Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Александр СКУРИДИН
г. Севастополь, Крым

ГРУЗ 069
  
   1
   Йозеф фон Петцольд стоял у броневика и отдавал приказания. Согласно им,  мотоциклы были высланы на разведку, так как колонна очутилась у опушки леса и оттуда могла исходить опасность.
    Операция по транспортировке и захоронению «Груза 069» имела высшую степень секретности. И все члены конвоя действовали беспрекословно, чётко и слаженно.
   Командир сверхсекретного отряда «069» потребовал от радиста штабной машины:
   – Вилли, как со связью?
   – Сейчас будет, герр штандартенфюрер!
   – Это когда «сейчас»? Мне, согласно предписанию, через полминуты необходимо доложить обстановку. Ты же знаешь, мы обязаны отчитываться каждый час.
   – Слишком сильные помехи. По всему югу Германии идут грозы. А вот и связь, герр штандартенфюрер! – ефрейтор протянул начальнику наушники.
   – Орёл!.. Орёл!.. Я Коршун! – громко произнес Йозеф позывные в микрофон.
   – Коршун!.. Я Орёл! – отозвалась командная радиостанция.
   Сеанс связи  обычный. Фон Петцольд доложил прохождение колонны в контрольной точке через небольшой городок Линфурт. «Орёл» поинтересовался чрезвычайными происшествиями. Таковых не было, и штандартенфюрер передал обратно гарнитуру радисту. По тону начальства, Йозеф безошибочно определил озабоченность «Орла». Дело в том, что авиация союзников беспрестанно бомбила Третий Рейх, и только низкая облачность в Баварии уберегала колонну спецрейса «069» от атак с воздуха. Правда, охранять «Груз» обязан целый полк истребителей. Но вчера вечером пришло сообщение, что аэродром «охранников» был разбомблён. 
   Фон Петцольд вылез из связного фургона и пересел в «Хорьх».
   – Вперёд! – скомандовал он, и бронетранспортёры авангарда начали движение на дорогу к Эрлангену.
   Согласно маршрутной карте, через два часа предстояло достичь густого леса, где личный состав мог пообедать. Нет, предстояло отведать не эрзац-кофе или ещё какой-либо иной суррогатной пищи: в составе колонны находилась передвижная кухня.
   Как и командир батальона, начальник штаба «Великой Готии» Йозеф фон Петцольд стал штандартенфюрером, а это очень даже высокое звание в иерархии членов могущественной организации! В Вермахте «штандарте» соответствует полк.
   Время было непростым, и приказ об этом событии привёз «высокий чин» – так назвали в концлагере приехавшего в Отсбург личного посланца фюрера.
   После обработки столичными психологами, Фон Петцольду был вручен особый «сверхсекретный портфель». Отныне это тяжёлое изделие из натуральной крокодильей кожи было намертво прихвачено стальным наручником к левой руке его носителя. Йозеф не успел как следует привыкнуть к портфелю: ещё бы, даже ходить в туалет было непросто! Но новоиспечённый штандартенфюрер был горд – Судьба отметила его! Фон Петцольд понимал: на него возложена особая миссия, на которую прямо намекал «высокий чин СС».
   А через день настал момент, когда внушительная колонна из шестнадцати автомобилей, загруженных тяжёлыми опломбированными ящиками, выехала с места постоянной дислокации особого отдельного охранного батальона «Великая Готия». Её провожал, сидя в автомобиле, тот, кто привёз в Отсбург приказ рейхсфюрера Гиммлера и портфель...
  
   2
   Маркус Функ в трофейном «Виллисе» долго наблюдал прохождение колонны спецгруза «069» – под таким грифом скрывалась будущая судьба не только Германии, но и всего мира.
   О, этот Йозеф фон Петцольд, напыщенный индюк, как нельзя лучше подходит для исполнения возложенной на него великой миссии. На него Функу, личному астрологу  Гитлера, указали звёзды. Натальная карта фон Петцольда идеально соответствовала задуманной сверхзадаче. И, что немаловажно, Йозефу предназначена долгая жизнь, как раз до того самого момента, когда «джинн» должен быть выпущен «из бутылки». А пока «джинн» с «джиннихой» находится в длинном сосуде из мельхиора, в этом самом портфеле, что прикован к руке командира колонны.
   – Трогай, Людвиг, – тихо приказал Функ шоферу.
   Дело сделано. Почти... Но звёзды благоприятствуют «избраннику Судьбы», каковым является Йозеф. А вот его другу, Отто Нойвигу, не повезло. И не только ему, но и всем оставшимся здесь, в исследовательском концентрационном лагере Отсбург. Уже через час сюда прибудет зондеркоманда – «ликвидаторы». О, ни одна душа не должна знать великую тайну мира. Ни одна. И этим трём психологам, находящимся сейчас в «Опеле-Адмирале», не избежать проявления всемогущей Судьбы...
   Спецгруз «069», согласно приказу, следовало доставить в Южную Баварию, на границу с Австрией.
   На аэродроме за Отсбургом трое спутников Функа поднялись в «Дорнье». Маркус остался, сославшись на неотложные дела. Он смотрел, как самолёт выехал с рулёжной дорожки на взлётную полосу, сделал разбег и взмыл ввысь. Но «Дорнье» не успел набрать положенной высоты: произошёл взрыв, и обломки самолёта посыпались на лес.
   «Судьба... – подумал Функ. – От неё не улетишь».
   Для себя он избрал легкомоторную машину, на ней на низкой высоте ещё можно прорваться в осаждённый Берлин.
    Самолёт сел на простреливаемый русскими аэродром. Здесь Маркуса уже ждал автомобиль. Вскоре посланник рейхсканцлера уже входил в просторную квартиру фюрера на Вильгельмштрассе.
  
   3
   – А, это ты, Функ! – оживился Гитлер. – Каковы известия?
   – О, мой фюрер, всё прошло отлично, как и должно быть.
   – Груз отправлен?
   – Да. Точно по графику.
   Фюрер был в ужасном состоянии: лицо серое, как маска, руки трясутся. И не удивительно, «операция» изъятия сокровенной части любого человека не делает его вид лучше. Ещё бы, ведь изымается основное в любом индивидууме – душа! Но Гитлер удовлетворился экспериментом, так ему было легче переносить приближающееся поражение Германии в войне.
   С этого времени рейхсфюрер напоминал Функу зомби. При воспоминании о «живых мертвецах», которых астролог достаточно видел в Отсбурге, его передёрнуло. Если передозировать «порошок зомби», то фюрер совершенно бы уподобился тем нелюдям. Но обошлось. Пока же Гитлер и Ева Браун живут и действуют инстинктивно, используя жизненные наработки пребывавших ранее в их телах душ…
   Маркус поспешил успокоить рейхсканцлера:
   – Всё будет хорошо, тем более что Силы хотят этого. Но нужна ещё кровь. Много крови! Особенно ближе к священному дню Вальбурга.
   – Миш! – крикнул фюрер.
   В кабинете появился Рохус Миш – личный телефонист-секретарь Гитлера.
   – Передай руководству СС, пусть приготовятся к затоплению метро, – приказал Гитлер, становясь похожим на прежнего, властного и беспощадного, фюрера. Он добавил, усмехаясь: – И чтобы все выходы проверили на надёжность запоров. Ни один человек не должен выскользнуть! Иди!
   – Слушаюсь, – щёлкнул каблуками Рохус и вышел.
   «Ого... – подумал Функ, – во время авианалётов под землёй находится не менее двести тысяч людей. Отличная жертва...»
   – Как Отсбург? – спросил Гитлер.
   – Мне доложили, концлагерь сровняли с землёй.
   – Хорошо. Я уже ощутил прилив сил. – Фюрер заметался по кабинету, роняя на ходу бессвязные слова. – Кровь!.. Он, мой Отец, будет доволен... Где Венк?.. Где Штейнер?.. Почему они медлят?..
   Маркус понимал состояние своего «подопечного». Фюрер искал спасения, искал силы для отсрочки неминуемого конца своего физического существования. Он отдал приказ убить собственного старого хирурга и шурина! «Убить всех потенциальных изменников без какого-либо разбирательства!» – вот лейтмотив нынешних желаний Гитлера. 
   Генералы Венк и Штейнер «должны вот-вот прийти» на выручку осаждённого Берлина в его воспалённом мозгу! Но фюрер, получив энергетический заряд от убийств, ожил немного, решив окончательно переселиться в бункер, куда спускался до этого лишь во время союзнических бомбёжек.
   – Линге! – закричал он.
   В кабинет вошёл его денщик.
   – Мы скоро переедем, лично проследи, чтобы все необходимые вещи были упакованы.
   – Слушаюсь, мой фюрер!
  
   4
    «Йозеф... Йозеф... – мысленно твердил Гитлер. – Ты должен сделать всё возможное и невозможное. Я верю в тебя... Впрочем, что мне ещё остаётся делать? Моя душа вся ушла…»
   Линге расстилал на софе постель. Он делал это неспешно, с истинно прусской основательностью: ни одна складка на простыне не осталась не выровненной. Но сейчас неторопливость денщика раздражала. Рейхсканцлеру хотелось, как можно скорей, очутиться в постели. Как ни прогревали специальными электрокаминами бункер, здесь постоянно ощущалась сырость, что плохо сказывалось на самочувствии Гитлера. А простыни только что прогладили утюгами, и они ещё хранили тепло.
   Наконец-то Линге закончил свою возню и вышел, пожелав фюреру доброй ночи. И тотчас в комнате появилась Браун. С её приходом в каменный мешок, каким представлялась рейхсканцлеру подземная комната, казалось, заглянуло солнце.
   – Мой фюрер, – озабоченно сказала Ева, – ты совсем, вижу, замёрз. Я согрею тебя. – Она громко крикнула в сторону коридора: – Линге! Гюнше! Несите сюда дополнительный обогреватель!
   За дверью послышался топот сапог, и вскоре адъютант и денщик втащили в «рейхсканцелярскую комнату» переносной электрокамин. Гюнше деловито подключил шнур к розетке. От устройства повеяло теплом.
   Когда Линге и Гюнше ушли, Браун прижалась к фюреру, сидящему на софе, и тихо прошептала:
   – Ложись...
   – А ты?
   – И я рядом лягу. Буду охранять твой сон.
   Вчера она, Ева Анна Паула фон Браун, сделала чуть ли не самый важный шаг в своей тридцатитрёхлетней жизни. Она бросила «уютное гнездо» Бергхофа и приехала сюда, в бункер рейхсканцелярии. У Ади отвисла челюсть при виде её, а в глазах появилось подобие осмысленности.
   – Ева... ты... я так рад... – бормотал он.
  
   5
   И Маркус был рад приезду Евы. Гитлер нуждался в её поддержке, тем более что неумолимо приближалась развязка. Рейх агонизировал. Офицеры генштаба бежали, нагрузив автомобили деньгами и драгоценностями. Бежали тонкий, сухопарый Генрих Гиммлер и толстяк Герман Геринг. А сейчас, когда непримиримый враг почти в самом сердце Германии, Гитлер и вовсе сдал. И никакие врачи не могут восстановить его здоровье. Но на «полное изъятие» фюрер согласился легко.
   Собственно, эта «операция» готовилась давно. Претендента на «великую миссию» подобрал лично Функ.
   Просматривая дела кандидатов, Маркус обратил особое внимание на фон Петцольда. Отличные расовые и морально-этические показатели, наряду с генетическим долголетием, заставили Функа работать над Йозефом. Особенно личного астролога порадовало отсутствие у фон Петцольда ближайших родственников. Это давало хороший шанс на будущее, как самого Йозефа, так и Германии. Известно, что родственные связи могли сыграть злую шутку в таком деликатном деле. Вот поэтому племянника Йозефа фон Петцольда благоразумно спровадили на «тот свет» в младенческом возрасте.
  
   6
   Пока шла лихорадка сборов, Гитлер диктовал «Комментарии к событиям последних дней» – обращение к далёким потомкам. Стенографистка Траудл Юнге, долговязая, блёклая девица в очках, чертила закорючки в своём альбоме, с трудом поспевая за потоками мыслей фюрера. К Линге присоединился адъютант Гитлера Гюнше. Гюнше распорядился задействовать эсэсовцев, не занятых на дежурстве, и в квартире стало очень шумно.
   – Гюнше! – закричал Гитлер, выглядывая из кабинета в небольшую приёмную, владение адъютанта.
   – Да, мой фюрер! – щёлкнув каблуками ослепительно начищенных сапог, встал по стойке смирно адъютант.
   – Чуть тише, можно? У меня голова заболела от этого «великого переселения народов».
   – Так точно, сделаем, мой фюрер! – рявкнул Гюнше, «поедая глазами» рейхсканцлера. Что означает «великое переселение народов», он не понял. Да и не его это дело – вникать в тонкости мысли обожаемого фюрера. Развернувшись по-уставному, хотя дверь уже закрылась, адъютант, пройдя приёмную, бросился в столовую, где громко спорили охранники, выполнять приказание.
   Вот бы все, без исключения, в Рейхе были такими исполнительными и беспрекословными, как Гюнше. Нет, пусть весь мир станет таким же, в некоторой степени, зомбированным!
   Полгода назад из Отсбурга привезли кинофильм. Первые обученные зомби выполняли простейшие команды, в надежде получить пищу. И они её получили, в мгновение ока, расправившись с военнопленными из России.
   – Вот если бы у меня было несколько миллионов таких солдат! – с воодушевлением сказал тогда фюрер. – О, весь мир бы лежал у моих ног.
   – Гюнше! – вновь крикнул Гитлер.
   В проёме двери тотчас возникла долговязая фигура.
   – Приведи сюда Функа.
   – Слушаюсь, мой фюрер! – каблуки сапог щёлкнули, и Гюнше исчез.
   «Да. Вот таков идеал беспрекословного исполнителя, – пронеслось в голове рейхсканцлера. – В нём преданность, готовность жизнь отдать. А мои соратники уже зашевелились, задёргались,  как те мыши, которых я кормил во время своего собственного полуголодного проживания в Вене в холодной, грязной комнатке. Нет, те, кто за спиной норовят заключить сделки с врагами, сами хуже врагов, хуже мелких грызунов».
   – Фройляйн Юнге, вы свободны, – сказал Гитлер, обращаясь к стенографистке.
   Траудл собрала бумаги и вышла. Вслед за ней в комнату ввалился толстяк Функ.
   – Маркус, – обратился к нему рейхсканцлер. – Вы уверены в фон Петцольде? Не выкинет ли ваш протеже какой-нибудь фортель? Садитесь. – Гитлер указал рукой на кресло. Сам он тоже сел с другой стороны стола.
   – Мой фюрер, – твёрдо произнес астролог, под тяжестью тела которого скрипнуло кресло. – Фон Петцольд – единственный избранник, у которого столь безупречная натальная карта. Йозеф высокоморальный человек, настоящий член СС.
   – Да?.. – язвительно протянул Гитлер. – По моим данным, уже сам Генрих Гиммлер готов продать меня, нацию, чтобы спасти свою жалкую жизнь.
   – Фон Петцольд не таков. Мы сделали его иным.
   – Сделали? Расскажите подробнее.
   – Йозеф знает лишь то, что ему положено знать. Он помнит также не всё, а избирательно. Вся жизнь, по мере продвижения груза 069, разворачивается перед Йозефом, как некая лента, на которой записаны лишь его действия.
   – Вот как... И каким это образом вам, дорогой Маркус, удалось этого достичь?
   – Не только мне. Над «лепкой» личности фон Петцольда постарались специалисты из наисекретнейшего отдела «Аненербе». Из числа тех, кто участвует в проекте, связанном с вами, мой фюрер.
   – «Похитители душ» – так, кажется, негласно называется этот отдел? – спросил Гитлер, и взор его прояснился.
   «Да, «похитители» выполнили свою работу качественно, – подумал Функ. – Даже уничтожать их было жалко – первоклассные специалисты! Но... в таком деликатном деле, способном повлиять на судьбы народов, нет места жалости».
   – И после доставки «груза» фон Петцольд «потеряет» память и погрузится в летаргический сон?
   – Да! Ровно на двадцать лет! Уже подготовлена клиника, где этого потерявшего память человека будут охранять лучшие врачи Германии. Для этой цели будет создан особый фонд, уже сейчас закуплены настоящие доллары, причём целый миллион! И я как профессор ординарной медицины буду охранять сон фон Петцольда.
   – И ваш Йозеф проснётся ровно через двадцать лет?
   Вслух астролог произнёс, почтительно склонив голову:
   – Мой фюрер всё знает...
   Через двадцать лет внук и внучка под руководством «воскресшего» деда войдут в недра горы Грипфель и станут… Адольфом Гитлером и Евой Браун! И для этого надо будет довезти к месту назначения контейнер с душами рейхсфюрера и его супруги.
  
   7
   За бронетранспортёрами следовал грузовой автомобиль, в кузове которого под брезентовым чехлом была спрятана счетверённая пулемётная установка крупного калибра. Замыкал колонну арьергард: также две бронированные машины и средства защиты от воздушного нападения. Но лучше не рисковать, для этого при первом сигнале централизованной службы оповещения особый радиоприёмник выдаёт сигнал: «Внимание! Воздух!» Маршрут разработан так, что почти на всём следовании колонны «069» имеются очень густые лесные массивы, где можно всегда спрятаться. Взвод хорошо обученных мотоциклистов обязан упредить любую опасность спецрейса. Нет, не должно быть благодушия и беспечности: враги Рейха и фюрера могут быть повсюду. Наверняка вражеские разведчики и диверсанты рыщут по истерзанной Германии. Но груз «069» будет доставлен к месту назначения точно в срок!
   А пока наступило обеденное время. Вся автотехника укрылась в ельнике. Мотоциклы расставлены по периметру колонны. Задымила полевая кухня, в недрах которой вот-вот забулькает гороховый суп. После очередного сеанса радиосвязи с «Орлом», фон Петцольд решил немного отдохнуть. Согласно инструкции, командование в этот промежуток времени принял на себя его заместитель. Йозеф поднялся в штабной фургон и прилёг на откидную кушетку. Часовой снаружи передвижного штаба охранял его покой.
   Мысли текли вяло, сказывалось нервное напряжение последних дней и, особенно,  забота о будущем государства. «Тысячелетний Рейх, мировое господство германской нации...» – эти слова звучали как сладчайшая музыка много лет. И неужели возможен отказ от мечты избранного народа: править неполноценным, вырождающимся генофондом?
   – Курт! – крикнул Йозеф.
   – Слушаю вас, герр штандартенфюрер!
   – Разбуди меня через пятнадцать минут.
   И начальник колонны провалился в забытье…
   Ему снился он сам, молодой, полный сил и энергии, штандартенюнкер и его приятель-старшекурсник Нойвиг. Они оба – исполнители приговора по делу некоего Фридриха Зауэра, обвинённого в гомосексуализме.
   – Ну, фон Петцольд, – с ударением на частице «фон» сказал Отто, когда кандидаты в члены СС вошли в коридор перед кабинетом начальника концлагеря, называемым в обиходе «чистилище». – Держи «Вальтер», – и сунул пистолет в руку Йозефа. Рядом стояли два эсэсовца конвойных войск и с любопытством смотрели на «новичка».
   – Смотри не обмочись, юнец, – процедил сквозь зубы крепыш и коротко хохотнул.
   Его долговязый напарник, однако, не поддержал шутку.
   – Генрих, – укоризненно произнёс он, – вспомни свой первый выстрел в человека.
   – А это не человек, – парировал крепыш. – Он нарушил заповеди настоящего, добропорядочного немца. Как сказал рейхсфюрер: «Если та хорошая кровь, которая лежит в основе нашего народа, не будет приумножаться, то мы не сможем установить господство над миром». – Генрих обвёл взглядом присутствующих в коридоре и с пафосом воскликнул: –  Зиг! – Он резко выбросил правую руку в нацистском «салюте».
   – Хайль! – громко и дружно прозвучало в ответ.
   А дальше... в «чистилище» появился он, недочеловек. И рука фон Петцольда не дрогнула!
   Воспоминания приходили волнами. Те, кто готовил Йозефа к выполнению «высокой миссии», предупреждали, что так и будет.
   – В ваше подсознание будет вложена специальная программа, которая будет работать независимо от вас, – сказал руководитель лаборатории Фридрих Гакельштейн.
   – Я не потеряю память навсегда? – натужно выговорил фон Петцольд.
   – Нет. Но она станет возвращаться по мере надобности. И требуется не только ваше согласие на эксперимент, но и полнейшее доверие к нам. Только тогда программа начнёт действовать правильно, без сбоев. А в основном вы будете нормальным человеком.
   Сон-явь, точнее, полузабытьё, когда мысли шевелились, как черви в перегное, исчез. Осталась лишь благодарность к вождям нации, предоставившим «избранным» возможность властвовать, безнаказанно распоряжаться жизнью или смертью. Впрочем, зачем «недочеловеку» жизнь?
   А потом и «свои», члены СС, как-то совсем забыли, что Йозеф барон...
  
   8
   Ева расставляла мебель в своей комнате, пытаясь создать хоть какой-то уют. Но разве это возможно сделать в бункере? Вот и при искусственном освещении она сама не была уже столь хороша.
   Браун вспомнила первое время их, с Ади, знакомства...
   Гитлер не принимал тогда её всерьёз. Как Ева узнала, он был увлечён Ангелой Раубаль, своей племянницей. Но Ангела погибла при странных обстоятельствах. Одни говорили, что она покончила с собой, другие считали, что её застрелил вождь нацистов...
   «Неистовый Адольф», как его называли газеты, впал в глубокую депрессию. И, как опасались его ближайшие соратники, находился на грани самоубийства.
   «Он так самозабвенно любил Ангелу! – сделала вывод помощница фотографа и решила: «Я должна быть похожей на неё».
   И Ева, чтобы покорить сердце Гитлера, имитировала привычки Раубаль, её манеру одеваться, причёску и даже изменила свою походку! Лишь цвет волос Браун оставила собственным. Разве ещё – мысли...
   Она наконец-то была введена в роскошную квартиру главного нациста. Но стали ли любовницей, хотя так считали все окружающие Гитлера? А она, Ева, мучилась от столь странной интимной жизни, которую предлагал ей возлюбленный.
  
   9
   Настало время обеда.
   Денщик разлил из принесённых им судков суп в миски, и обед начался.
   – Воздух! Тревога! – закричали дежурные эсэсовцы.
   Но из тех, кто обедал в штабном фургоне, никто не дрогнул. Истинные арийцы!
   Они умели подавлять собственные эмоции во имя Тысячелетнего Рейха. И недаром местом их службы стал Отсбург. Здесь, в засекреченном концентрационном лагере, «ковалось» будущее Германии. О, опыты, производимые в лабораториях лагеря, могли бы повергнуть в ужас иных, не арийцев.
   Даже он, Йозеф, первый раз увидев настоящего зомби, был шокирован. Франц Брикман, дрессировщик «живых мертвецов», провёл среди новичков вводную лекцию:
   – Зомби – существо, возвращённое к жизни сразу или через некоторое время после смерти при помощи особого магического обряда. Нашим учёным после нескольких экспедиций в Африку удалось получить материалы, необходимые для зомбирования. Опыты по оживлению трупов проводились в нескольких концентрационных лагерях, но наиболее впечатляющие результаты добыты именно здесь, в Отсбурге!
   Последние слова «дрессировщик зомби» произнёс с гордостью и пафосом. Затем он продолжил рассказ в обычной своей манере:
   – Нам только совсем недавно удалось получить вполне приемлемые результаты. Как протекает процесс зомбирования? После введения особого препарата у жертвы замедляется работа сердца, понижается артериальное давление. Примерно через полчаса испытуемый перестаёт подавать признаки жизни. После этого экспериментатор забирает, посредством магических манипуляций, душу жертвы и заключает её в небольшой сосуд.
   – Ого! – восхищённо пробормотал Отто Нойвиг, командир охранного батальона «Великая Готия». – До чего дошла наша наука…
   Дрессировщик, польщённый признанием его трудов, продолжил монотонным голосом свою лекцию:
   –  По истечении периода акклиматизации, который длится пять-шесть часов, зомби начинает исследовать территорию, на которой он оказался. Некоторые из этих существ, видимо, имеют подсознательную память и пытаются добраться до места своего прежнего обитания. Основная их функциональная деятельность – утоление голода.
   Самое лучшее обучение зомби происходит во время кормёжки особи. Из-за еды между мертвецами, возвращёнными к жизни, случаются стычки, иногда со смертельным исходом. Сильные зомби всегда стараются добраться до мозга жертвы и печени, слабые довольствуются иными частями тела жертвы. Но эти существа, – Брикман указкой повёл в сторону огороженного толстой стальной проволокой вольера, – не очень мобильны, в сутки они способны покрыть расстояние не больше десяти километров.
   Зомби способны к быстрому обучению. Особь, неважно, он или она, после возвращения к жизни находится в состоянии прострации, изучая, прежде всего, самого себя. Некоторые уверены, что между зомби нет никакой связи. Это не так. Они могут общаться при помощи жестов и односложных фраз! Сейчас мы подходим к обучению первого «боевого экземпляра». Эти «ребята» чрезвычайно перспективны именно в бою. Доктор Химмельбургер в своей научной работе сообщил о зомби, у которого отсутствовало… три четверти головы!
   – Как? – удивился фон Петцольд. – Разве такое возможно?
   – Более того! – голос Брикмана принял торжествующий оттенок. – Эта особь продолжала двигаться, ведомая сильным голодом! Исследования показали: спинной мозг зомби функционирует даже после дробления позвоночника. Зомби, лишённый на четыре пятых спинного мозга, через сутки открыл глаза! Хотя живые мертвецы близоруки, но запах человека они учуют на расстоянии нескольких километров.
   – У них, видимо, другая кровь? – поинтересовался Нойвиг.
   – Кровь у всех зомби густая, чёрного цвета. Они не испытывают никакой боли, и потеря крови им не страшна.
   – Да. Это идеальные солдаты! – восхищённо воскликнул Йозеф.
  
   10
   Ева была на двадцать три года моложе Адольфа. Гитлеру это импонировало, так как такая разница в возрасте была у его родителей. Фройляйн Браун знала, что вождь нацистов говорил ближайшему окружению:
   – Мне нравятся девушки молодые, смазливые и невинные.
   В первое «настоящее» свидание с Адольфом Браун подложила в бюстгальтер носовые платки, чтобы увеличить размер грудей. О, она тогда так волновалась, что вылила на себя чуть ли не полфлакона любимых духов «Шанель № 5»!
   Гитлер сводил её в ресторан, где нежно гладил руку. Начинающая кокетка и опытный соблазнитель пили шампанское, слушали игру небольшого оркестра, исполняющего немецкие мелодии.
   – Ты не должна употреблять духи, – наставительно сказал Гитлер. – От женщины должен исходить натуральный запах. И, пожалуйста, – добавил он, – не загорай. Загар, чтобы ты знала, Ева, делает кожу белого человека похожей на кожу человека низших рас.
   – Хорошо, Адольф.
   – Называй меня Ади.
   - Хорошо, Ади.
   На улице, перед его домом, Гитлер купил орхидеи.
   О, как надеялась фройляйн, что романтика отношений с Ади, неистовым политиком, от которого исходили волнующие флюиды, плавно перейдёт в восторг желания...
  
   11
   Девятка русских бомбардировщиков была встречена далеко на востоке истребителями «Люфтваффе». Перехватчики вступили в бой с самолётами прикрытия бомбардировочной группы. Завязалась воздушная «карусель». Согласно инструкции, командному составу спецрейса необходимо было при опасности с воздуха находиться на расстоянии от автоколонны. Особенно стоило беречь портфель с непонятным тяжёлым содержимым на его дне. При гибели фон Петцольда в должность вступал заместитель – гауптштурмфюрер Кунц. Но, как сказал Маркус Функ, «это – гипотетический вариант». И астролог фюрера назидательно добавил при этом:
   – Надо быть надёжным, как зомби!..
   Два месяца назад Брикман продемонстрировал комиссии, специально прибывшей из Берлина, долгожданный «боевой экземпляр». Особь в вольере, огороженном толстым пуленепробиваемым стеклом, взяла в руки автомат.
   – Он в нас не выстрелит? – испуганно спросил один из членов комиссии.
   Нойвиг поспешил успокоить берлинских гостей:
   – Это стекло невозможно пробить, господа.
   В вольер запустили трёх заключённых. Зомби поднял автомат. Люди заметались по вольеру, но нелюдь сразила их короткими очередями
    Прорвавшиеся четыре бомбардировщика противника высыпали свой смертоносный груз на окраине леса. Скорее всего, они бомбили окраины Эрлангена, где находится крупный машиностроительный завод. Однако когда две бомбы, натужено свистя в воздухе, разорвались рядом с колонной, всем было не по себе.
   Нет, сама мысль о возможном раскладе, когда портфель перейдёт к Кунцу, была неуместной. Он, фон Петцольд, будет жить и с честью выполнит дело, порученное именно ему.
   Приказа открыть огонь из счетверённых турельных установок штандартенфюрер не стал отдавать. И это сыграло в пользу притаившейся колонне. Покрутившись в небе, четвёрка бомбардировщиков повернула обратно, лишь истребители наугад ударили из своих пушек по лесу.
  
   12
   Ади заворожил Еву. В тот вечер он в своей квартире рассказывал ей о чудесах света, об озере Лох-Несс, где обитает мифическое чудовище Несси, реликт арийских, нордических времён. Он говорил, что под его руководством Германия построит летательные реактивные аппараты, способные доставить человека на Луну, о том, что ему предназначено Судьбой преобразовать мир...
   «Кто я перед ним, цитирующим Гёте и Шекспира, страстным любителем Вагнера? – думала Ева, даже не смея вставить ни единого слова в этот бесконечный монолог.
   Нет, в тот вечер ничего не было!
   Не было и в последующие вечера...
   Браун ничего не понимала. «Почему Ади пренебрегает мной? – задумывалась она. – В его жизни было много молодых женщин. Почему он так холоден со мной?
   Я пылаю, я горю, я сгораю...»
  
   13
   Гитлер не был холоден к своей Патшерль – Киске. Напротив, он делал всё, чтобы разжечь чувственный огонь Евы. Но, как величайший в мире человек, он не обременял себя обычной, примитивной эротикой.
   О, Ади был выше этого! Просто Патшерль тогда не понимала его. Это потом пришло ясное понимание: «Ади – совершенно другой...»
   А тогда первая настоящая чувственная ночь потрясла Еву.
   Гитлер медленно раздел её, лёг прямо на пол. Магнетическим голосом Ади приказал Патшерль встать над ним. О Боже! Он рассматривал гениталии своей возлюбленной, раздвигая их тонкими пальцами. Затем он потребовал, чтобы Ева... помочилась прямо ему на грудь.
   –  Нет, Ади! Что ты со мной делаешь? – со страхом закричала Ева.
   Но Гитлер опытным движением обеими руками сильно сдавил низ её живота.
   И Браун непроизвольно помочилась на него!
   Гитлер застонал в экстазе.
   – Ты превосходна и, главное, послушна, – сказал он, выйдя из ванны. – Ты всегда будешь моей.
  
   14
   Маркусу вспомнился «показ».
   Помощники Функа ввели в кабинет фюрера двух человек. Это были немцы, задержанные гестапо за «панические настроения». Один из них являлся крупным торговцем, другой поваром в ресторане. После «выемки» они походили на вялых осенних мух.
   – О! – воскликнул рейхсканцлер, оценив обстановку. – Я полагаю, это – репетиция?
   – Да, мой фюрер! – бодро откликнулся астролог и дал команду помощникам: –  Начинайте!
   Во дворе рейхсканцелярии эсэсовцы расстреляли двадцать пять приведённых сюда заключённых: «пересадка душ» требовала жертвенной крови. Под звуки государственного гимна были раскрыты сосуды, где содержались души несчастных. Помощники Функа пропели соответствующие заклинания.
   Адольф и Ева смотрели с огромным напряжением за разворачивающимся на их глазах действом. Ещё бы, такую же процедуру предстояло пройти в недалёком будущем их собственным душам!
   И вот случилось: торговец стал поваром, а повар получил сущность торгаша…
  
   15
   Возле деревни Канцель колонна остановилась. Фон Петцольд раскрыл боковое отделение портфели и достал очередной, запечатанный сургучом, пакет. Здесь, за деревней, находилась развилка. Одна дорога вела на юго-восток, в направлении «Альпийской крепости». Более узкое шоссе устремлялось строго на юг. Инструкция прохождения «контрольной точки «Канцель» гласила: «Поворачивайте на юг, на Алленвальд».
   Сердце Йозефа дрогнуло: «В Алленвальд!.. Домой!..» Но он овладел собой: где у эсэсовца дом? Там, где велит находиться начальство. Разве не об этом вдохновенно говорил он сам, давая присягу во время вступления в ряды «Чёрного ордена»?
   – Поворачиваем! – раздалась команда, многократно дублируемая.
   Колонна развернулась на юг.
  
   16
   Роль обычной возлюбленной Браун не удалась, и она свыклась с этим. Впрочем, разве с Ади можно играть роль счастливой фрау? Он – отец нации и не принадлежит какой-либо  одной женщине. Даже ей, Еве.
   Но с этим трудно было смириться, особенно в первое время. Её мучила его странная интимная жизнь, в которую так нелегко было вписаться. Иногда она ощущала себя Праматерью, Вселенской Евой, через которую нисходит Божья Благодать. А он, Адольф, носитель этой Благодати, надо только понять Его. Да, но как?..
   «Умному человеку следует иметь примитивную и глупую женщину», – так обычно говорил Гитлер. Кем она, Браун, была для него? Содержанкой, как считал отец? Или просто – женщиной?
   Да! Именно женщиной она хотела быть и не была с Ади!
   Измученная таким положением, поздно ночью в спальне своих родителей, Ева выстрелила из пистолета себе в грудь. Кровь залила стены, но Браун осталась жива.
   Гитлер, узнав о попытке самоубийства Патшерль, самодовольно воскликнул:
   – Она это сделала из-за меня!
   Ещё на Еву влияли измены Ади. При этом, шестнадцатилетняя Мария Рейтер, Хелена Хафштангель и другие открыто говорили, что Гитлер «сексуальное чудовище».
   Может быть, это так и влекло к нему женщин?
   Геббельс, она знала, много лет подкладывал вождю нацистов красивых блондинок с нордическими чертами лица. А вот выбрал он её, Еву! Почему?
   – Так записано на Небесах! – с пафосом произнёс однажды Ади.
   Но Браун хотелось хоть иногда спуститься с них...
   И Ева изменила Гитлеру с мюнхенским художником Рудольфом Кеплером. Руди, вылитый Мефистофель! У него точёный ястребиный профиль и копна буйных волос. Он рисовал её обнажённой и называл «моя маленькая чёрная роза». Чёрная роза? Пожалуй. Всем, с кем общалась Патшерль Ади, передавался трагизм.
   Получив анонимное письмо с угрозами, Руди уничтожил опасные картины и сказал своей Чёрной Розе:
   – Нам не стоит жить вместе.
   Он понял это поздно: вскоре Кеплер был найден в своей квартире застреленным...
   А потом, когда Ади стал рейхсканцлером, Браун переселилась в Оберзальцберг, в любимый Гитлером Берхтесгаден. О, сколько лет провела она здесь, ожидая приезда «своего Ади»!
   Именно здесь, дыша покоем Альп, она поняла величие фюрера, его неземную жизнь.
   И интимные отношения стали понятны: Гитлер всегда хотел унижения. И это унижение, исходящее от женщин, которых он втайне всегда презирал, делало Адольфа сильным. Это была Магия Полов…
   Теперь Ева, не стесняясь, сама мочилась на грудь Гитлера, топтала его своими маленькими, но сильными ногами, хлестала плетью. Она обзывала его так, как пьяные пролетарии обзывали друг друга.
   И Ади нравилось это.
   – Ещё! Ещё! – исступлённо требовал он.
   Ева не напоминала Гитлеру о его многочисленных изменах. Ольга Чехова, русская актриса, англичанка Юнити Митфорд, называвшая себя Валькирией, и многие другие, где они сейчас? Почти все пассии Ади покончили с собой, не понимая сути фюрера германского народа. А она, Ева, поняла. И Гитлер знал об этом и ценил её, свою Патшерль, истинную представительницу нордической расы.
  
   17
   Ранним утром колонна обошла окружной дорогой Алленвальд и начала медленно взбираться в горы. Хильгрубер, сознавая важность момента, ехал впереди спецрейса «069» на мотоцикле. Шли весь день. Наконец, на горном участке, отмеченном на карте крохотным имперским орлом, была найдена площадка 83. Отсюда, в оборудованное заранее убежище, груз придётся перенести вручную.
  
   18
   Ева знала, что это последний день её жизни и жизни Ади, но настроение у фройляйн Браун было прекрасным: вот-вот она станет женой Гитлера!
   Было три часа тридцать минут. В комнату вошли заспанные Борман и Геббельс – свидетели. Церемонию бракосочетания проводил Мартин, являющийся заместителем фюрера по партии. О, Борман понимал свою значимость, раздувшись от собственной важности.
   Естественно, всякие там душещипательные слова он отверг и торжественно объявил:
   –  Отныне вы муж и жена!
   Всё! Свершилось!
   Забыты страхи и переживания, когда она, Ева, считалась хозяйкой дома в Бергхофе. Но она была там, в Альпах, пленницей собственного одиночества. Ади приезжал крайне редко, конечно, у него были важные дела. Он прозревал мир «в многогранности и загадочности своей натуры». Так говорил фюрер, и Браун видела подтверждение этим словам. Гитлер был выше мелочности и суеты, свойственной его соратникам. Как он признавался, его «вела могучая потусторонняя сила, неземной Отец». А какие дела могли быть у простой женщины, которой выпало счастье находиться рядом с таким исполином духа? И разве важен нормальный, обычный секс? О, ни один из охранников полка «Адольф Гитлер», расквартированных в Бергхофе, рослых, с безупречно нордическим происхождением, не мог сравниться с Ади! Гитлер подавлял женщин, целиком входил в них демонически страстной составляющей его внеземной натуры. И это было незабываемо. Но понимание необычности Ади пришло не сразу.
   Ева вспомнила давнюю запись в своём дневнике: «Я хочу только одного – тяжело заболеть, чтобы не видеть его хотя бы неделю. Почему со мной ничего не случится? Зачем мне всё это? Если бы я его никогда не встречала! Я в отчаянии. Снова покупаю снотворные порошки, чтобы забыться. Иногда я жалею, что не связалась с дьяволом...»
   Это было в марте тридцать пятого года. Как далеко! А сейчас она, Браун, рядом с величайшим человеком современности, перед которым лебезят пигмеи – Борман и Геббельс, – и будет с ним до конца...
   Когда горничная после бракосочетания вошла в комнату к Еве и привычно обратилась:
    – Фройляйн Браун... – Ева тихо заметила:
   – Можете называть меня фрау Гитлер.
   Она теперь готова была к окончательному уходу из жизни вместе с Ади. Она ждала лишь его слова. А пока муж в своём кабинете диктовал завещание.
   – Позовите сюда герра Функа, – приказала хозяйка крохотной подземной гостиной.
   – Слушаюсь, фрау Гитлер, – ответила горничная.
   Вскоре появился астролог.
   – Маркус, – спросила Ева, – как дела там, в районе Алленвальда?
   – Нормально, фрау Гитлер. Фон Петцольд радировал, что его подчинённые приступают к финальной части задания. Фюрер вновь возродится!
   – А я?
   – Вы, фрау, тоже попадёте в особый астральный слой. А затем будете счастливо жить вместе с фюрером, – успокоил Еву Функ.
   – А почему нельзя было нас обоих поместить в эту капсулу? Я не хочу разлучаться!
   – Нельзя. Так распорядились звёзды. Вы будете ждать своего часа раздельно, каждый в своём отсеке.
   – Звёзды... – вздохнула фрау Гитлер.
   Действительно, разве против них пойдёшь?
  
   19
   Конечным пунктом спецрейса «069» была гора Гипфель. Сюда шла довоенная дорога, которую строители особого подразделения не так давно расширили. Это подразделение также построило сеть разветвлённых горных дорог, чтобы скрыть настоящую цель.
   К Гипфель пробирались узкой тропой. Солдаты, подгоняемые офицерами, перенесли тяжёлые, опечатанные ящики во чрево подземелья. Гора была изрыта давними выработками, считалось, что руда, содержащая медь, здесь уже полностью выбрана. Но вход в один из штреков был надёжно замаскирован. Сюда можно было попасть, только сдвинув в определённой комбинации три выступа, закамуфлированные под куски породы.
   Странное дело, Йозеф знал, как пройти в нужный ему штрек. Когда стена сдвинулась, он и офицеры отряда вошли в огромный зал.
   – Что дальше делать? – спросил Кунц.
   – Пусть сюда принесут остальной груз, – ответил начальник спецрейса.
   Кунц отдал распоряжение, и солдаты принялись вносить тяжёлые ящики с золотом нацистской партии и складывать их в многоэтажный штабель. Тем временем сапёры подготовили грузовики к взрыву.
   Когда все работы были окончены, весь личный состав отряда «069» собрался в зале.
   Командир произнёс речь:
   – Офицеры и солдаты! Вам выпала великая миссия возродить в будущем величие Германии. Мир будет завоёван нами, немцами, под предводительством нашего славного фюрера! Хайль Гитлер!
   – Хайль! – проревело в ответ под сводами штольни.
   Правда, Хильгрубер переглянулся с Вилли Штайнером, мол, знаем: Гитлер покончил жизнь самоубийством, прослышали сообщение по радио…
   – А сейчас, – продолжил церемонию фон Петцольд, – будет исполнен гимн нашего государства.
   Он открыл дверь, вошёл в помещение, которое находилось с левой стороны ниши-алтаря. Повинуясь внутреннему приказу, он отвёл рычаг в стене. Массивная дверь медленно закрылась. Одновременно был заблокирован выход из штольни. Йозеф начал манипулировать включателями на пульте, расположенном рядом с дверью, одновременно посматривая в круглое окошко в ней, изготовленное из пуленепробиваемого стекла.
   Кунц заподозрил подвох. Он подскочил к окошку и начал отчаянно жестикулировать. Но в зал в это время начал подаваться газ «Циклон Б», и, одновременно, зазвучала тожественная музыка. И тут начали корчиться под звуки гимна офицеры и солдаты, у которых из горла хлестала кровь. И напрасно Вилли Штайнер стрелял из «Вальтера» в окошко двери, отделяющей людей от комнаты жизни.
   О, как сладостна музыка смерти!..
   Фон Петцольд отомкнул от запястья своей левой руки портфель, с которым уже, казалось, сроднился. Он вытащил капсулу и водрузил её на специальный треножник, стоящий в выдолбленной нише северной стены зала. Йозеф знал, что находится в капсуле! И знал, для чего нужны ниша и треножник, составляющие алтарь. Ну, а дальше ему надо было выйти, закрыть вход, чтобы при помощи особого рычага сдвинулись каменные глыбы, и добраться до дороги. Там, на трофейном «Виллисе», его будет ждать Маркус Функ. А затем предстоит во всём следовать инструкциям личного астролога Гитлера.
   Но перед самым выходом из подземелья Йозеф услышал злобное рычание. На него, угрожающе размахивая руками, надвинулся… зомби, причём с автоматом! 
   «Он из партии тварей, проходящих пробу в боевых условиях. Видимо, данный экземпляр сбежал…» – подумал фон Петцольд, выхватывая из кобуры свой «Вальтер».
   Он сделал пару выстрелов, успев заскочить за треножник, так как зомби поднял автомат. Первой очередью нелюдь изрешетила… мельхиоровые капсулы.
   «Гитлер капут…» – мелькнуло в голове Йозефа фон Петцольда. 
   И это была его последняя мысль.



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики