Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Александр РЫЖКОВ
г. Николаев, Украина

ГОЛУБАЯ МЕЧТА
     
      – Педики! Я ненавижу педиков! – рявкнул Сергей и обрушил кулак на пульт управления.
      Голографическое изображение одетого в розовый комбинезон, придурковато улыбающегося белобрысого мужчины пошло рябью и медленно погасло.
      Сергей грязно выругался и потянулся к бутылке с виски. Откупорил зубами пробку, наполнил височный бокал, предусмотрительно содержащий кубики дистиллированного льда. Сергей сейчас немного жалел о том, что в своё время отказался от возможности вживить в тело третью руку. Так бы он был способен выполнить больше операций: одной рукой держать бокал, второй наливать виски, а третьей подносить ко рту сигару. Желательно кубинскую, ну… и венерианская на крайняк пойдёт.
      Увы, время социальной помощи космолётчикам в прошлом; и о бесплатном вживлении третьей руки (а можно и четвёртой, если анкеты правильно заполнить и нужные справки подделать) можно только мечтать. А за те деньги, которые сейчас требуют за сию операцию хирурги, – уж увольте. Сергей и двумя неплохо справляется!
      – Это в последний раз я просматривал архивы передач варварского XXI века, – признался Сергей голопроектору.
      Голопроектор ничего не ответил. А молчание, как в старину говорили, знак сознания. Или как-то иначе говорили? Сергей уже и не вспомнит. И вообще, этот болезненный интерес к давно забытому прошлому, погребённому пластами позора и неудач человечества… Да, нехороший это интерес, пора и на самом деле завязывать.
      Бутылка виски вернулась в «антистрессовый ящик», из другой секции которого Сергей выудил тонкую сигару с золотистой этикеткой «ЛТМ». Что ж, лучший табак Меркурия не чета даже самому худшему с Венеры, но что поделаешь в условиях ограниченного финансирования? В подземных парниках второй от Солнца планеты способны существовать модифицированные растения группы «Е». Так называемый «пищевой ширпотреб» – такие продукты не дадут умереть вам с голоду, однако не ожидайте от них высоких вкусовых и эстетических качеств.
      Но всё же меркурианская сигара лучше, чем ничего.
      Плазменная зажигалка безотказно выполнила свою миссию.
      Комната отдыха наполнилась густым коричневатым дымом, который отдавал душком палёных листьев всего чего угодно, но только не табака.
      Сергей отхлебнул виски и даже не поморщился. Когда-то ему довелось попробовать так называемый «настоящий виски», а не эту синтетическую смесь, которой полнятся прилавки всех баров системы. Особой разницы космолётчик не почувствовал. Даже наоборот, синтетический ему нравился больше. И тому две причины. Первая – от синтетики никогда не будет трещать голова с утра пораньше, риск отравления минимизирован до тысячных долей процента. Вторая – синтетика дешевле оригинала чуть ли не в двести пятьдесят раз. Так зачем же платить больше? Как, вы ещё пьёте натуральный виски? Ну, тогда мы идём к вам…
      – Бэлла! – позвал Сергей.
      – Да, мой дорогой, – отозвался нежный женский голос.
      В комнату вошёл андроид системы «МУ-12». Под прозрачной силиконовой основой виднелся механизированный каркас из углепластика, словно рентгеновский снимок человека. Все размеры были сняты с популярной порноактрисы прошлого двадцатилетия. Если бы не лицевая маска и парик, то андроида вполне можно было принять за покрытый сажей скелет, обтянутый силиконом. Такие, только ещё с наличием органов и кровеносной системы, пылятся в складах любого медицинского вуза. Лицевую маску андроида при желании можно менять: в комплекте прилагается пять женских масок и три экзотические – кошечка, роботесса и инопланетянка.
      Сейчас модель удовольствия носила лицо роботессы. Овальная серебряная маска с красными силиконовыми губами и нарочито широкими лжеглазными сенсорами. МУ была одета в молочного цвета коротенькую юбку в кофейную полоску и белоснежный топик с двумя мордочками ехидно улыбающихся медвежат в местах внушительных силиконовых выпуклостей.
      – Садись в ногах, выпей виски, – приказал Сергей.
      – Да, мой дорогой, – повторилась «МУ-12».
      Сергей плеснул немного синтетического пойла в бокал. Механическая рука приняла дар и присела на силиконовые колени возле ног хозяина, как покорная собака.
      – Твоё здоровье милый, – словно мёд, из не шевелящихся губ вытекли слова.
      – Моё здоровье, да, – кивнул космолётчик и чокнулся с роботессой.
      Он выпил залпом, подтаявшие льдинки цокнули о его зубы. «МУ-12» поднесла бокал к пухлым губам и совсем немного «отхлебнула». Целый вечер она будет цедить свой виски, пока он полностью не перекочует в резервуар, находящийся у неё в месте, где у людей находится селезёнка. Потом, желательно не на глазах у хозяина, роботесса перельёт содержимое резервуара обратно в бутылку… У всех предыдущих моделей, даже у высокотехнологичной «МУ-11ад», не было такой функции. Её ввели «по многочисленным просьбам трудящихся».
      Русскому космолётчику в длительном перелёте не так баба нужна, как собутыльник. Выделять ещё одного специализированного андроида не по бюджету. Вот и научилась модель удовольствия пить… Ещё один плюсик к функциям.
      Кроме удовлетворения сексуальных потребностей пилота, андроиды серии «МУ» выполняли обязанности первого помощника, бортмеханика, повара, психолога, обслуживающего персонала – да вообще, по сути, делали всё-всё-всё. Откровенно говоря, с андроидом на борту космическое судно вполне могло обойтись и без человека. Могло бы, но далеко не всегда. Любая цепь логических программ, пусть до бесконечности совершенных, не способна адекватно реагировать на ситуации, выбивающиеся за рамки логики.
      А таких ситуаций в космосе полным-полно!
      Трудно сказать, кто за кем присматривал: человек за роботом или робот за человеком…
      Не совсем правильно называть многофункционального кибернетического помощника моделью удовольствия. Но какой нормальный капитан будет заниматься сексом, скажем, со шкипером или механиком?!!
      А ненормальным капитанам в Солнечной системе делать нечего!
      – Вот скажи мне, Бэлла, в чём смысл жизни? – ни с того ни с сего выпалил Сергей.
      – Смысл моего существования – делать тебя счастливым, – призналась МУ. Этот ответ, как и все ответы, был запрограммирован.
      – Тогда с другой стороны подойдём… – не сдался космолётчик, наливая себе новую порцию синтетического виски. – Вот посмотри на этот «антистрессовый ящик».
      – Смотрю, – подтвердила МУ.
      – Что ты видишь?
      – Прошу уточнения, – попросила МУ.
      – Что ты видишь на стенке этого ящика?
      – Визуальный анализ показывает, что с 96,42127789 процента вероятности это сплав алюминия Aluminum A6, серийный код Df12D89-404, гравировка «Antistress box for space journeys. Made in USA».
      – Вот именно, компьютерную твою мать за микросхему! – выпалил Сергей и отпил смачный глоток виски, подбросил в почти опустевший бокал льда, долил виски, посмаковал сигарой и только после продолжил: – Мэйд ин юэсэй. Мне, русскому космолётчику, снимает стресс сам Дядя Сэм! Сечёшь?
      МУ беспомощно уставился на хозяина гипертрофированными лжеглазными сенсорами.
      «Надо бы ей маску поменять, – подумал Сергей. – Кошечкой будет следующие часов двести или инопланетянкой. Посмотрим…»
      – Ну? – переспросил он.
      – Что? – выдал начинающий перегреваться микропроцессор Бэллы. Непредсказуемая человеческая мысль способна свести с катушек любую технику.
      – Да как что, – пожал плечами Сергей. Виски уже достаточно согрел его изнутри. Жаль, что душу не всегда им можно согреть… – То, что виски и меркурианская сигара мне нравятся больше, чем водка и марсианская «прима без фильтра».
      – О вкусах не спорят, – приятным женским голосом сообщил динамик, скрытый чуть ниже безжизненных силиконовых губ. Чтобы найти этот ответ, логическим цепям андроида пришлось «здорово попотеть». Так и до перегрева центрального процессора недалеко.
      – И о Родине тоже, – подытожил Сергей. – Благо, это единственное, что мне у них нравится.
      Тепловые сенсоры Бэллы уловили прилив крови к лицу хозяина, слуховые зафиксировали участившееся сердцебиение – верные признаки возбуждения. Белла сделала единственно верный в понимании её центрального процессора выбор. Она поставила бокал с «недопитым» виски на пол, поднялась с колен, грациозно присела на подлокотник кресла, в котором восседал хозяин, сняла с себя топик с парой ехидных медвежат…
      – Возьми меня, жеребец, – простонал андроид системы «МУ-12».
      – Тебя со сборочного конвейера роняли в детстве? – огрызнулся Сергей. – Я тебя не для этого сюда позвал.
      – Я подумала, ты захочешь немного развеяться, – процессор безошибочно переключился на «пристыженный режим». – Извини.
      – Я и так развеиваюсь, если ты не видишь, – слегка повеселев, признался Сергей, елозя в пальцах остатки сигары. – Подлей мне виски.
     
      ***
      Два чудом сохранившихся обрывка из растрёпанного игривым псевдоенотом учебника истории для младших классов.
     
      ……ак произошла колонизация планет.
      Итак, повторим урок.
      Пятая от Солнца планета, Марс, был колонизирован совместными усилиями трёх стран: России, Украины и Беларуси. Позже к ним присоединились: Азербайджан, Армения, Польша, Иран, Турция и Саудовская Аравия.
      Третья от Солнца планета, Венера, была колонизирована: Китайской Народной Республикой, Японией и Объединённой Кореей. Позже к ним присоединились: Социалистическая Республика Вьетнам, Королевство Таиланд, Южно-Африканская Республика, Монголия и Казахстан.
      Вторая от Солнца планета, Меркурий, был колонизирован силами: Соединённых Штатов Америки, Канадой, Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии, Федеративной Республикой Германии. Позднее к ним примкнула Французская Республика.
      Первая от Солнца планета, Персей, пока не пригоден для колонизации. Как известно, Персей был образован в результате столкновения Кометы Галлея с карликовой планетой Цецера в поясе астероидов. Выбитая из своей орбиты, «вобравшая» в себя часть астероидов пояса, космическая масса устремилась к Солнцу. Там, подхваченная мощнейшей гравитацией светила, она приняла свою орбиту, в средней близости до Солнца – 41,6 миллионов километров. Тем самым став формирующейся планетой земной группы.
      Важно знать!
      Первыми колонизовать Марс попытались США в союзе с Великобританией. Но из-за сбоя в навигационном оборудовании и непростительной ошибки расчётов полёта вся экспедиция сбилась с курса и вышла за пояс астероидов. Связь с ними была потеряна. Весь мир скорбел по великой утра……
     
      ……мости пришёл конец. Разложение нравов достигло своего апогея. Глобальная популяризация гомосексуального образа жизни привела к массовой депопуляции Земли. Бороться с голубой заразой можно было лишь радикальными методами. Доблестные энтузиасты, истинные Сыны Земли, принялись объединяться в группировки, деятельность которых была направлена на святое дело – очищение лика планеты от богомерзких паразитов. Суды Линча…..
     
      ***
      Изначально маршрут полёта грузоперевозчика «Скарабей» начинался с промышленного космопорта на Фобосе и заканчивался посадочной площадкой на заводе по переработке вредных отходов «Ла-Манш», расположенном на Каллисто. Грузовые отсеки до отказа были набиты герметичными ящиками с клеймом «токсично, опасно для жизни».
      Что же покоилось в недрах этих ящиков – капитан «Скарабея» Сергей Алексеев не горел желанием выяснить. За транспортировку обещали хороший куш и даже внесли предоплату. Остальное его не волновало.
      Правда, Сергея немного взволновало экстренное сообщение от заказчика, полученное уже за поясом астероидов. Мол, дружище, ошибочка вышла, как выяснилось, работёнки заводу на Каллисто и без твоего груза на десятилетия вперёд хватает. Или поворачивай назад и не получай остаток гонорара, или лети на другой спутник Юпитера – Ио. Там как раз новый перерабатывающий комплекс открылся, и они с радостью примут тебя, а может, и сверху чего-нибудь заплатят…
      Для приличия подувшись на заказчика, опустошив наполовину с Бэллой литровую бутылку синтетического виски и выкурив три меркурианские сигары, Сергей решил продолжить путь.
      А кто бы не продолжил? Не слишком и велика разница. После столь длительного перелёта лишнее расстояние от Каллисто до Ио казалось детской прогулкой по парку. Правда, спутник вращается в зоне мощнейшего радиационного пояса Юпитера. Лишние бэры организму космолётчика не нужны. Но о них не следует беспокоиться, если исправны защитные поглощающие щиты. А они, коли верить приборам системы контроля, в полном порядке.
      Заодно и аккумуляторы подзарядятся…
      Немного насторожило, что Ио издавна считалась крайне неперспективной по части колонизации. Пока не исчерпаны возможности Ганимеда, Каллисто и Европы – на Ио смысла нет и соваться. Хотя кто знает, что в голову координаторам космопрограмм взбредёт? Быть может, перерабатывающему комплексу там самое место.
      Мысли мыслями, а дело делом. Куда поворачивать, когда даже без телескопического приближения экзотическим пятном в космическом мраке виднеется розовато-рыжеватое, исполосованное блюдо Юпитера и непоседливые звёздочки его спутников. Да что там спутников? Уже и кольца видны, особенно главное и гало. Паутинное пока что простым глазом не уловить.
      – Не люблю Юпитер, – признался Бэлле Сергей. Сейчас он сидел в капитанском кресле и не отводил взгляда от лобового иллюминатора.
      «МУ-12» ничего не ответила, поскольку её центральный процессор счёл молчание лучшим ответом.
      – Весит больше двух третьих всех остальных планет Системы, а толку от него на ломаный грош, – продолжал Сергей. – Горстка пригодных к использованию спутников и всё. Их там больше шестидесяти, а толк только от нескольких, на пальцах одной руки пересчитать можно. Мутант-переросток посреди космоса, вокруг камушки бесполезные вместе с пылью в кольцах. Фе.
      – Ты такой умный, – призналась Бэлла.
      – Сбросим груз, забираем деньги и улепётываем куда подальше, – подытожил космолётчик. – Мне давно отпуск положен. Что ты скажешь, если мы с тобой мотнёмся на один из тех чудных технопляжей на Титане?
      – Я существую, чтобы служить тебе…
      – Хотя, это я погорячился о нас вдвоём, – задумчиво потёр виски Сергей. – Там будет полно настоящих женщин…
      – Я буду скучать по тебе, – констатировала Бэлла.
      – Не успеешь толком соскучиться – я тебя в режим гибернации введу.
      – Ты такой находчивый, – сей ответ выбрал микропроцессор.
      – Да, я такой, – ехидно ответствовал Сергей.
      С этими словами он перевёл режим полёта из крейсерского в форсированный. Плевать на лишнюю затрату водорода. Поскорей бы всё сделать и отправиться в заслуженный отпуск.
      Новая траектория полёта была пересчитана за доли секунды. Правда, некоторое время пришлось ждать разрешения спутника-регулятора. Процедура проста, но занимает некоторое время: расчёт траектории направляется в ближайший регуляционный пункт, где она обрабатывается и вносится в базу полётов. Если выбранный путь не пересекается с путями других космических кораблей или тел, неучтённых бортовым компьютером, то регулировщик даёт добро на полёт. Если же нет – вносит свои коррективы и отсылает их запрашивающему кораблю.
      Сеть спутников-регуляторов распространена по всей Солнечной системе вплоть до крайних тел пояса Койпера. Не стоит и говорить о том, что все регуляторы автоматизированы и взаимозаменяемы. При выходе из строя одного спутника ближайший перенимает его функции до момента, пока неполадки будут устранены (либо неисправный спутник будет заменён новым).
      Участие капитана космического корабля после процедуры утверждения траектории полёта сводится к банальному ожиданию. Корабль сам доберётся до точки назначения, если не произойдёт чего-нибудь непредвиденного. А по статистике, вероятность подобного не превышает одной десятой процента.
      Что-то вроде космической лотереи с минимальным шансом на проигрыш.
      Вот уже седьмой год подряд, с тех самых пор как Сергея назначили капитаном грузоперевозчика «Скарабей», никаких проблем при совершении затяжных перелётов по проложенным траекториям! Нет, конечно же, бывали мелкие неурядицы при орбитальной стыковке со станциями; с режимом дрейфа; с режимом буксировки; при заполнении грузовых отсеков и так далее. Но чтобы возникла непредвиденная ситуация при автопилотном перемещении в пункт назначения – нет, нет, нет, не дождётесь, мистер…
      И в этот раз удача не отвернулась от Сергея Алексеева.
      Полёт прошёл гладко и спокойно. Автоматическая бортовая система сработала как часы. Хотя не уместно такое сравнение. Ведь система работала в тысячу раз точнее.
      А иначе смерть.
      Самые страшные аварии, в подавляющем случае приводящие к гибели судна и его экипажа, происходят именно во время подобных перелётов.
      И на этот раз обошлось…
      Юпитер поистине необъятен. На его фоне конечный пункт назначения – спутник Ио – казался песчинкой на монструозном слоёном блюде. Правда, чем ближе «Скарабей» подходил к Ио, тем меньше последняя походила на песчинку. Она росла, постепенно раскрывая испещрённый вулканическими кратерами, покрытый застывшей лавой лик.
      Сергею почему-то показалось, что он смотрит на уродливое иссохшее яблоко, безжалостно изъеденное червями, а не на один из галилеевых спутников. Если и существует Ад, то он, безусловно, расположен здесь, на Ио.
      И какому кретину вздумалось строить перерабатывающий комплекс на самом геологически активном спутнике Системы?
      Вот уже Юпитер кажется спутником Ио, а не наоборот. Пусть и пугающе громадным, но спутником.
      Сергей тут же перешёл на ручное управление, стоило принять приветственный сигнал с обратной стороны Ио. Вместе с приветствиями пришли и координаты посадки. Следует отметить, что сигналы поступили в зашифрованном виде; без кодов, предоставленных заказчиком, их ни за что не распознать.
      По другую сторону, обращённую к Юпитеру, Ио не казалась процветающей плантацией вулканов, эдаким Клондайком базальта и серы. Здесь количество кратеров на сотню квадратных километров не вызывало немой ужас.
      Не знай Сергей координат, точно бы пролетел мимо. Комплекс построен под землёй. Всё сходится: если хочешь обуздать вулканический спутник – прогрызи дыру у него в пузе, окутайся там коконом амортизационных систем и живи себе припеваючи.
      Посадочная площадка больше походила на заброшенное футбольное поле, где вместо травы процветает вулканический грунт. Ни тебе гладкого, как куриное яйцо, термоустойчивого покрытия, ни тебе голографических указателей, ни тебе коврика с надписью «welcome»…
      Но опытному космолётчику Сергею Алексееву не привыкать. Посадочная поверхность ровная – уже хорошо.
      «Скарабей» совершил удачную посадку в назначенном месте. Капитан принялся ждать, от безделья разглядывая в лобовой иллюминатор болезненно розовое небо. Свет эта сторона Ио получала от Юпитера, который без стеснений занимал одну десятую всего небесного пространства. Вид действительно завораживающий. Даже лучше, чем вид на Марс с Фобоса. Всё познаётся в сравнении, как-никак. Маленькая светлая точечка в правом крае Юпитера: то ли свирепый атмосферный ураган, то ли один из внутренних спутников. Интереса ради, Сергей сверил на звёздной карте движение спутников Юпитера и сопоставил со своим положением. Да, это не ураган, а Метида. А та розоватая монетка, только-только начавшая свой путь от горизонта, не что иное, как Теба. Остальные два спутника: Адрастея и Амальтея, – если верить карте, прятались за могучей спиной своего полосатого покровителя.
      И кто назвал этот расположенный южнее юпитериального экватора овал – Большое красное пятно? Бурый с жёлтым отливом, но совсем не красный цвет. Вот так ошибётся астроном древности, а название так и будет тянуться, даже после потери актуальности…
      В поле зрения появился ещё один объект. На этот раз он был не космического, а самого что только бывает техногенного происхождения. Двухместный флаер рыжего цвета системы «форд». Он подлетел так близко, что Сергей в лобовой иллюминатор смог рассмотреть силуэт водителя, который, увидев, что его заметили, помахал рукой.
      Сергей включил режим прямой связи.
      – Приветствую, дружище! – сообщил мужской голос.
      – Здравствуйте, – ответил космолётчик. – Я капитан космического грузоперевозчика «Скарабей», Сергей Алексеев, идентификационный номер АП980123489001Р. Я привёз груз, предназначающийся заводу «Ла-Манш», расположенному на Каллисто…
      – Знаем, дружище, ох как знаем, – перебил его пилот флаера. – И с радостью у тебя его примем. И денег хорошо заплатим. Давай так: оставляй свой драндулетище здесь, с открытыми грузовыми отсеками, а сам ко мне садись, комплекс тебе покажу. Отдохнёшь с дороги, развеешься…
      – Эээ… – слегка опешил Сергей. – Спасибо большое за предложение, но я не то чтобы устал… Мне бы груз вам сбросить, свои деньги получить и домой полететь… Не подумайте, что я привередливый или что-то в этом духе, но ваш спутник – не совсем хорошее место, чтобы надолго задерживаться… Я слышал, у вас тут некоторые вулканы выстреливают на высоту до двухсот километров…
      – Некоторые и до трёхсот добивают, – не скрывая гордости, признался мужчина. – Ты не переживай, сладенький, до встречи с Европой больше двадцати часов, да и нам-то какое дело, мы в зоне минимального риска. Сомневаюсь, что есть на Ио место, где безопаснее, чем здесь.
      – А Европа тут при чём? И это… – Сергей до хруста сжал кулаки. – Ты назвал меня… сладеньким?
      – Сладеньким? – задумчиво протянул мужчина. – О нет, дружище, это связь тебя подвела, помехи из-за мощного радиационного поля. Я сказал «славненький».
      – Ну… ну ладно тогда… – с облегчением сказал Сергей.
      – Европа тут очень даже при чём. Бурная вулканическая деятельность на Ио – её заслуга. Каждый раз, как она пролетает мимо нас, то своей гравитацией вызывает так называемые «приливы магмы». Ганимед тоже свою лохматую лапу прикладывает, но намного меньше, чем Европа. Это то же самое, что у вас там на Земле Луна с океанами и морями делает. И… Нет, ну в самом деле, где же мои манеры? Меня зовут Джек Бланк, я начальник космопорта нашей славной станции «Попобава». Работёнка не пыльная, ведь мы только открылись, и посетители у нас не так часто, как хотелось бы…
      – Очень приятно познакомиться, – без особого энтузиазма сказал Сергей.
      – Вы позволите мне взойти на ваш корабль? – спросил Джек.
      – А как же, – ответил Сергей и открыл центральный шлюз. – Заскакивайте.
      Флаер незамедлительно проник в шлюз. Следует отдать должное Джеку, он показал высокий класс пилотирования. Шлюз закрылся, выкачивая ядовитые газы атмосферы Ио, заполняя пространство двадцатипроцентной смесью кислорода с азотом. Джек не стал далеко отходить от своего «форда» на реактивной тяге. Вскоре в шлюзе появился Сергей. Он пытался сделать приветливое лицо, однако не очень это и получалось. После длительного перелёта нужно вновь привыкнуть к общению с людьми, особенно такими странными, как этот фрукт.
      Джек был облачён в синий форменный комбинезон со знаками отличия, присущими званию «майор». На нагрудном кармане виднелась ромбовидная нашивка: голубая на малиновом эмблема в форме улыбающейся зубастой циклопической мордочки с острыми короткими ушами. Вытянутое лицо начальника космопорта с тонкими аристократическими усиками вызвало у Сергея подсознательную антипатию. То ли дело в ярко выраженной морщине на лбу, то ли в бронзоватом цвете кожи – явном результате соляриевых ванн. А может, просто сказывалось одиночество в полёте, ведь общение с МУ никогда не сможет в полной мере заменить общения с настоящими людьми…
      – Очень приятно лично познакомиться, – Джек снял перчатку и протянул руку Сергею.
      – Взаимно, – пожал пятерню космолётчик.
      – Я не хочу казаться навязчивым, Сергей, но уверен, что у нас вам понравится, – не отпуская руки собеседника, вкрадчиво заглядывая в глаза, начал Джек. – Я сам в своё время летал на дальние дистанции. Правда, не на грузоперевозках, а в составе научно-исследовательских миссий. Исколесил всю Систему от Персея до Койпера. И вот что я тебе скажу, Серёжа, можно я буду называть тебя Серёжей?
      – Можно. Только руку отпусти.
      – Ах, пардон, совсем и не заметил, – Джек выпустил руку капитана «Скарабея». – Так вот, Серёжа, за годы путешествий понял я одну простую истину: нет ничего лучше, чем хорошенько отдохнуть с дороги в кругу добрых компаньонов и единомышленников. А мы с тобою единомышленники, как ни крути. Одним делом занимаемся. К тому же, у нас есть настоящая водка и, ты не поверишь, настоящие кубинские сигары! Правда, сигар очень мало, но для тебя я выделю пару-тройку…
      – Я не люблю водку, – не стал кривить душой Сергей. – Вот от кубинской сигары не отказался бы. Хотя не могу понять вашей заинтересованности в этом. Не сочтите меня занудой, но это, как минимум, настораживает. Я простой грузоперевозчик, ничего больше.
      – Ох, Серёжка, глупый, – Джек Бланк обнажил жемчужные зубы в широкой американской улыбке. – Ты разве никогда ничего не слышал о таком простом слове, как «гостеприимность»? Мы ведь только недавно открылись и ни в коем случае не хотим, чтобы нас с самого начала считали неприветливыми. Ах да, вот плата за груз.
      Джек выудил из нагрудного кармана золотистую пластиковую карту.
      – Здесь остаток суммы, о которой вы договорились с заказчиком, – он протянул карту Сергею. – Я такой забывчивый… Тебе полагалась ещё такая же за лишние заботы… Но я забыл её у себя в кабинете. Как сейчас помню: она лежала на столе, я собирался тебя встретить, а ты прилетел раньше, чем мы ожидали, и я впопыхах забыл…
      – Так, понятно всё с вами, – махнул рукой Сергей. – У меня нет выбора, кроме как полететь с тобой.
      – Нет, если тебе совсем не хочется, я не буду настаивать, – очень доверительно солгал Джек. – Я могу вернуться на базу и привезти тебе денежную карту.
      – Ладно уже, – смирился Сергей. – Полетели. Грузовые отсеки я давно открыл. Пусть ваши ребята начинают разгружать. Только без фокусов, окей, Джек?
      – Окей, кросс май харт, ноу проблэм, – ответствовал Бланк. – Да и без этого твой андроид за всем проследит.
      Сергей ничего не ответил. Бэлле уже были даны указания, поэтому возвращаться в капитанскую рубку нет нужды. Он облачился в скафандр – не от недоверия к своему гостю, а потому, что этого требовала рабочая инструкция.
      Джек ждал в кресле флаера, встретившись взглядом с Сергеем, он любезно пригласил того на пассажирское сиденье.
      По приказу капитана, отданному через передатчик в шлеме, воздух был выкачан из шлюза. Ворота разъехались. В помещение пробрался смертоносный для человека воздух Ио.
      Но даже без скафандра Сергей мог с лёгкостью управлять кораблём через «ошейник управления» – тонкий ремешок вокруг шеи. Этот ремешок отлично реагировал на голосовые команды хозяина (и только на них, следует отметить), следил за жизненными показателями, выявлял наличие вредных веществ, содержание кислорода в воздухе и выполнял многие другие полезные функции.
      Полёт над поверхностью Ио оказался недолгим. Джек мастерски спикировал флаер в одно из скальных ущелий. Со всего маху вошёл, так сказать, в пещеру сателлита Юпитера.
      Слегка перенервничавший Сергей тут же вспомнил древний фильм о человеке в резиновой маске с острыми ушами. Космолётчик сейчас ощущал себя на месте красотки, которую страдающий раздвоением личности мужчина вёз к себе в логово, полное летучих мышей. Роль Бэтмена, конечно же, выпала лихачу Джеку Бланку.
      Ещё один аргумент завязать с пагубным интересом к культуре дикарского двадцать второго века!
      Полёт по пещере вглубь Ио продлился не более двадцати пяти минут, но Сергею они показались настоящей вечностью. Не то чтобы матёрый космолётчик боялся быстрых полётов в закрытых помещениях… Но одно дело самому сидеть за штурвалом, контролируя каждый поворот, каждый взлёт и каждое падение. И совсем другое, когда этим делом занимается совершенно незнакомый тебе человек.
      Стремительный полёт оборвался так же стремительно. Сергей и опомниться не успел, как флаер приземлился на площадку шлюза.
      Красная предупредительная полоса над воротами перекрасилась в зелёный: воздух пригоден для человека. Сергей выбрался из флаера следом за Джеком.
      – Можешь снимать скафандр, дружище, у нас тут прекрасные условия. Генератор гравитации работает превосходно, вот увидишь! Ускорение свободного падения – восемь и пять, а в удачные дни – и все девять метров в квадратную секунду!
      – Неплохо для простой перерабатывающей станции… – не скрыл впечатления Сергей, высвобождаясь из скафандра. – Куда мне его девать?
      – Ну, не станции, а комплекса… Клади в багажник флаера, там с ним уж точно ничего не случится, – предложил Джек. – Это моя личная стоянка, здесь, кроме меня и нескольких доверенных лиц, никто не бывает.
      – Окей, – кивнул Сергей и показал букву «О» указательным и большим пальцем.
      – О-о-о… – задумчиво протянул Джек. А потом оживлённо добавил: – Идём же скорее, Серёжа, я тебе всё здесь покажу. У нас тут столько интересного!
      Сергей не стал сопротивляться. Вместе они прошли несколько дверей, несколько средней освещённости коридоров, взобрались по винтовой лестнице (поскольку лифт на ремонте, просим прощения за неудобства). Джек не обманул, здесь действительно работал гравигенератор. Крутой размах, ничего не скажешь. В университете Сергей изучал подобные шедевры технологического искусства. Существовало множество разновидностей, моделей и модификаций гравигенераторов – все уже и не припомнить. Однако общую концепцию и технологическую схему их работы, основанную на перегонке антиматерии, он помнил до сих пор. Как тут забыть, когда экзамен пришлось сдавать?
      Всё равно, какая модель генератора гравитации используется здесь, на Ио, но без сомнений, эта штуковина стоит больше, чем весь завод «Ла-Манш» на Каллисто.
      – Вот здесь у нас пропускной пункт, – признался Джек Бланк, когда они вошли в ничем не выдающееся помещение. В конце стояли четыре пропускные кабинки. На каждой красовался герб комплекса: малиновый фон и голубая улыбающаяся зубастая мордочка с одним глазом и острыми ушками. Три кабинки не работали; в одной сидел усатый мужчина в фиолетовой форме. Фиолетовым было всё, даже кевларовый шлем.
      Мужчина сурово посмотрел на Сергея.
      – Валерка, будь паинькой, пропусти нас без лишних разговоров, – с нажимом сказал Джек. – Мы с новым другом Серёжей Алексеевым спешим. Я хочу показать ему наши владения, а времени у нас в обрез…
      – Дайте хоть его ИК посмотреть, Джек Сэмьюэлевич, сэр, – обиженно ответствовал усатый мужчина.
      – У нас нет времени! – чуть ли не крича, стоял на своём начальник космопорта.
      – Не вижу никаких проблем в этом, Джек, – похлопал его по плечу Сергей. – Считывай мой идентификационный код, чего уж там.
      Сергей всунул левую руку в контрольное отверстие. Тысячи безопасных лазерных лучей в считанные секунды составили трёхмерную модель кожного покрова. По идее, должно было пройти некоторое время, когда отпечаток будет сверен с общей галактической базой данных. Обычно такая процедура занимает от пяти минут до получаса, но не прошло и десяти секунд, как усатый мужчина в фиолетовом учтиво пожелал приятного времяпрепровождения и открыл барьерное поле.
      – Ещё увидимся, Валерка, – повеселев, кинул ему Джек Бланк.
      Следующее помещение ничем не отличалось от лучших залов земных космопортов. Широкое, прекрасно освещённое, заполненное терминалами электронных справочников, даже цепочка багажных тележек наличествовала. Единственное, чего не хватало, так это рекламных голограмм и, конечно же, толп народа. Да, людей здесь не было, за исключением пары в конце зала. Странно разодетые в пёстрые розово-красно-кислотно-фиолетовые одежды, они тут же скрылись в ближайшей двери, стоило им увидеть Сергея с Джеком.
      – Вот так и живём, Серёжа, – заговорил начальник космопорта. – Работёнка, как видишь, у меня не пыльная. К нам мало кто прилетает. Только такие как ты – капитаны грузовых кораблей и грабберы. Да и то очень редко… А жаль.
      «Странно как-то, если эти ребята только недавно открылись, то у них здесь ещё совсем недавно всё кишеть должно было, как тараканами, строительными бригадами, инспекторами, геологами, биологами, экологами, технологами и прочими ологами… И вообще, он говорит так, словно они живут здесь уже довольно давно!» – подумал Сергей, но вслух мысль не озвучил. Мало ли чего. Лучше уж молчать и казаться идиотом, чем заговорить и развеяться. Или как там?
      – Так-так-так, с чего бы начать… – защёлкал пальцем Джек. – Сразу в бар идти как-то не с руки. Продуктовые лаборатории – слишком банально. В школу тебя вести ещё рано… Оу, точно, хочешь в парк?
      – Да, давай в парк, – усыплённое Джеком чувство тревоги, зародившееся ещё на борту «Скарабея», нарастало с новой силой. – Хотя знаешь, я сейчас начинаю чувствовать зверскую усталость. Дальний перелёт таки сказывается. Может, вернёмся обратно на мой корабль? Захватишь с собой кубинских сигар и причитающуюся денежную карту…
      – Ну, Серёжа, не будь занудой, мы такой путь проделали, – Сергею либо показалось, либо в голосе Джека проскользнула истеричная нотка нетерпения. – Давай так: одним глазком на парк посмотрим, а там и обратно пойдём. Уговор?
      Сергей ничего не ответил. Но и не стал препятствовать.
      Джек подвёл его к магнитной капсуле – это что-то вроде хорошенько эволюционировавшего лифта. Капсула в кратчайшие сроки способна доставить вас в любое место, к которому подведены магнитные шахты.
      Обычно перед входом в такие штуковины тянутся целые очереди желающих, но здесь ждать не пришлось. Створки разъехались, Сергей и Джек шагнули в капсулу. Стоит говорить, что внутри никого не было? А кожаная (или из очень качественного кожзама) обивка комфортабельных сидений ставила больше вопросов, нежели давала ответов.
      Сергей не отводил взгляда от табло капсулы, когда Джек деловито вводил нужные координаты. Количество остановок в общем списке поражало. Больше подходит для крупного города, нежели для комплекса переработки отходов…
      «Придурок, надо было взять с собой плазмострел, как ты мог забыть, тупица», – корил себя Сергей Алексеев.
      Тревожное чувство грызло пелену его самообладания. Ещё немного, ещё чуть-чуть – и он взорвётся. Не сможет контролировать себя. А что, если напасть на Джека прямо сейчас? Раскроить его череп об угол бортовой панели капсулы? Но тогда уж точно не выбраться отсюда живым. Самообладание, друг, оно тебе нужно, как никогда ещё. Резкие движения непременно навредят…
      – Вжаньк, – издал звук динамик капсулы, оповещая о прибытии.
      – Идём, Серёженька, твои будущие друзья уже заждались тебя, – уж очень радостно произнёс Джек, ещё и потирая при этом ручонки.
      Сергей молчаливо последовал за ним.
      Прямиком в парк.
      О да, это был действительно парк. Колоссальный. Громадный. Не каждый марсианский мегаполис может похвастаться таким! Всё буквально дышало зеленью: аккуратненькие хвойные, громоздкие лиственные, пышные кустарники, вьющиеся стебли, цветы всевозможных цветов и размеров. Растения от знакомых глазу с раннего детства до экзотических, виденных только на электронных картинках ботанических энциклопедий, а порой и вообще настолько диковинные и невообразимые, что закрадывались подозрения об их принадлежности к флоре Солнечной системы. Зелёные, жёлтые, голубые, оранжевые, красные и фиолетовые листья. Лепестки всех цветов радуги. И самое странное, среди этого ботанического безумия преобладали голубые тона: голубые ели, голубые квандонги, синеголовники, фиалки, голубые луки, лобелии, мертензии и прочая пакость, столь не любимая ни на Земле, ни на Венере, ни на Меркурии, ни даже на Марсе!
      Подсвеченный голографическими пейзажами, купол парка заставлял верить в то, что ты находишься где угодно, но только не в недрах самого неприветливого, геологически активного спутника Юпитера.
      Здесь было светло, как в безоблачный день на Земле.
      Вот только…
      – Мать вашу, да вы все педики! – не выдержал Сергей. Вот он! Тот предел терпения, который не удалось удержать. – Я ненавижу педиков!
      И действительно, на скамеечках, за столиками, на дорожках – везде были мужчины. Много мужчин. Молодые и старые. Одеты в откровенные одежды пёстрых цветов, с шарфиками, платочками, цепочками… Некоторые из них целовались или ещё чего похуже делали прямо на виду у остальных.
      Два похожих друг на друга, аки клоны, амбала, держащихся за руки, были облачены в чёрные кожаные ботфорты, кожаные шорты и голубые майки-сеточки, в правых ушах они носили широкие кольца золотых серёг. Мужчин отличало лишь то, что один прикрывал лысину кожаной фуражкой с кокардой в форме всё той же одноглазой щерящейся мордочки. Эти мужчины шли навстречу к Сергею и Джеку.
      – Я урою тебя, козёл! – прорычал Сергей, в который раз жалея, что не прихватил с собой плазмострел. Хотя излишняя забывчивость не помешала со всего маху въехать Джеку в лицо.
      И тут же что-то твёрдое и крепкое схватило Сергея сзади. Захват шеи. И, чёрт подери, живота тоже. Словно две пары рук схватили одновременно, как зловещие клещи из страшных снов детства.
      – А это наш Вольдемар, – кивнул в пространство за спиной Сергея Джек, вытирая рукавом комбинезона кровь с разбитой губы. А потом радостно прокричал: – Эй, ребят, в нашу сеть попалась строптивая мушка!
      Кто-то засмеялся. Кто-то начал улюлюкать. Кто-то принялся аплодировать. А кто-то просто отмолчался, ведь ему было наплевать.
      Лапищи Вольдемара крепко держали, горячее дыхание, полное перегара виски и сигарет, обжигало шею, ухо и щёку. Сергей готов был разрыдаться…
      Вокруг собралась толпа. Лица большинства мужчин источали нездоровый интерес и похоть.
      Джек Бланк подошёл к оцепеневшему Сергею, провёл пальцами по лицу, поддел «ошейник управления» и резко содрал его. Отдал кому-то из толпы.
      «Вот ведь дебил, – ещё больше разозлился на себя Сергей. – Как я мог забыть о нём? Я мог приказать Бэлле протаранить это долбаное место!»
      – Не жди поддержки от своей МУ, – словно прочёл мысли в глазах пленника Джек. – Мы уже взломали все системы защиты «Скарабея» и присвоили его себе. Твоя Бэлла сейчас в «комнате для перевоспитания противных роботов». Мы перепрограммируем её, а главное, срежем с…и и добавим ч...н. Нашим ребятам в удовольствие.
      – Вы меня не отпустите… – обречённо прошептал Сергей.
      – Да, дружок, конечно же, не отпустим, – потирая ручонки, признался Джек. – Ты теперь будешь жить с нами.
      Сергей забился в истерике, но четыре крепкие, как пневмомеханизмы, руки Вольдемара сжали ещё сильней.
      – Много разговоров, однако. Да, ребята? – Джек обвёл взглядом толпящихся мужчин. – Вы уже заскучали, верно? Строптивую королеву бала стоит хорошенько выпороть. Я начну, а вы продолжите.
      – Педики недоделанные!.. – Одна из лап Вольдемара зажала Сергею рот. Космолётчик впился в неё зубами, за что получил сильный удар в затылок. Предположительно лбом. Желание кусаться отпало тут же.
      – Мы этого строптивого жеребца вмиг укротим, – часто дыша, сказал Джек. – Ты и весь ваш гомофобный мирок. Вы все живёте в иллюзии. Такие недалёкие глупышки. Но ничего, мы время от времени помогаем таким, как ты. Ты хоть знаешь, что это за символ? – он ткнул большим пальцем в нашивку на комбинезоне. – Это Попобава! Он родился очень давно, на Земле, в стране, которая когда-то называлась Танзания. Это бог гомосексуализма. Он наказывает анально всех, кто в него не верит. И потом заставляет рассказывать всем о себе, чтобы другие боялись не верить в него. А если глупец не рассказывал – Попобава продолжал приходить к нему…
      – Ох чёрт, мать вашу, чёрт, – сорвалось с губ Сергея. – Я не хочу так умирать!
      – Умирать? – выпучил глаза амбал в кожаных шортах и фуражке. – Ты что, совсем противная дурашка? Мы тебя сейчас в семью принимать будем. Вначале тебе покажется немного больно, но потом понравится, вот увидишь. Практически каждый гомофоб – латентный гомосексуалист. Мы просто поможем тебе раскрыться…
      – Да, – поддакнул другой лысый амбал с серьгой в ухе. – Ты будешь жить с нами долго и счастливо. В нашей Голубой Мечте!
      – Ну что ж, Вольдемар, наклоняй его, не будем терять время…
      – Стойте! Чёртовы педики, стойте, я хочу попросить вас… – взмолился Сергей Алексеев. – Пожалуйста, перед тем, как вы унизите меня и испохабите мне жизнь… Чёрт, мужики, ну последнее желание мне хоть оставьте. Вы что, никогда не слышали о последнем желании? Я ведь вам привёз токсические отходы для переработки, я заслужил! Да будьте же вы благоразумны!
      – Отходы? – ухмыльнулся Джек. – Ты привёз нам сексуальные игрушки, а не отходы. Мы не перерабатывающий комплекс, если ты ещё не заметил. Мы настоящая колония! И твой наниматель это знает. У нас с ним уговор…
      – То, что он недоносок, я и без тебя понял, – выдавил из себя пленник. Его лицо налилось кровью – ещё бы, ведь Вольдемар скрутил Сергея, подготавливая к уверованию в Попобаву. – Я молю тебя, Джек Бланк, начальник космопорта или кто ты там, дай мне желание. Одно только желание.
      – Смотря какое… – задумчиво протянул Джек. Его начала интриговать эта идея. Да и что может быть лучше, чем немного оттянуть заветный момент сладкого блаженства на глазах своих верных подданных?
      – Я в институте несколько семестров изучал гравигенераторы, – Сергей чеканил каждое слово. – Я делал по ним курсовой проект и защищал дипломную работу. И это при том, что никогда не видел их в жизни. Это слишком дорогое оборудование и…
      – Что скажете, братья? – перебил его Джек. – Исполним последнюю прихоть нашей капризной королевы бала?
      – Плевать я хотел на его прихоти! – рявкнул одноглазый краснокожий коротышка с недельной щетиной. – Хочу, чтобы он был в теме!
      – А мне пофигу, – высказался худой очкарик в средневековом платье.
      – И мне пофигу, – подхватил голубоглазый блондин с розовой повязкой на лбу.
      – А я хочу от него детей! – потребовал чернокожий бугай с голым торсом, весь в драконьих наколках и с россыпью золотых фикс среди жемчужных зубов. – Сейчас же!
      – Пусть идёт, – махнул амбал в кожаной фуражке.
      – Да, пусть идёт, – повторил за своим суженым амбал без фуражки.
      – Что ж, я тоже не вижу ничего плохого в этом желании, – подытожил Джек. – Пойду я, Вольдемар и вы, Тино и Доно, – он указал пальцем на амбалов в кожаном, с золотыми серьгами в правых ушах. – Остальные, ждите здесь. Ланселот, для начала поправь свои запотевшие очки, а потом бери ребят, во имя Попобавы, и тащите сюда столик удовольствия. Пусть всё будет романтично.
      – Я сейчас тебя отпущу, – раздался зловещий бас Вольдемара. – Только если пообещаешь быть хорошим мальчуганом, договорились?
      – Буду вести себя покорно, как перуанский девственник, – прошептал Сергей.
      Вольдемар отпустил.
      Сергей смог отдышаться, выпрямиться и кинуть взгляд на своего мучителя. О да, над этим парнем здорово поработали их гомохирурги: на бочковидном торсе ниже родной пары мускулистых рук росла пара искусственных. Лицо Вольдемара было спрятано за кожаной маской с толстой металлической змейкой, с прорезями для рта и носа. Ростом он был даже ниже Сергея; ноги колесом. Походка его была неуклюжей – он раскачивался, словно пингвин. Но всё же… У Сергея не возникло и малейшего сомнения, что хоть кто-либо из той толпы в парке способен выдержать и одного раунда с этим четыреруким уродцем.
      Они подошли ко входу в магнитную капсулу. Сели. Джек ввёл координаты и вложил руку в контрольное отверстие. Конечно, к такому стратегическому объекту, как генератор гравитации, далеко не каждый имеет доступ. Трёхмерные отпечатки были считаны, запрет снят.
      Капсула сорвалась с места.
      Сергей сидел у стенки, рядом сидел Вольдемар. Позади расположились Тино и Доно. Впереди раскинулся на двух креслах Джек Бланк.
      – Ты у них вроде лидера, да? – спросил Сергей.
      – Что-то вроде, да, – не стал скромничать Джек.
      – Зачем человеку твоего уровня рисковать и в одиночку лететь за мной?
      – Мне это по приколу.
      – Ваш подземный Пидоград зовётся Голубая Мечта…
      – А ты внимательный слушатель, – Джек даже выглянул из-за спинки.
      – Мой мозг уже давно должен был взорваться, – признался Сергей. – Это страшный сон, чёрт подери, это больной, ненормальный сон. Я просто должен сейчас проснуться. Должен. Ай!
      – Вольдемар, не щипай нашего гостя, – попросил Джек. – Он и без этого прекрасно понимает, что не спит. Просто хочет прикинуться королевой драмы.
      – Но как? – отчаянию Сергея не было предела. – Как вы здесь очутились? Откуда это всё? Это нереально, просто нереально!
      – Ох, мой милый голубок, ты ничего не смыслишь в этой жизни, – томно произнёс Джек. – В школе вас учат не тому, что на самом деле произошло. Да, были протесты, да, наших предков преследовали и убивали, травили и унижали такие же гомофобы, как ты. Но неужели ты думаешь, что нас так просто сломить? Наши братья были повсюду – в правительствах стран, в советах директоров крупнейших компаний, в шоу-бизнесе… Везде! Очень влиятельными и сильными мы были, несмотря на варварства наших противников. Но наш девиз – любовь, а не война. И поэтому наши праотцы заключили секретный пакт с гетеросексуалами. Этот пакт действенен и до сих пор. Всех наших ребят, которых ловит ваша полиция и садит в тюрьмы, – всех их потом тайно депортируют к нам. В ваших учебниках по истории написано, что первая колонизация Марса оказалась неудачной, что корабли сбились с траектории… Какой бред! Разве могут у сотен кораблей одновременно сбиться навигационные приборы? Это наши праотцы летели сюда. Ио лишь на первый взгляд плоха для колонизации. Здесь два неисчерпаемых источника энергии – магма и радиация Юпитера! И сюда практически никто не суёт свой нос! Не то что на Европу и иже с ней. Ах, вот мы и приехали.
      Они вышли из капсулы.
      Помещение было поистине огромным. Оно наполнялось мерным гулом, похожим на гул электростанции, и дробящими звуками пневмомеханизмов. Округлые металлические стены, испещрённые тысячами труб и проводов всевозможных размеров и форм. Посреди помещения громоздилась исполинская сфера, окутанная вентилями, рычагами и приборными мониторами, – ядро гравигенератора. От сферы к стенам тянулись всевозможные шланги и надстройки.
      К ядру вёл металлический мостик в мелкую сетку.
      Даже Джек присвистнул, хотя неоднократно бывал здесь. Что уж говорить о Сергее?
      Все впятером, они поднялись на мостик и медленно направились к ядру. Металл дрожал от вибраций невидимых за обшивкой механизмов. Да что там металл? Сам воздух здесь полнился вибрациями, был жёстким и плотным, хоть ножом режь.
      «Воздух, мать вашу, голубки зажравшиеся! – кольнула Сергея возмутительная мысль. – У вас даже в технических помещениях есть воздух!»
      Пахло машинным маслом, озоном и серой.
      Притяжение было больше, чем в парке. Но оно ненамного превышало земное, поэтому особых неудобств не создавало. Под этим помещением находились гравитационные плиты, охватывающие всю площадь колонии – именно в них из ядра поступали продукты перегонки антиматерии, при дальнейшей электрохимической реакции создающие гравитационное поле.
      Первым к ядру подошёл Джек. За ним Сергей. Следом Вольдемар, за его спиной толпились Доно и Тино.
      – Ну что, поглядел? – перекрикивая гул, осведомился Джек Бланк. – Сейчас мы тебя здесь и разделаем, ты готов?
      – Это древняя колониальная модель ГГ382ППУ, – прокричал в ответ Сергей. – Одна из самых первых в своём классе.
      – Ну да, она здесь стоит с первых дней колонизации, – прокричал Джек. – И что?
      – Знаешь, что их сняли с производства? – не смог сдержать улыбки Сергей.
      – Это почему же? – Джек оказался не из доверчивого десятка.
      – А вот почему! – радостно крикнул Сергей, пнул в пах Вольдемара, въехал Джеку в ухо и, оттолкнувшись от бортика моста, запрыгнул на сферу, принялся карабкаться по вентилям и трубам, по возможности закручивая их и переводя в другие режимы.
      – За ним, придурки, хочу затр…ть его до смерти! – взвыл Джек, поднимаясь с коленей. Его ухо сильно распухло.
      Сладкая парочка Тино и Доно поползли следом за Сергеем. Но их ботфорты из лакированной кожи не были предназначены для лазанья по ядрам гравигенераторов – они постоянно соскальзывали, замедляя подъём.
      Джек помог подняться Вольдемару. Глаза последнего налились кровью, как у быка на родео.
      – Фас! – приказал Джек.
      Вольдемар запрыгнул на сферу и принялся стремительно карабкаться вверх, с ловкостью четырерукой обезьяны с Титана.
      Сам Джек остался внизу. Он достал из внутреннего кармана что-то небольшое, размером с шариковую ручку. Надел это себе на большой палец, прицелился и уже готов был продырявить спину Сергея, как одёрнул руку. Палить из лазерного оружия по гравигенератору – нехорошая затея…
      Сергей подбирался к верхушке ядра. Он поворачивал вентили и рычаги неспроста. Он знал слабое место этой модели генератора. Стоит хоть на миллионную долю секунды дать сбой в стабилизирующем поле антиматерии – и дело в шляпе! В логических цепях многослойной защиты генератора присутствовала ошибка. Поэтому-то все генераторы серии ГГ382 были сняты с производства. Когда происходит слишком быстрая смена параметров, стабилизирующее поле может дать крошечную брешь. Но и её будет достаточно.
      Конечно, больше вероятности на успех у Сергея было бы, будь у него доступ к панели управления гравигенератором. Но вряд ли обитатели Голубой Мечты дали бы ему доступ к ней. Приходится делать по старинке – вручную переключать всё, что можно переключать.
      На верхушке Сергей принялся пинать энергонадстройку. Ему удалось разбить несколько контрольных экранов и разгрызть зубами парочку проводков прежде, чем Вольдемар настиг его.
      Но это уже было не важно.
      Логическая цепь дала сбой…
      При контакте килограмма антиматерии с килограммом материи выделяется энергия, эквивалентная взрыву 42,96 мегатонн тротила. А это почти в две тысячи пятьдесят раз больше, чем при сбросе «Малыша» на Хиросиму. А внутри гравитационного ядра находилось не менее тринадцати тонн антиматерии…
      Взрыв такой мощности трудновообразим человеку. Но в космических масштабах это обычный хлопок.
      Хлопок, который сместил орбиту Европы и подтолкнул Тебу прямиком на встречу с Амальтеей…
      Кольца Юпитера пополнились новыми осколками…
     





   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики