Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Глеб ДАВЫДОВ
(Симферополь)



МАЛЫЙ   НАРОДЕЦ

-We live inside a dream...
Д. Линч, «Твин Пикс: Огонь идет со мной».

                   Колдовство, джентельмены… 
                                          Это единственный ответ. И не упрекайте
                                                           в этом Дьявола, вы сами его создали.
К. Саймак, «Из их разума».

      Не могу поверить, что снова наконец увижу всех своих старых друзей. Позавчера мне и, я думаю, остальным, пришел пригласительный билет от нашего старого друга, Сэма Ростифа. Сэм, в отличие от остальных, внимательно слушал лекции и после выхода из университета открыл свою фирму, которая за десять лет стала известнейшей корпорацией «РС-Марк». И вот, сейчас, Сэм пригласил нас в один из своих загородных домов, предварительно снабдив указаниями, как доехать. Трасса уже давно закончилась, и я ехал по довольно хорошей проселочной дороге. Зазвонил мобильный.
– Алло, Дейв, ты скоро? – спросил знакомый женский голос. Господи, это... Это Анна! Сколько же я ее не видел? Года три, не меньше.
– Да, да, Анна. Я сейчас на проселочной дороге. Сколько ехать не знаю, – сказал я.
– На какой именно дороге? Давай мы тебя встретим! – предложила она.
– А... Черт его знает. Слева поле, справа поле и виднеется поселение. Водонапорная башня...
– Ты лес видишь?
– Что? – не расслышал я.
– Лес видишь?! – крикнула она с кем-то вместе, с кем – не расслышать.
– Да. Впереди.
– Дейв, слушай, подъедешь к лесу, там развилка. Свернешь на левую дорогу. Слышишь? А там миль десять по прямой.
– Спасибо, Анна. Кто уже приехал?
– Я, Таиша, Кай, Нил Скотт. Ниата и Мэтт будут завтра. Сэм послезавтра.
– Хорошо. Ждите.
– Ага, давай, Дейв.
      Я ехал, предвкушая хорошую встречу старых друзей. Все вместе мы учились в Университете экономики города Лафайет. Отлично проводили время. А после выпуска жизнь настолько раскидала нас, что встречались сокурсники примерно раз в три года. И то не все. Кого-то я со дня выпуска не видел.
      Впереди виднелись лесистые холмы, которые выглядели для этой равнинной местности гротескно и нелепо. Я остановился на поляне перед лесом. Было жарко. Над сухой травой порхали бабочки и жужжали стрекозы. Я повернул налево и поехал по прохладной просеке. Лес был дубовый  и старый. В таких обычно снимают фильмы ужасов. Дорога, в основном, была прямая, хотя попадались и резкие повороты в лощинах, поросших диким плющом.
      Наконец лес расступился, и я выехал на большую поляну, окруженную тополями. Посреди поляны стоял старый двухэтажный дом желтого цвета. С облупившейся штукатуркой и потрескавшимися колоннами. Да, дом производил жутковатое впечатление. Не хватало только каменных львов. У стены стояло четыре автомобиля.
– Вон Дейв!!! Дейв!!! – закричали Анна  и Таиша и побежали ко мне.
– Привет, мои родные! Таиша!! – побежал к ним я.
      Анна почти не изменилась. Те же светлые волосы, улыбка. Мне даже показалось, что на ней блузка тех времен. А вот Таиша явно сдала. Она и раньше была полной, но всегда отлично следила за собой, а сейчас одежда буквально трещала на ее теле. Таиша еще в университете боролась за права чернокожих женщин и боролась настолько активно, что пять лет назад я видел ее по национальному телевидению. А сейчас, похоже, Таиша Смит просто устала. Подбежал Нил Скотт с сигаретой на губе и со словами:
– Дайте и мне обнять нашего главного заводилу и хулигана. Ну что? Как ты там? Не забыл про лучших друзей?
– Да нет, Нил. Я всегда вас буду помнить. А вы то как?
– Да как? Потихоньку, полегоньку. Как она жизнь крутиться, так и мы.
– А!!! Кай!!! Господи, сколько же... семь лет?!
      Подошел вечно улыбающийся Кай Шостаков и протянул руку:
– Здорово! Как жизнь? Слышал о тебе по радио.
– По какому радио? – не понял я.
– «Ти-Уайт 98». Там поздравляли всех сотрудников фирмы «Моро-Ричардсон». Ты ведь там работаешь?
– Нет. Ты напутал. Я работаю в «Даунтаун-Орлеан».
– Да? Значит действительно напутал, – смутился Шостаков.
– Неважно! Ребята, вы не представляете, как я рад вас всех видеть.
– Давайте пройдем внутрь, – предложила Анна.
      Мы поднялись по потрескавшейся каменной лестнице. Я обернулся и посмотрел на стену деревьев, окружавших поляну, и зашел внутрь. Огромный холл встретил меня. Широкая деревянная лестница поднималась на второй этаж. На стенах висела пара полуистершихся пейзажей. Шторы на окнах были выцветшие. Анна и Таиша побежали на кухню, что-то там помогать, а Кай и Нил принялись показывать мне дом.
      Сама вилла была построена на месте охотничьего домика герцога Картера в 1931 году. До Второй мировой тут был сумасшедший дом имени Липовски. Во время войны здесь сделали госпиталь, но в 1943 году в пятидесяти метрах от дома упала бомба, и часть северного фасада снесло. До 1949 года строение лежало в руинах, пока какой-то человек со странным именем Айяак Мирраавд не выкупил его. Потом он исчез. Айяака нашли через год поисков в 1956 году в лесу. Весь в крови, абсолютно безумный, он умолял вернуть ему шанс на прошлое. Следующим владельцем был генерал Рокфолд. Это был один из его многочисленных охотничьих домов. Сюда генерал приезжал редко, примерно три раза в год. В 1968 году он проиграл этот дом в покер, и тут начали было строить санаторий, но когда троих электриков с содранной кожей нашли в подвале, все прекратилось. Была огромная шумиха, закрытое расследование. Убийц нашли, но прессе их имена не предоставили, что породило кучу слухов и предположений. В 1974 сюда приехал известный психоделический музыкант Крис Бироу, установил в подвале студию и записал свой альбом «Мистерии». До конца восьмидесятых дом принял сотни экстрасенсов, медиумов, колдунов и целую армию журналистов. В 1988 году здесь дислоцировалась съемочная группа из Голливуда. В самом доме и в близлежащих территориях сняли фильм ужасов. Во время съемок при трагических обстоятельствах погиб осветитель. В виллу снова нахлынули толпы журналистов. В 1991 году сюда переехал ученый Стелптон. При целом отряде охранников он жил в условиях относительного спокойствия. Пресса забыла про дом, ограничиваясь мелкими заметками из его прошлого. В 1998 году Стелптон уехал. В 2000 году дом купил немец Кристоф Рампе, известный банкир. Позже, после продолжительных торгов в 2019 году, виллу выкупил Сэм Ростиф.
      Мне показывали коридоры с неработающими лампами, комнаты с обшарпанными обоями, грязные ванные. Странно, как это Сэм с его деньжищами не сделал тут ремонт. Хотя некоторые места в доме настолько раритетны, что я бы сам горой стоял против их переоборудования.
  – А вот тут будет твоя комната, – весело прогудел Нил. – Сэм сказал, располагаться где угодно, а главное, как угодно.
 -Спасибо, Нил. А остальные где живут? – спросил я.
 -Кай дальше по коридору, я, наоборот, в начале коридора. Таиша и Анна в противоположном крыле.
 – Ясно. А сам виновник?
 – У него отдельная спальня в восточной части дома. Первый коридор, если от лестницы считать. Ну что, идем?
 – Куда? – не понял я.
 – На праздничный обед по поводу твоего приезда. Тут такой повар... Да что говорить, сам сейчас попробуешь!
      Мы спустились на первый этаж и прошли за дверь под лестницей. В столовой наши девушки уже расставляли посуду. Я спросил:
 – Помощь нужна?
 -Да нет, Дейв, садись. Мы сами справимся, – ответила Анна.
      Я сел. Рядом со мной села Таиша и Кай, а Анна и Нил сели напротив. Все затихли.
 – Ну? – тихо сказал я.
      Все рассмеялись. Нил резким движением откупорил бутылку вина и начал разливать его по бокалам.
 – Кто скажет? – спросила Таиша.
 – Давайте я, как новоприбывший, – сказал я.
 – О! Давай, Дейв. По-нашему, по-старому! – одобрительно воскликнул Скотт.
      Я так и не понял, по какому «нашему», но продолжил:
  – Давайте выпьем за то, что судьба свела нас всех, в этом месте, в этом... ммм... необычном доме. За нашу компанию. За нас.
  – Дейв, ты, как всегда, необычно и красиво скажешь, – добавил Нил.
      Мы чокнулись бокалами и принялись за еду.
 – Давай, рассказывай, Дейв. Где сейчас работаешь? Как живешь в общем?
  – А что рассказывать? Работаю в «Даунтаун-Орлеан», в принципе, по нашей специальности. Чуть было не женился, но судьба-злодейка... Сами понимаете.
 – А «Даунтаун-Орлеан» случайно не инвестициями в сфере отдыха занимается? – спросил Кай.
 – Да.
 -Вы не работали последний месяц с «Гранд-Туризмо»? На постройку на побережье комплекса развлечений?
 – Да, я как раз вел это дело. А ты там работаешь? – спросил я.
 – Да. В некотором смысле.
 – Ну хватит о работе! – возмутились девушки.
 – Мы потом договорим, – сказал, улыбнувшись, Шостаков.
 – Так что, кто еще, кроме нашего дорогого Сэма Ростифа, стал полоумным миллионером? – весело спросил я.
 -О! Все! – закричал Нил. – Аж тысячу раз!
 – А если серьезно?
 – Пит Кэттим, помнишь? – сказала Таиша. – Он ведет сейчас лекции в Йелле. По математике, естественно.
 – Постой... Это высокий такой, кучерявый? С параллельного?
 – Да, ведет лекции, а в нашем Университете его фотографию повесили на доску почета. Представляешь? – добавила Анна.
 – Во дает. А еще кто? Вы как?
 – Так же, как и ты. Все занимают мелкие должности. Кстати, Венса уволили, по секрету только.
 – Венса? – переспросила Таиша.
 – Да, Венса. Он работал... Ой, Господи... Да не важно. Так его уволили за неуважительное отношение к начальству... – тихо говорила Анна.
 – А!! Ха-ха! Да! Мне рассказывали! Венс начал спорить с боссом, потом обозвал его свиньей, геем и дегенератом! – радостно сказал Нил. Он всегда все обо всех знал.
 – Что, правда? – не поверила Смит.
 – Да. Правда. Там чуть до суда не дошло.
 – А что он сам не приехал? – спросил Кай.
 – Пф... Не знаешь Венса? Эх, – вздохнула Анна. – Половина курса разбежалась и не найти. Все же занятые.
 – Кстати, помните Брюса Уотсона? С филологического? Орлеанский журналист? – спросил я.
 – Э... А, да! У него еще сокурсник женился сразу после выпуска. Шутник этот, Бен, – сказала Таиша.
 – А что такое? Что с ним?
 – Не к столу конечно, извините. Шизофрения. Застрелился. Год назад. Очень тяжко. Бен Дорриан, его друг, сильно переживал. Вот такие дела.
 – Ужас, – сказала Анна.
 -А чего он так? – как мне показалось, весело спросил Нил.
 – Там темное дело. Я и не спрашивал. С Беном я разговаривал, но не особо спрашивал.
 – А жаль. Интересно все же, – сказал Нил Скотт.
 – Как тебе дом? – спросила Таиша.
 – Ну, впечатляет. Честно скажу. Особенно лес.
 – Кстати, погуляем по нему потом. Тут такие места есть, – протянула Анна.
 – Ты же любил в университете все такое романтическое. Природу, – добавил Нил.
      Я мрачно посмотрел на него и продолжил трапезу. Таиша предложила:
 – А давайте сейчас прогуляемся?
 – А что? Хорошая идея, – сказал Кай.
 – О! Началось! – закричал Скотт.
 – Нил! – одернула его Анна. – Ну сколько можно?
 – Чт... Что?! А что я такого сказал?! – сразу обиделся тот.
 – Вот именно, что ничего. Хватит этих криков, – продолжала Шепард.
 -Давайте не будем ругаться, – мягко сказала Таиша.
 – Так а... кто ругается? Ничего себе, – обиженно сказал Нил.
 – Давайте, через двадцать минут в парадной, – сказал Кай Шостаков.
      Все разошлись. Я поднялся на второй этаж и остановился в коридоре, у окна напротив моей комнаты. Вокруг дома на многие мили простирался лес. Старый, с высокими, как в сказках, дубами. В другом конце коридора что-то упало. Я посмотрел туда и, не придав этому значения, зашел к себе в комнату. Времени было двадцать минут, и я успел распаковать все вещи и переодеться.
      В парадной стоял насупившийся Нил в джинсовой куртке и довольный Кай в светло-бежевой ветровке. Через минуту подошли девушки. Мы вышли.
      Странное чувство, когда входишь в лес. Будто что-то смотрит на тебя со всех сторон. Поляна с домом словно притягивала. Лес был поистине древний. Не то что бы деревья старые, нет, сама атмосфера угнетала. Таиша громко смеялась и кидала в нас редкими шишками и желудями. Кай постоянно улыбался. Анна тоже смеялась. Нил о чем-то думал, бурил всех нас каким-то прокурорским взглядом и что-то бубнил себе под нос.
      Я зацепился ногой за сучок и шнурок развязался. Я сел на корточки его завязывать. Сзади хрустнула ветка. Я оглянулся. Никого. Наверное, птица. Послышались чьи-то голоса, и в мою сторону кинули ветку. Наши, наверное. Я побежал в ту сторону и обежал камень, за которым они, похоже, и прятались. Там не было никого. Застучал дятел. Я вздрогнул. Что за странности? Потемнело, и из балки с карканьем поднялась стая ворон. Я побежал на дорогу, где завязывал шнурок. Господи, похоже, я здесь заблудился. Пройду чуть-чуть вперед. По ноге что-то больно ударило. Я обернулся. Лес был пуст, но на земле лежал увесистый камень, которым в меня кинули.
 – Р-ребята. Ну вы шутники... Где вы спрятались? Я сдаюсь.
      Но только стук дятла был ответом. Мне стало очень страшно. Не знаю почему, я отошел от тропинки и залез на камни. В лощине гремел ручей, и кто-то смеялся. Я осторожно обогнул скалу. Там, внизу, сидели мои друзья. Я спустился к ним. Кай  увлеченно рассказывал Таише о своих пьянках, та хихикала. Анна мочила руки в маленьком водопаде. А Нил курил,  сидя на камне в отдалении. Как только я спустился, он странно посмотрел на меня и спросил:
 – Где ты пропадал?
 – Я шнурки завязывал и отстал от вас. Потом немного заблудился.
      Скотт ничего не сказал, продолжая буравить меня взглядом. Мы сидели у ручья и рассказывали друг другу разные вещи из жизни. Говорили мы долго, пока не село солнце. Кай, неизвестно откуда, достал военный фонарик, и мы пошли в дом, следуя за его фонарем. Я постоянно оглядывался, пытаясь понять, кто же кинул в меня камень. Может, в лесу живет злой лесник? Или хиппи, их сейчас развелось просто немерено.
      Наконец мы вышли на поляну, окружавшую виллу и остановились. На небе просто восхитительно были видны звезды. Все стояли и делились впечатлениями. Нил взял в руки палку  и со злостью кинул ее в сторону леса.
 – Зачем ты кинул? – спросил я.
 – А пусть не расслабляются, – сказал Скотт.
 – Кто?
 – Хм... Тамошние жители. Лесные духи. Помнишь, ты меня на втором курсе учил, что в лесу живут разные странные существа, – издевательски произнес он.
 – Нил, я же шутил тогда, да и молодой был.
 -Ха, – пренебрежительно произнес он и пошел в сторону дома. Я посмотрел на него, затем на лес.
      Что это с Нилом? Я плюнул на все и пошел к себе в комнату спать. В коридоре, на втором этаже, по странной причине не было света. Я щелкнул белым, с черными разводами от многих прикосновений, выключатель света. По очереди в коридоре зажглись лампы. Чей-то щелчок на другой стороне коридора все выключил. Я твердой походкой пошел в ту сторону узнать, кто же это там шутит. В конце коридора была дверь в комнату Кая. Я постучал. Сзади послышалось:
 – Я тут, Дейв. Что ты хотел?
 – Кто это? – спросил я.
 -Ты что, своих не узнаешь? – удивленно спросил Кай Шостаков.
 -Ой! Ты... Мне надо хорошенько выспаться, что-то мне все тут всякое мерещится, – устало сказал я и пошел к себе в комнату.
      Я постелил постель, разделся и лег. На улице громко шумели деревья. Я долго не мог уснуть от этого шума. Думал, до чего же неуютно сейчас оказаться в лесу...

      ...Все персонажи сидели в комнате. Человек-Крапива уселся в кресло, Пика, Бородач и Человек-Козел на диванчике, а Король-Не-Кукла разлегся на кровати.
      Я лежал в пыли под диваном, было страшно: если кто-то из персонажей меня заметит, мне несдобровать.
 – Тише. Иначе все исчезнет, – прошептал Человек-Крапива.
 – Бу-Бу!! Все, есть не та правда... – гнусаво провозгласил Бородач.
 – Правда здесь, на середине... Между стенами, далеко от границы, но рядом с заставой... – продолжила Пика.
      Король-Не-Кукла отпил из стакана молоко и разлил его на пол.
 – Иг-Игр!! Ответственный сантехник... Он верит в сорок девять плюс один! – крикнул Бородач.
 – Но ведь грань прорезана!!! Богач – не тот, за кого себя выдает!!! – заорал Человек-Козел.
 – Господа, я вот слушаю вас битый час и думаю, когда же вы придете к соглашению. Что делать с хижиной? – ясным голосом диктора произнес Король-Не-Кукла.
 – Ахр!! Игр ыв нии!! – Бородач совершенно перестал вести себя по-человечески.
 – Не имеешь права. Что, хочешь трона лишиться? – сказала Пика.
 – Почему нет? Он сам понял. Развитие. Кибернетика. Окна. Френк, – ответил Человек-Козел.
 – Да ты работаешь на втором этаже! – сказал Человек-Крапива, словно это было чем-то позорным.
 – И хитришь. Нечестно. Поводья в сметане тянешь, – сказала Пика.
 – Постой, постой. Ты не прав. Как мы можем объяснять что-либо человеку, не побывавшему за гранью этого, – продолжал рассуждать Король-Не-Кукла.
 – Хорошо. Я согласен. Но это мысль! – возразил Человек-Крапива.
 – Пусть. Мыслит? Да. Существует. Почти. Что еще? – сказал Человек-Козел.
      Внезапно кто-то запустил веник, прямо мне под диван. Я дернулся и понял, что не могу вылезти. Странно, а как тогда я залез? Бородач с воем упал на ковер и пополз ко мне. Я ощущал его. Зловоние рта, грязные руки и сломанные ноги. Я понял, что ноги он сломал, когда упал на ковер. Я заметался и больно ударился об дерево головой. Бородач отлетел за лампу. Шумели деревья...

     ...Шумели деревья. Я сидел в кровати  и держался за макушку. Оказывается, я во время сна стукнулся головой о стенку кровати. Я посмотрел на тумбочку, искал стакан воды. Я болею редкой болезнью, и мне нужно много пить, я привык, что дома у меня всегда рядом с кроватью стоит стакан.
      Я встал, натянул штаны и направился вниз, на кухню, чтоб попить. В коридоре по– прежнему не было света. Я прошел его на ощупь и спустился по лестнице. Внизу, в холле, свет горел, и я без труда нашел кухню. Вода была с едва заметным привкусом зубной пасты. Напившись, я взял с собой стакан к себе в комнату. Тут я заметил на столе фонарь. Прихвачу-ка и его с собой, чтобы не рухнуть в темном коридоре. Я вышел в холл. В кухне кто-то дробно застучал. Я положил стакан на пол и пошел туда. Гудела лампа дневного света. Никого. Я поправил крышку на кастрюле.
      Вдруг, кто-то громко постучал в окно где-то в доме. Звук был слышен так четко, что я вздрогнул. Стук повторился.
 – Ребята, хватит шутить! – крикнул я.
      Тишина. Я схватил лампу и выбежал в холл. Забыв про стакан, я поднялся по лестнице. Какие-то голоса слышались в столовой. Я замер:
 – Кии! Сизау!! Вен ари деб агит! – я не понимал, что эти слова значат.
      Громкий стук по стеклу повторился. Стучали в окно второго этажа, в коридоре восточного крыла, где комната Сэма. Я дернулся. Внизу грохнул стакан, который я оставил на полу. Невнятно сказали:
 -Ше зш тки!
      Я побежал по темному коридору и захлопнул за собой дверь. Меня просто трясло от страха. Я лег в постель и укрылся  одеялом. Долго не мог уснуть, все лезли в голову всякие ужасы...

      ...В сосновом лесу полным ходом кипела работа. Рубили деревья и выкладывали их в грандиозный, но чрезвычайно нестойкий мост меж двух холмов. Я шел с усатым мужчиной по тропинке леса. Только что мы прошли по этой огромной стройке и теперь нырнули в лес.
 – Зачем это все? – спросил я.
 – Ты о чем?
 – О Мосте.
 – Понимаешь, традиционно обществу требовалась лазейка, дыра, – объяснил мне усатый инженер.
 – Какая дыра? – не понял я.
 – Лаз. Запасной ход в иной мир. Не для нужды, а просто так. Я осмелюсь сказать, для отчетности.
 – А эта стройка?
 – Мост в другой мир. На крайний случай. Поэтому и строят из сосны, – сказал усатый.
 – А откуда вы узнали о ходе?
 – Три года назад Кай Двармир нашел. Во время прогулки. Год планировали и высчитывали Мост. Старались сделать его наименее прочным. Так сказать, чтобы не было соблазнов. И вот два месяца назад начали строить.
 – Понятно. А Кай этот случайно не Шостаков? – спросил я.
 – Ты не находишь странным, что задаешь столько вопросов? – язвительно осведомился усач.
      Мне стало чрезвычайно стыдно, и я отвернулся. Мы подошли к синему проржавевшему домику для строителей. Изнутри в дверь кто-то стучал и звал меня...

      ...По двери действительно стучали. Я спросонья закричал:
 – Что происходит?!
 – Дейв, это Анна. Вставай, Ниата, Мэтт и Рональд приехали, иди встречай, – сказала через дверь Шепард.
 – Ох. Сейчас, сейчас, Анна. Дай мне пару минут, – сказал я, поднимаясь с кровати.
 – Спускайся в холл, – сказала Анна и ушла.
      Я надел штаны и футболку и почему-то осторожно выглянул в коридор. Светило солнце. В окнах виднелся покачивающийся на ветру лес. Я мельком глянул на него и быстрыми шагами направился в холл.
      Внизу, в холле, на ковре валялись чемоданы и саквояжи. Посреди холла стоял высоченный Мэтт Кимсли в велюровой, по последней моде, куртке и улыбался. Возле него Ниата Ли набирала сообщение на мобильном. Завидев меня Мэтт так крикнул, что Ниата вздрогнула:
 – А!! Привет!
 – О! Дейв!! – тоже закричала Ли.
 – Подождите! – послышалось с улицы. – Без меня не начинайте!
      Секунду спустя буквально втиснулся в проем, красный от натуги, Рональд Маквелл с огромнейшей сумкой. Скинув сумку, он бросился в наши всеобщие объятья. Минут пять все мы обнимались, хохотали, а некоторые даже расплакались от радости. Почти вся группа была в сборе. Когда радость встречи немного поутихла, мы всей гурьбой ринулись в столовую. Повар уже в поте лица готовил еду. Я смекнул, что это, наверное, повар  шумел ночью, когда мне было страшно. Рональд постоянно потирал руки, словно ему было холодно, и, сверкая глазами, смотрел по сторонам. Мэтт, рассказывая какую-то веселую историю, откупоривал бутылки. Ниата равнодушно смотрела на все это, редко-редко перебрасываясь фразами с Анной. Нил все ждал когда же принесут дичь, чтоб он смог с Рональдом «по-старому» выпить. Я не знал к кому обратиться – так много новых людей. Повар принес несколько салатов, затем спиртное. Все ели, пили и делились впечатлениями.
 – Рон! Рональд! – позвал я.
      Он замер с недопитым бокалом. Затем предупреждающе поднял указательный палец и разом осушил содержимое.
 – Ты где сейчас работаешь, как живешь-то? – спросил я.
 – Недавно устроился в риэлтерскую контору «Ю-Эн-Би». Заместитель директора, – ответил он.
 – «Ю-Эн-Би»? Что за контора? – как мне показалось, с презрением спросил Скотт.
 – Ты о названии? Я потом тебе расскажу, – сказал Рон, подкладывая себе картошки.
      Тут я услышал, что меня давно зовет Ниата. Похоже, у них с Анной и Таишей какие-то вопросы. От совершенно красного от стыда Кая они отстали и принялись за меня.
 – Дейв, а ты женился? – спросила меня Ли.
 – Я? Еще нет.
 – Да что такое?! – игриво возмутилась она. – Одна я, что ли?
      Я заметил, что у нее на безымянном пальце красовался здоровенный перстень.
 – А почему? – продолжала она.
 – Как сказать? Не получилось пока.
 – Дейв! Дейв! – влез в разговор Рональд.
 – Сейчас... Что? – спросил я.
 – Скажи Нилу, что Даяна тогда, на четвертом курсе, выпила две бутылки текилы и, как говориться, ни в одном глазу.
 – Да, Нил. Я серьезно. Ее никак не споить, сколько ни пытайся, – сказал я.
 – Серьезно? – все еще не веря, переспросил Скотт.
 – Пф! Я же тебе еще тогда рассказывал, – сказал Маквелл, и они продолжили спорить.
 – Так что, Дейв? – сказала Ниата. Оказывается, я прослушал ее вопрос.
 – Ой, прости. О чем ты спрашивала?
      Она как-то пренебрежительно фыркнула, но вопрос повторила:
 – У тебя есть кто-то на примете?
 – Есть. Мы с ней уже два месяца встречаемся.
 – Как ее зовут? – спросила Шепард.
 – Кира. Мы познакомились в Новом Орлеане. Во французском квартале, на Декатур, – открыл я секрет.
 – Что такое, о чем разговор? – бесцеремонно влез Нил Скотт.
      Я промолчал. Не знаю почему, но Нил в последнее время начал меня раздражать. Анна и Ниата мгновенно переключились на него. Нил с трудом от них отвязался и посоветовал узнать о личной жизни Рональда. Ли ответила, что Рональда она видит почти каждый день, а таких молчунов, как Нил, впервые. Вдруг Скотт со злостью швырнул вилку и вышел из столовой. Все замолчали.
 – Что это с ним? – пренебрежительно спросила Ниата.
 – Со вчерашнего дня он сам не свой, – сказала Анна.
 – Утром он пошел в лес, прогуляться, а вернулся сам не свой, – добавила Таиша. До чего же она наблюдательна, особенно когда речь касается скандалов, подумал я.
 – Не обращайте внимания, – посоветовал Рон. – Как всегда, надумал всяких глупостей.
 – Я пойду поговорю с ним, – сказал я и встал из-за стола.
      Все одобрительно загомонили и принялись обсуждать университетские причуды Нила.
Я вышел в холл, прислушался. Подошел к окну. Было видно, как Скотт бодрыми шагами идет в лес. Я вышел и побежал за ним.
 – Нил! Да подожди ты!
 – Уходи, – процедил он.
 – Подожди, Нил. Постой.
 – Что ты хочешь? – зло спросил он.
 – Успокойся. Что ты?.. Что случилось?
 – Ничего. Все хорошо. Просто хочу прогуляться.
 – Давай как мужчина с мужчиной поговорим. Что с тобой происходит? – спросил я.
Скотт остановился. Посмотрел мне в глаза. Покачал головой и сел на камень. Я присел рядом  и посмотрел на него. Нил вздохнул и сказал.
 – Нервы, понимаешь?
 – Конечно.
 – Жена бывшая бросила. Алименты ей платить. Еще с работой проблемы. Думал, приеду сюда, отдохну, выпью наконец. Так нет.
 – Что тебе мешает? – не совсем понял я. – Ниата. Да забудь ее. Она так, глупая китайская девушка. Что ты ее слушаешь?
 – Да не в Ниате дело, – скривился он словно от боли.
 – А в чем?
     Внезапно он схватил меня за отворот и прошептал в лицо:
 – Страшно. Страшно мне. У меня нет выхода. Навсегда остаться в... в руинах. Навсегда, понимаешь?
      Я промолчал. Просто понял, что в таких разговорах трудно что-либо советовать. Он отпустил меня и тихо что-то пробурчал себе под нос. Потом он собрался с мыслями и сказал:
 – А знаешь, по ночам в доме кто-то ходит. Я не шучу. Вышел я ночью в туалет. Слышу кто-то возле двери копошится. Я открываю дверь. Там никого. Думаю, наверно, совсем свихнулся. И тут как по окну кто-то бахнет. Я, не поверишь, аж вздрогнул. На кухне кто-то заорал. Я совсем не знаю, что думать. Потом по лестнице побежали. Я за ними. Выбегаю в холл и натыкаюсь на стакан воды. Представляешь? Прямо посреди ковра. Я так и крикнул: «Что за шутки?». Но мне никто не ответил.
     Один из ночных секретов был раскрыт. Фраза «Ше зш тки!» означала «Что за шутки?», просто я ее от страха не так понял.
 – Стакан я оставил, – признался я.
 – А зачем? – не понял Нил.
 – Я хотел попить. Услышал в кухне шум. Поставил его на пол, чтоб потом взять. Потом услышал, как в окна стучат, испугался  и убежал, – скорбно признался я.
     Нил долго и пристально смотрел на меня, что-то обдумывая. Затем он хмыкнул и встал.
 – Пойдем? – спросил я.
 – Эх... идем, – сказал Скотт, и мы пошли в дом. В холле Нил сказал, что у него болит живот и лучше он полежит у себя в комнате. Я не имел ничего против.
      В столовой шло хмельное веселье. Как только я вошел, Таиша спросила:
 – Ну что? Как он там?
 – Нормально. Живот болит, пошел отдыхать к себе.
 – Дейв! Черт с ним, Нилом, давай по рюмке коньяка, мы с тобой давно не пили, – сказал Мэтт.
 – Не возражаю. Рон, разливай! – мгновенно ответил я.
 – Давайте все за наш курс! За экономику! – закричал Мэтт Кимсли.
 – За экономику! – подхватили все.
      Я выпил рюмку и принялся за горячее. На улице было довольно холодно, и я жалел, что не прихватил с собой куртку,  когда общался со Скоттом. Мясо было просто восхитительное, а рыба и того лучше. Удивительно, где этот повар достает здесь свежие продукты?
 – А когда приедет наш Рокфеллер? – спросил Мэтт.
 – Завтра должен, – сказала Таиша.
 – Да. Он звонил, сказал, что завтра днем приедет, у него там полно дел, и все такое, – добавила Анна.
 – Э! Давайте выпьем! – предложил Рон и начал разливать мартини.
 – Рональд, только мне коньяк, – сказал Кимсли.
      Мы чокнулись бокалами и продолжили веселиться. Не хватало только Нила.
 – Может, позовем Скотта? Что он один там? – спросил я.
 – Да что он, маленький?! – воскликнул Рональд.
 – Захочет – сам придет, – сказал Мэтт.
 – Как хотите, – я не хотел спорить.
 – Хочешь, я сам за ним схожу? Поговорю заодно, – неожиданно предложил Маквелл.
 – Давай, – согласился я.
 – Ты только не оскорбляй его, – начали советовать наши девчонки.
 – Знаю, – проворчал Рональд и вышел.
      Мы выпили еще по рюмке. Повар принес несколько новых салатов. Рона не было.
 – Может, они дерутся там? – предположила Анна.
 – Действительно, – фыркнула Ниата, – Рона с Нилом не знаешь? Слово за слово.
      Таиша сразу встрепенулась:
 – А пойдемте посмотрим! – предложила она.
 -Нет, Таиша, не надо, только помешаешь им, – сказал Шостаков.
      Тут в столовую вошел Рональд.
 – Ну что? – спросила Ниата.
 – Нет его нигде, – ответил тот.
      Я вскочил от неожиданности:
 – Как нет? Постой. А в его комнате ты смотрел? В туалете?
 – Да. В доме его нет.
 – Давайте тогда все разойдемся, поищем его. Нил может глупостей наделать, – сказал я.
 – Хорошо. Заодно и прогуляемся, – сказал Кай.
 – Ой нет. А можно я... э... В доме, тут, поищу? – спросил Мэтт.
 – Твое право, – сказал я и вышел в холл. Рон, Кай и Таиша последовали за мной.
 – Надо в лесу искать, – заметил Рональд.
 – Ты прав. Тогда по отдельности. Таиша пойдет с тобой, Рон, – сказал я.
 – Отлично. Давайте минут через пять, пока в теплое оденемся, – сказал Кай.
 – Хорошо, через пять минут здесь, – сказал я и пошел к себе в комнату. По дороге я открыл дверь в комнату Скотта. Маквелл прав, комната пуста.
      Я надел теплую куртку, ботинки и взял фонарь, который нашел ночью на кухне. До вечера оставалось еще полно времени, но поберечься стоит. Посмотрев на часы, я понял что прошло уже восемь минут, надо бежать вниз.
      В холле стоял Кай, Таиши и Рона не было. Через пару минут послышался смех Мэтта и голос Маквелла:
 – Все,  мы пойдем, – Рон все это время пил коньяк с Кимсли.
      Наконец все мы вышли из дома. Было холодно, и дул пронизывающий ветер.
 -Давайте так: мы с Таишей направо, ты, Дейв, по тропе, а ты, Кай, вдоль дороги. Чуть что – звонить на мобильный, – сказал Рон.
 – Хорошо, – улыбнулся я, заметив торчащую из кармана Рональда бутылку виски. До чего же я люблю этих людей.
      Деревья в лесу скрипели под порывами ветра. Падали ветки и желтые листья. Порой я принимал эти звуки за чьи-то шаги, но каждый раз ошибался. Я прошел довольно много по тропе и решил свернуть с нее к роднику. Возле родника кто-то недавно прошел в сапогах по грязи. Я, немного поколебавшись, решил пойти в ту же сторону. Пройдя несколько метров, я потерял след, но заметил на скале следы той же грязи. Я начал подниматься по камням. Следы были по меньшей мере странными: до невозможности огромные и широкие. Вдруг следы оборвались буквально на пустом месте. Как будто тот, кто шел, просто улетел. Я решил пойти в ту сторону, куда этот некто шел. То есть по направлению следов. Мой выбор оказался верным, примерно через двадцать минут я увидел деревянный домик. Скорее всего, это был домик лесника. Над дверью висели оленьи рога, а окна были закрашены черной краской. Я громко постучал в дверь. Никакого ответа. Я подергал ручку – замок был заперт изнутри. Я еще раз постучал. Я потер краску на стекле. Но она была настолько старой и въевшейся, что ничего не получилось. Поднялся сильный ветер. Деревья застонали. Вдалеке послышался странный голос какой-то птицы. С другой стороны домика стояла бочка, наполненная вонючей черной жидкостью.
      Я еще раз дернул дверь, и на мое удивление она открылась. Внутри было очень чисто и уютно: железная печь, два шкафа, письменный стол, кровать и большой деревянный ящик. Один шкаф был полон разных приключенческих и детских книг. На письменном столе лежал лист бумаги с написанным на нем текстом. Я взял лист и сел на кровать, читая его. Назывался этот трактат «Отчет по новым проблемам феномена “Хижина”».  Довольно странное название. Итак, вот что я там прочитал.

   «Как уже было сказано, три месяца назад, Хижина начала рушиться. Без надлежащего изучения этого состояния Хижины мы можем полностью потерять ее. Я пыталась пройти по окружной дороге, но полиция просто не пустила меня. Они окружили Хижину по периметру и с расстояния ста метров начинали огонь на поражение. Невзирая на феномен Хижины (который они досконально изучили), власти своими преступными, по отношению к свободной науке, методами перекрыли все подступы к ней. С одной стороны, это ясно: Хижина может стать опасной для всей существующей у нас жизни. Самое главное, что мы до конца не знаем, что станет, если Хижина разрушится.
      По теории Паркера, Хижина является громаднейшим генератором идей всего сущего. Своеобразный Творец, с разрушением которого все в мире потеряет смысл и исчезнет.
      По неофициальному отчету ученых Города, Хижина представляет собой идеальный аппарат для передвижения по иным мирам, но способы передвижения доселе не изучены.
      Теория Адамеску говорит, что Хижина – это ужаснейшее оружие, что Жорж Адамеску с блеском доказал на Семинаре, указав, что именно Хижина стала причиной катастрофы объекта «Батерфляй».
      Как мы видим, версий множество, и трудно сказать какая из них верная. Надежды на широкую огласку феномена все меньше. После ареста семерых лидеров общества «Консьюзнесс» стало ясно, что власти твердо намерены скрывать все чудеса Хижины от общественности. Физик Стелптон признан умственно нездоровым. И это притом, что его считают «отцом» Хижины, ведь он сделал полный молекулярный анализ объекта и научно доказал реальное существование Хижины.
      Надеюсь, что кто-нибудь сможет придать все это широкой огласке. И наши старания не пропадут зря.
                                                                                                 Марта Уинслоу, 18 августа 2023».

     Я отложил бумагу и задумался. Об этой «хижине» я никогда не слышал, даже упоминаний. Надо будет взять лист с собой. Кстати, пора идти уже. Я набрал на мобильном номер Рональда. Или он потерял телефон, или не хотел со мной говорить. Я вышел из домика. Уже стемнело. Я включил фонарь и пошел назад. Фонарик давал мало света, и я часто натыкался лицом на ветки. Интересно, кто все же живет в той избушке? Судя по всему, ее часто кто-то навещает. Может, эта Марта Уинслоу? Но внутренний голос, почему-то, подсказывал, что это был кто-то другой. Зазвонил мобильный. Это Таиша:
 – Дейв, все в порядке, мы его нашли. Возвращайся назад.
 – Хорошо, Таиша, уже иду, – сказал я и выключил телефон.
 – Хорошо, Таиша, уже иду, – раздался сзади мерзкий голос.
      Я обернулся. Никого не было. Вдруг кто-то кинул в меня камень и попал в грудь. Я попятился. Был слышен топот множества ног. Я побежал в сторону источника и поскользнулся на камне. В мою сторону летели камни. Кто-то схватил меня за плечо. Я ударил его. Существо заверещало и упало на землю, я осветил его лицо. Это был мерзкий карлик, одетый в черное. Камни все летели. Другие карлики кричали:
 – Убил одного! Не убьешь всех!!! Мы меньше, но сильнее!!
 – Отстаньте! Что вы хотите?! – кричал я.
 – Смерти! Вашей смерти!! – сказал лежащий карлик и вцепился зубами в мою руку.
      Я вырвался. Карликов действительно было много. Казалось, весь лес наполнен их воплями. Я выбежал на тропу.
 – От нас не скроешься!! Мы все о тебе знаем!! Мы всех вас сотрем!!! Мы все тут малый народец!! – орали они.
      Я потерял фонарь и бежал вслепую. Больше всего я боялся, что они меня поймают. В их голосах чувствовалась мерзкая, до тошноты, жестокость, такая, которая бывает у самых отъявленных и больных маньяков и убийц. Впереди замелькали огни. Я закричал, оттого что зацепился ногой за камень и упал. Карлики нагнали меня и принялись царапать мою спину маленькими, но острыми ногтями. Я орал и отбивался. Вдруг карлики с воем убежали. Я лежал на земле и дрожал.
 – Вот он. Боже, что случилось? – это были голоса Нила и Рональда.
 – Ребята, помогите. На меня напали, – простонал я.
      Крепкие руки подняли меня и понесли куда-то.
     Я ничего не видел, чувствовал что болит голова, что по лицу течет кровь. Слышал лишь отголоски фраз и не запоминал, о чем говорили. Потом все мои чувства собрались в комок и как будто взорвались. Резкий запах чего-то мерзкого ударил в нос.
      Это был нашатырный спирт. Я лежал на диванчике в холле дома. Ниата прижимала к моей голове холодный компресс, а Анна держала перед носом ватку. Я вздрогнул и спросил:
 – Какой сегодня день? Сколько я был без сознания?
 – Сегодня все то же двадцать третье августа. Ты потерялся на двадцать минут, – ответила откуда-то сбоку Таиша.
 – Что со мной случилось?
 – Ты бежал по лесу, упал и ударился головой о камень. Когда я тебя нашел, ты говорил, что на тебя напали карлики, – хихикнул Нил Скотт.
      Я простонал. Воспоминания медленно, с болью, вкручивались в мозг.
 – Где Сэм? – спросил я.
 – Он звонил, сказал, что задержится. Говорит, что-то произошло в городе, беспорядки. Все, хватит говорить. Тебе надо спать. Ты можешь идти?
 – Да.
      Я медленно поднялся  и с помощью Таиши добрался до своей комнаты. Голова болела нестерпимо. Вроде бы меня положили на кровать. Все плыло, весь мир перед глазами. Сквозь полудрему я слышал тревожные голоса ребят. В окна стучали и бросали в них камни. Неожиданно все стихло. Я открыл глаза. На стульчике возле меня сидел Человек-Козел из того сна.
 – Ты мне снишься? – спросил я.
 – Да, – ответил тот.
 – Что происходит?
 – Ты находишься в голове человека. Ты его прекрасно знаешь, и он сейчас умрет.
 – Что за чушь?.. Что ты хочешь?
 – Посидеть, поухаживать за тобой. Ты хочешь молока? – спросил Человек-Козел.
 – Нет. Не хочу.
 – А зря, – тоном няньки сказал он, – молоко очень полезно.
 – Козье? – спросил я, улыбаясь уголками рта. Голова так болела, что я думал, если улыбнусь шире, она просто взорвется.
 – Почему сразу козье? Коровье тоже подойдет. Конечно, если ты хочешь, я могу принести и козье.
 – Не надо, – сказал я.
      Никакого Человека-Козла в комнате не было. Я его надумал в полусне. Деревья шелестели дикой, невероятно громкой музыкой. Я уже не понимал, сплю я или нет. Все перемешалось в голове...

      ...Я увидел голубые холмы и синие горы, небо было серым. Я шел по узенькой тропинке в какой-то дом. Я прошел табличку с надписью «Хижина» и исчез. Появлялись картины странного города, моря и леса. Картинки странных людей и диалогов. Все трещало и болело. Мир исчез...

      Сэм Ростиф открыл пакет с бутербродами и недовольно поморщился. Они воняли дешевой, уже осточертевшей колбасой. Он вздохнул и посмотрел на других сотрудников. Сэм желал смерти всем им. Он желал смерти себе. Вот уже десять лет, как он выпустился из Академии города Лафайет, и с тех пор ни разу нормально не поел. Алименты, долги высасывали из него все. Казалось, что они мелкими кровопийцами вытягивали из него жизнь. Другие сокурсники стали директорами фирм, известнейшими и богатыми людьми, а он один всегда был неудачником. Одиноким неудачником. И никому не нужным поэтом.
 
      Вечер. Сэм открыл входную дверь дома и вошел.
 – Здравствуйте, мисс Тобсон, – поздоровался он с хозяйкой квартиры, которую снимал.
      Та ничего не ответила, полностью игнорируя его. Сэм покачал головой, прошел в свою комнату и включил телевизор. Пока кинескоп разогревался, он снял пиджак, брюки и оделся в домашнее. По-привычному Ростиф сел в кресло перед телевизором. Летали мухи. Он решил сделать то, что давно задумал. Сэм достал револьвер «Смитт-Вессон». Немного подумав, он прибавил громкости в телевизоре. Спустя пару секунд он выстрелил.
      Труп нашли лишь спустя три дня. Мисс Тобсон просто почувствовала, что из комнаты квартиранта начало пахнуть мертвечиной. Приехавшей полиции она жаловалась, какой мистер Ростиф нехороший, что сделал это в ее квартире и не пожалел старую женщину.

– Хижина перешла в новый мир. Мост разрушен.
– Что делать с плодами?
– Ахр!!! Всех стереть!!!
– Ну зачем же? Прекрасные доли. Смешаем их с новыми сосудами.
– Кто новый создатель?
– Один из продуктов инерции. Дейв. Его надо немного подкорректировать. Отец же не мог все идеально продумать.
-Тиб!! Зии!! Игр! Варфоломей, я жажду крови гугенотов!!
-А он выдержит? Отец из другого времени. Он только часть пышной прически. Тогда.
– Должен. В крайнем случае, найдем новое искомое.
– Прошлое, будущее... Какая разница? Все едино.
– Курировать тополя и Дейва я назначаю тебя.
– Хорошо. Мне он всегда нравился.
– Ну вот и договорились. Собранием этим я объявляю новую Хижину-В-Боге.




   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики