      – Кощей века бобылем живет, – продолжала Яга. – Пора его охомутать. В молодости по пьянке ляпнул мне, что, мол, влюблен в меня и согласен жениться. А когда протрезвел, то сделал вид, что ничего не помнит. Ну, теперь у меня в руках его яйцо, – Яга скабрезно ухмыльнулась и крепко сжала волшебное яйцо.
      Вдруг в центре комнаты задрожал воздух, от пола до потолка возник овал, переливающийся перламутровым светом, и из него вышел Кощей в полном черном доспехе. Баба Яга и Кузьма Иванович остались спокойными, а реакция Алены оказалась неожиданной для нее самой.
      – Что за бардак! – склочным голосом заверещала она, – Ходят тут все кому не лень, не спросясь меня. Ты, чучело железное, чего приперся?
      Тут Алена сама себе зажала рост и с ужасом уставилась на Кощея.
      Кощей только усмехнулся:
      – Молчи, смертная. – И, обратившись к Яге, сказал: – Значит, нашла мою смертушку. Спасибо. А теперь отдай яйцо мне.
      – А вот хрен тебе, старый обманщик, – ответила Яга и показала Кощею кукиш. – Возьмешь меня замуж, тогда будем посмотреть на твое поведение.
      – Ты что творишь, старая? – возмутился Кощей.
      – Я старая? Да мне всего м..м…ста лет. А ты, что – добрый молодец? Вот ты и есть старый пердун. А я еще баба в соку, так что еще посмотрю, стоит ли соглашаться выходить за тебя замуж.
      Кощей от возмущения покрылся пятнами. Он хотел ответить, но тут Баба Яга сжала яйцо, что-то шепнула, и Кощей остался с открытым ртом, только свирепо вращая глазами.
      – Вот так, помолчи лучше. Будешь у меня в ежовых, то есть в яйцовых, рукавицах, – насмешливо сказала Яга.
      Алена посмотрела на Кузьму. Домовой веселился. Ему этот скандал явно доставлял  удовольствие. Подмигнув Алене, он сказал:
      – Конец кощеевой вольнице. Яга женщина хваткая, своего не упустит. Будет у нее Кощей ходить по струночке, – и добавил шепотом. – А ведь и вправду в молодости Кощей был влюблен в тогда еще молодую красавицу Ягу, молоденькую ведьму. И еще раз напомню: ведьма – это ведающая мать, помощница в людских бедах. Это потом люди извратили понятие ведьмы, и сами сотворили злобных колдуний.
      – А теперь Коша, – при имени  «Коша» Кощея аж передернуло, – говори правду: клялся мне двести лет назад в вечной любви? И смотри у меня, – Яга немного ослабила хватку яйца.
      – Да не помню я этого, – ведьма опять что-то шепнула, держа яйцо у рта. Кощей задрожал. – Ладно, твоя взяла. Говорил я тебе, что люблю.
      – Обещал жениться?
      – Обещал, – обречено ответил Кощей.
      – Женишься?
      – Да.
      – Клянись при свидетелях своей тайной клятвой.
      Клятву Кощея Алена не поняла, но, глядя на присутствующих, уловила, что Кощей принес свою настоящую клятву. После кощеевы клятвы грудь Бабы Яги под топиком существенной увеличилась. Будто в нее добавили селикона.
      – Вот и ладно, – сказала Яга. – А теперь честным пирком, да за свадебку! Прощевай, девица красная, Алена прекрасная!..
      – Эй, постой, – это Кузьма Иванович. – Аленушку надо поблагодарить.
      – Ты прав, – ответила Яга. – Приглашаю тебя на нашу свадьбу, Алена Васильевна. Посмотришь, как мы живем. Зайду за тобой на днях. И вот еще что. Вижу, что влюблена ты в парня хорошего, да пригожего. Боишься признаться ему, и не знаешь, что он в тебя тоже влюблен, но стесняется сказать. Дай-ка мне его фотографию.
      Алена, краснея, принесла фото своего любимого Иванушки. Яга поводила над фотографией руками, что-то прошептала и сказала:
      – Теперь все у тебя будет хорошо. До свидания. Пошли, Кошенька, – Кощея опять передернуло.
      Взявши Кощея под руку, Яга вместе с ним шагнула в волшебное окно. Окно исчезло. Остался легкий запах озона.
      – Мне тоже пора, – сказал Кузьма Иванович. – Впрочем, я недалеко буду. Моя работа здесь. Увидимся. Если что – зови, не стесняйся. Помочь чем, или просто поговорить…– с этими словами, домовой обернулся серой мышкой и исчез под шкафом.
      Сидевший до сих пор молча Бонифаций,  мяукнул и снова принялся умываться.
      В прихожей прозвенел звонок. Алена открыла дверь. На пороге, смущаясь, стоял Ваня с огромным букетом нежно алых роз…
      ***
      И дальше у Алены с Ваней было все хорошо. Были они на свадьбе Бабы Яги и Кощея Бессмертного, где Ваню, одуревшего от правдивости сказок и хмельного меда, пыталась охмурить кикимора болотная. Да Алена вовремя это углядела, и отбила у кикиморы желание кокетничать с чужими сужеными. И было много еще чего интересного, но…
      Это уже совсем другие истории.
     


   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.

Карепрост - спонсор данной рубрики
Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики