Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Валерий ВЕРХОВСКИЙ, Юрий СИМОНОВ
г. Киев, Украина
    
«СЛАБОЕ ЗВЕНО» (ВОЗВРАЩЕНИЕ)
    
      Интродукция. Благодаря магии кино, мода на космическую фантастику вернулась и в литературу. Направлений тут множество – на любой вкус... Как писал Маяковский, присутствуют «стилИ разных Луев». Тем не менее, львиная доля произведений укладывается в рамки традиционного фантастического романа. Следуя современным канонам, уже недостаточно изобразить мощные звездолёты, пожирающие парсеки, и космодесантников, смачно разбирающихся с инопланетными монстрами. Читателю подавай ярких персонажей под оболочкой корабля, детективные, а то и любовные истории на борту. Ессно, экипаж должен быть разноплеменным и разнополым. А вот в качестве супостатов может выступить кто угодно, даже…
     
      Сообщение 25.66. 03 марта 2*14 года. «Космонет». Лента новостей. Срочно!
     Система Дальнего обнаружения идентифицировала крейсер «Интерпрайс», идущий малым ходом к поясу пионерных орбитальных станций. Последнее (10-летней давности) сообщение с борта было о нарушениях в системе тяги и выходе на траекторию возвращения. После чего крейсер внезапно исчез из зоны контроля и уже 8 лет числится в пропавших без вести. Как показал анализ, энергетические и прочие ресурсы корабля давно исчерпаны, тем не менее на запрос Системы слежения был получен адекватный ответ… По этому поводу специалисты высказывают различные, часто противоречивые суждения: от искривления вектора времени на борту крейсера до его встречи с развитой инопланетной цивилизацией… С нетерпением ожидаем новой информации.
     
      За 10 лет до Сообщения 25.66. Борт крейсера «Интерпрайс». Модуль экипажа. 
      Командор Кларк пришёл в себя в момент окончания  сеанса КЛС (контролируемого летаргического сна). Старики даже в анабиозе спят чутко… Отключив датчики контроля, он прошёлся по отсеку, поглаживая затёкшие мышцы. (Его релакс-отсек был отделён от других  – своеобразный символ высокого статуса командора.) Надев форму, Кларк придирчиво рассмотрел своё изображение в зеркале: седой джентльмен с почти голливудской улыбкой. И всё же годы берут своё: выправка уже не та, а главное – исчез былой кураж… По переборке стремительно передвигался какой-то жучок. Кларк хотел его прихлопнуть, но тот, резко изменив направление, вышел из «зоны обстрела». Командор замер с поднятым бортовым журналом в руке. Ну вот, грустно подумал он,  – уже и реакция не та.
     Вздохнув, он направился на Командный пост, и во всех отсеках крейсера появился сигнал: «командор в рубке». Погружённый в свои мысли, Кларк избегал смотреть на главный экран, чтобы лишний раз не портить настроение. Корабль лёг на обратный курс, так и не достигнув заданного сектора. Теперь придётся ограничиться выполнением второстепенных задач. Он действовал по инструкции, где прописаны внештатные ситуации в системе фотонной тяги. Сколько бы ни говорили о «слабом звене» системы – человеческом факторе, – но и техника не безупречна… На душе было неспокойно. Хотелось, чтобы его решение не расценили как проявление слабости. Спасибо Палычу; трудно сказать, что чувствовал старпом, но старый товарищ поддержал его на Совете.
     
      Старший офицер Ломакин, которого команда почему-то величала не «Лом», а «Палыч» (правда, с ударением на втором слоге), очнулся от КЛС. Сколько побудок у него было за годы, проведённые в Дальнем космосе! Мундир он надевал только в необходимых «по протоколу» случаях и обычно обходился свитером домашней вязки. Первый взгляд на приборный блок. Обзор ему перекрыла батарея боеприпасов: химического, электромагнитного и даже генетического действия. Именно так выглядели разнокалиберные упаковки средств борьбы с прусаками и им подобными. В последнее время число отказов систем корабля подозрительно увеличивалось. А чего стоят бесконечные замыкания на панелях жизнеобеспечения? И как финал – проблемы с тягой... Как всегда в блоках управления были обнаружены обугленные насекомые. Опять случайность? Хотя над этим потешалась большая часть экипажа, он готов был увязать всю эту чертовщину с увеличением популяции тараканов на борту...
     В задумчивости Ломакин мерил шагами каюту, вспоминая Совет. Обсуждение чем-то напомнило Военный совет в Филях. Кларк, воспользовавшись своим исключительным правом, решился на «разворот»! Возможно, сказывается предпенсионный синдром. А как они в былые времена… И на траверсе Титана, и в поясе астероидов. Жесть! Добрались домой, как раньше пели, «на честном слове и на одном крыле»… В чём-то командор прав: сейчас другие времена – время гусарских наскоков в космосе ушло безвозвратно. Навигатор Энквист на Совете многозначительно молчал. Чухонец невозмутимый. Пусть он и не самое слабое, но явно чужеродное звено в команде крейсера. Эгоист и педант. Такому ничего не стоит и докладную настрочить начальству... Начнётся разбирательство: рапорта, пояснительные записки. Так можно и мимо надбавки «за выслугу лет» пролететь…
     
      Главный навигатор Энквист поднялся с 6-м сигналом зуммера, размял суставы и натянул отглаженную форму. В ноздри проник неприятный запах – опять Палыч продолжает свои попытки извести насекомых. Паранойя... Кажется, после его усилий их становится только больше... К тому же они мутируют: перестали бояться людей и света... В этой экспедиции вообще достаточно странностей: множество мелких поломок и немотивированных отказов систем. Ещё предстоит подробный анализ  причины снижения фотонной тяги. Надо всё подробно задокументировать, а по возвращении подготовить рапорт. В любом случае, эта экспедиция  не украсит его послужной список.
     Откатив тележку с навигационными картами, он долго стоял у переборки, засунув руки в карманы форменного кителя. Слабое звено… это дисциплина на борту. Командор на склоне лет решил поиграть в демократию. Зачем собирать Совет? Важные решения – прерогатива капитан-командора. В экипаже и так царит панибратство: эти – вместе учились, эти  – вместе служили, у этих роман... на  закоулках реактора. Правда, большинство офицеров поддержали решение Кларка о возвращении. Удивил 2-й штурман Гарсия  – явно не храбрец, а тут выступил за продолжение экспедиции. Интересно, какую цель он преследовал? Рассчитывает на повышение, метит на его место? Смешно… Зелёный ещё, да и без диплома Академии... Чтобы он понял, что субординация – краеугольный камень Устава, именно ему было поручено рассчитать и внести в главный комп задачу на манёвр и координаты возвращения...
     
      2-й штурман Анхело Гарсия был разбужен зуммером КЛС. Пригладив редкие тёмные волосы, первым делом он перекрестился перед голографической иконкой Девы Марии, а уже потом направился в штурманскую. Что-то помешало ему сосредоточиться на показаниях курсового радара… Точно, запах! Вся одежда пропахла химикатами. Этот Палыч скорее экипаж «положит», чем с ордой тараканов разберётся... Курс? Известно какой: идём на Базу! Впереди бесславное возвращение на матушку-Землю, координаты он выставлял собственноручно. Может, оно и к лучшему, что командор не решился на продолжение поиска. Ну, проболтались бы в туманности несколько лишних месяцев, зато на целый год пришлось бы отложить поступление в Навигационную Академию...
     Ну и запах! А интересно, сколько тараканов (и москитов) оказалось на Ковчеге Ноя к окончанию Потопа? Его приятно удивила глубина собственных «мыслей» на библейские темы. Чтобы повысить тонус, он попытался представить, как просыпалась сисадмин  Левицкая. (Ему всегда было непонятно, почему её должность вызывала такие эмоции у некоторых членов экипажа.) Кстати, фигурка у неё неплохая, а форменная юбка явно на несколько дюймов короче, чем положено. Кристина хоть и замужем, но дамочка явно не промах… В последнее время он часто действует с оглядкой на её реакцию. Вот и на Совете высказался за продолжение поиска, чтобы в её глазах выглядеть рисковым парнем. Да и она, вроде, к нему неравнодушна. Время ещё есть – может, на обратном пути удастся её уломать. Только бы не настучали в Отдел социальных контактов…
    
      Программ-навигатор Левицкая медленно «вышла из состояния сна». Она сделала несколько упражнений на растяжку. Потом долго рассматривала себя в зеркале и лишь мельком взглянула на монитор. Главный компьютер в норме, сеть, периферия – без замечаний, а значит, автопилот приведёт корабль куда положено. Пароли и коды на этот раз она выставила не в полном объёме. Облом было возиться: всё равно возвращаемся. Да ещё этот Гарсия стоял над душой… и телом; наклоняясь поближе, когда нужно и не нужно. Ну и одеколон у него! В сочетании с тараканьим спреем образуется ещё то амбре! Чтобы он отстал, она до минимума сократила установленную процедуру… Горячий латиноамериканский парень к ней явно неравнодушен. И на что он надеется? Приходится даже флиртовать с ним, чтобы чего не заподозрил, приставучий койот.
     Она сладко зевнула и прикрыла глаза. А вот техник-стажёр (по старинке она называла его юнгой) – классный парень. И рост, и фигура, и всё такое… Обещал, что после возвращения на Землю будет продолжение «полётов». А то что это за свидание – «по-быстрому» в реакторном отсеке. Тем более, что и там не скроешься от вездесущих тараканов. Кажется, им радиация даже в кайф: бегают, шебуршат себе; наверняка и сексом занимаются, причём активно… Откуда же их такое количество? А Палыч всё пытается их извести… Она вспомнила старинную туристскую балладу, которую ей в детстве напевала бабушка. «Я – куккарачча, я – куккарачча, А я – чёрный таракан. А я дам сдачи, я дам сдачи, А я в обиду себя не дам!» Кстати, в бабушкиной квартире, что в пригороде Большого Львова, можно будет встречаться. Только бы муж ничего не заподозрил…
    
      Курсант-стажёр Левада разлепил веки ровно настолько, чтобы видеть приборную панель. Система утилизации отходов, пылеудаление, рециркуляции воды – всё в норме, а остальное – не его забота. На Совет его не приглашали, и отцы-командиры его мнения по поводу экспедиции не спрашивали… Даже хорошо, что «Интер» возвращается, практику зачтут по-любому. А то Кристина-сис...админка – достала. Насмотрелась максианских сериалов, вот и придумала себе переживания. Дамочка как с цепи сорвалась: в прошлую вахту затащила в реакторный отсек. При уменьшенном весе, в ограниченном пространстве ещё как пришлось покувыркаться, чтобы добиться результата… Конечно, где-нибудь на Земле он бы на неё не повёлся, а здесь… «ассортимент» ограничен. Как шутили в училище: «полгода в полётке – любая в охотку». Кстати, тараканов возле реактора «до и больше». Надо сориентировать Палыча. Вообще-то, странно, ну кучковались бы на камбузе, на складах, где харчи. А то – в зоне реактора. Может, у них от радиации «приход». Ха-ха… Кайфуют, «черти полосатые».
     Скорее бы домой, к своим – в общагу на Орбиталке. Хлебнуть пивка, беспенного. Он смачно, до хруста в суставах, потянулся и неожиданно вспомнил о «Сотке» – биокиборге, с которым перед «лёжкой» перекинулся в «очко». Так у того случился перебор! Потом киборг путано объяснял, что, типа, «замечтался». Ни фига себе: киборг и вдруг – замечтался. Какой-то он заторможенный в последнее время. Романтик в космосе – это  слабое звено в команде. А если это «искусственный мен» – то и подавно. Только бы пацаны не просекли, что я, типа, в корешах с биокиборгом… Скоро им и чувства будут прошивать. Ну, ваще!
    
      Киборг СХ-100 не просыпался: а потому что не засыпал. Сон и отдых ему не полагались по штату. Не то что этим неженкам – «естественным» людям. Им бы только поспать, пожрать и потискаться в закоулках. Видел он… даже радиационный фон не помеха, когда перемкнуло. Каждый из экипажа думает о своём, и все дружно игнорируют интересы экспедиции. Вот он – пресловутый «человеческий фактор». Чуть снизилась тяга, сразу собирают Совет: «внештатная ситуация», «риск слишком велик», «главное – безопасность экипажа»… Всё это – отмазки, как говорит стажёр. Всем просто хочется домой. А затраты на экспедицию – в чёрную дыру? И это человеки? Людня! Его учили по-другому: цель Дальнего поиска – это святое. Конечно, в итоге полётное время… (он вспомнил последнюю партию в «очко» со стажёром) может оказаться с перебором на пару десятков лет… зато задание будет выполнено.
     На своём сталепластовом плече он заметил насекомое. Идентификация: «таракан обыкновенный», новейшая популяция. (Система биорецепторов позволяла ему не только фиксировать его визуально, но и чувствовать.) Прихлопнуть его «Сотка» почему-то не спешил. Ему вообще была непонятна мистическая ненависть людей к этим древнейшим и безобидным существам. До чего же «естественные» непоследовательны и нелогичны…
     Ещё никто из команды крейсера не знал, что во время  «сеанса сна» Киборг СХ-100, повинуясь какому-то необъяснимому порыву, ввёл в основной компьютер новые координаты и заблокировал систему оповещения. И сейчас корабль на предельной скорости удаляется от их вожделенной планеты Земля, в неизведанные глубины космоса.
    
     За 10 лет и 1 месяц  до Сообщения 25.66. Борт крейсера «Интерпрайс». Реакторный модуль.
     У’сам спал всего полпериода. Старики вообще спят мало. Главное, его никто не потревожил… За свою долгую жизнь он пережил не одну зачистку и даже широко разрекламированное «окончательное искоренение».
     Расположение Ставки было выбрано не случайно: последний уровень в «красной» зоне реактора. Несмотря на жёсткий уровень радиации, место было безопасным: без особой нужды сюда не сунется Большой Лом с его оружием массового уничтожения, а парочка любовников и подавно… Не секрет, что особи т’арганов выдерживают излучение в 200 раз сильнее, чем люди. Кроме того, реактор имел для популяции сакральное значение: именно здесь – среди выживших под смертоносными лучами – и родилось коллективное сознание роя.
     На сегодня был назначен Большой хургал полевых командиров. Вскоре не только узкие проходы, мощёные металлопластом, но и своды с причудливым переплетением труб и кабелей стали заполняться прибывшими. Поверхность казалась зыбкой от плотно расположенных, передвигающихся в одном направлении тел. Визуально можно было различить самцов и самок: у самок крылья рудиментарны, а у самцов – развиты и достигают половины тела. Многие прибывшие имели ярко-жёлтые полоски шакидов, наискосок пересекавшие коричневый панцирь…
     Хургал открыл сам У’сам.
     – Братья и сёстры, – начал он свою речь, и его чёрные усы зашевелились. – Мы собрались здесь в нелёгкое время. Десятки тысяч наших собратьев полегли в неравной борьбе. Последняя массированная атака с применением химического оружия загнала оставшихся в глубокое подполье. Осуществляя свою имперскую политику искоренения инакоживущих, они ни перед чем не остановятся! Для них мы что-то вроде назойливых насекомых, которые препятствуют их экспансии. (Шорох возмущения.)
     Нам не на кого надеяться, кроме самих себя. Наша сила в плодовитости и способности довольствоваться малым в еде.
     Мировое сообщество стыдливо отворачивается, когда вокруг наших родовых гнёзд устанавливают электромагнитные ловушки и распыляют инсектициды. Крикливые антиглобалисты, истерично защищая микроблох в пустынях Марса и примитивных малоклеточных на Титане, упорно не замечают, что против нас, коренных землян, применяют бактериологическое оружие. Надо признать, что открытое противостояние для нас губительно. Они просто раздавят нас технической мощью. Единственный выход – переход на партизанские методы борьбы. Мы уже заявили о себе – объявив людне священную войну; и наши первые удары посеяли панику и неуверенность в их рядах. Основное наше оружие – это железы бойцов, выделяющие токопроводящий секрет. Замыкая микросхемы процессоров, мы наносим удары по уязвимым точкам в цепях управления, систем связи и навигации. (Бурный шорох одобрения.)
     Все акции сопротивления теперь будут координироваться из Ставки. Главное действовать сообща, и мы победим! (Последние слова У’сама тонут в одобрительном шорохе толпы; слышны возгласы: Нас много, нас не одолеть! Око за око, ус за ус!) 
     После получения боевых приказов, полевые командиры стали отползать к месту базирования отрядов. У’сам обратился к командиру Особого отдела: «А вас, Ху’Ндай, я попрошу задержаться». Они уединились за бронестенкой аварийного пульта.
     – Только вам я могу открыть тайный план. Как вы знаете, на Совете принято решение лечь на обратный курс. Возвращение крейсера противоречит нашим целям. Неизбежный карантин и дезактивация могут привести к гибели всего роя.
     Наши атаки… это не более чем отвлекающий манёвр. Они должны дезориентировать противника и заставить его распылить свои силы. Ваши отборные бойцы из отряда «Идущие сквозь дихлофос» получат особое задание. Мы выявили «слабое звено» в их команде. Целью вашей атаки станут биоандроиды. Да, да. У них нет свойственного людям врождённого страха перед насекомыми. Поэтому вы сможете подобраться практически вплотную к их логическим чипам и запустить вирусы в системы контроля поведения. Мы пока не в силах справиться с прошитыми на молекулярном уровне постулатами роботехники «не навреди человеку», но можем заставить их сомневаться в совершенстве человеческой природы. Это сделает их способными на странные поступки. Для начала этого будет достаточно. Наши учёные упорно работают. Поверьте, Ху’Ндай, настанет время, и мы полностью обратим их в свою веру. И тогда…



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики