Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Олег АКУЛОВ
(Лейпциг)


                                                  ИЕРУСАЛИМ

                                    
Он прошел босой по Иерусалиму.
                                     Он порвал свою последнюю рубаху.
                                     Он размял в руке податливую глину
                                     и пустил ее на ветер серым прахом.

                                     Да убойтесь, пришлые из праха твари,
                                     и в  последний раз повойте на коленях.
                                     Я не верю вам – неверным и коварным,–
                                     христиане, мусульмане, иудеи...

                                     Он стоял – суровый, пепельный и хмурый –
                                     словно истина последнего дыханья.
                                     Он кричал свои пророчества и суры.
                                     Он озвучивал сказанья и писанья.

                                      Я в ваш город распахнул ногой ворота
                                      в день какой-то вне Рождения Христова.
                                     Я наполнен горьким гневом словно рвотой.
                                     Я принес и меч, и страх, и мор, и слово.
                                              
                                     Он хрипел и бился в судорогах плача.
                                     Он перстом буравил сумрачное небо.
                                     Он на площади пред храмом строил плаху
                                     и к столбам крепил, как петли, кольца нервов.

                                     Аз воздам. И только я имею право,
                                     власть имею и понятие имею.
                                     Вразумлю вас напоследок. Будет славно
                                     посмотреть опять на тщету вразумленья.

                                     А прохожие глазели и смеялись.
                                     А зеваки в пыль плевали и галдели.
                                     А глухие ничего не разобрали.
                                     А слепые ни черта не разглядели.

                                     Может, кто-то и пытался догадаться.
                                     Да догадка, как всегда, скользнула мимо.
                                     Он стоял и горько-горько так смеялся...
                                     И сгустилась тьма над Иерусалимом.

                          Он причалил к горе Арарат поутру после бури.
                          На душе было как-то печально и как-то плачевно.
                          Не хотелось за здравие пить и с вина балагурить.
                          А хотелось крушить и рыдать на обломках ковчега.
 
                          Он две мачты срубил и развел костерок на вершине.
                          И пожарил шашлык из одной зазевавшейся твари.
                          Он без вкуса жевал и обдумывал, что же свершилось:
                          то ли света конец, то ли просто на славу поплавал...

                          то ли праведник он, то ли просто хорошая лодка...
                          и гора Арарат – избавленье иль просто стоянка...
                          и кого проклинать – то ли Бога, а то ли погодку...
                          и молиться кому – то ли Богу, а то ль океану?..

                          Он сидел и смотрел на пустыню зеленого моря.
                          В трюме выли собаки, трубили слоны. Он не слышал.
                          Он совсем отличать разучился от радости горе.
                          За три дня и три ночи он так и не понял, что вышло.

                          На исходе же третьего дня он с ковчега устало
                          погрозил кулаком беспросветной, бескрайней пучине
                          и направил посудину прямо на острые скалы,
                          что вблизи Арарата торчали себе без причины.

                          Безмятежная гладь без вопросов ковчег поглотила.
                          Повидала вода в этой вечности и не такое.
                          Только паруса клок по камням ветерком протащило.
                          ...Так гора Арарат ничего не узнала про Ноя...

 
                                                            *   *   *                                                                                                                    

                                     Чернильный город, синий и пустой.
                                     Собак, и тех не слышно в подворотнях.
                                     Я здесь бывал. И я еще живой.
                                     И лет с тех пор прошла всего-то сотня.

                                     Здесь я творил бездарные стихи,
                                     здесь признан был как безнадежный гений,
                                     здесь рвал и жег надежд черновики,
                                     здесь рвал и резал на запястьях вены.

                                     Чернильный город, синий и пустой,
                                     он весь – до закоулков – перечитан.
                                     Но сотня лет... И звуков рвется строй,
                                     и забываются слова молитвы.

                                     Я – имярек. Я – странник. Я вернусь.
                                     Я подновлю страницу за страницей.
                                     Итака... Вавилон... Степная Русь...
                                     И город из чернил, что снова снится...

                                     Чернильный запах ветром принесло,
                                     я думал – возвратиться чем не повод...
                                     Итаки нет! Итака – просто сон,
                                     давным-давно приснившийся слепому.

                                     Проход закрыт. «Кирпич». Шлагбаум. Стой!
                                     На прошлом – крест. Молчание – награда.
                                     Чернильный город, синий и пустой...
                                     Но мне в него зачем-то очень надо.


 
                                                                      *   *   *                                                                                                                    



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики