Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Елена СЕМАГИНА
г. Симферополь

ДОМ С ЗАБИТЫМИ ОКНАМИ

Дом был хорош. Стрельчатые арки, колонны, лестницы с резными перилами делали его похожим на старинные дома, оставшиеся в далёком прошлом Царской России. Впрочем, как в последствии выяснилось, дом был построен в те самые времена. Им владел какой-то помещик, содержащий небольшой двор. Но после переворота дом, как ни странно, остался забытый всеми, и потому прекрасно сохранился. Даже сад, раскинувшийся у его ног, не потерял тех очертаний, которые заботливо придавались ему в те далёкие времена.
Настораживало в нём только то, что стрельчатые окна были наглухо забиты досками крест на крест.
Тем не менее, Ольга купила его. Ей необходимо было подобного рода убежище вдали от цивилизации, в полной тишине, чтобы закончить, наконец, работу. И наплевать ей было на то, что ни один хозяин не продержался здесь больше месяца, что в деревне неподалеку про дом болтают всякие глупости, и даже на то, что цыганка у дороги, ведущей из деревни, прокричала вслед машине что-то о старинном проклятье. Ольга не верила в эту чушь, а других хозяев дома считала впечатлительными дураками, которые, наслушавшись сказок, видели кошмары по ночам.
В доме закипела работа. Прежде всего, были убраны эти ужасные доски. Затем во всём доме, имевшем два этажа, убрали белые покрывала на старинной причудливой мебели, везде была стёрта пыль, убрана паутина. Мебель Ольга решила оставить. Ей нравилась старина. Она даже повесила тяжелые занавеси, очень похожие на те, что были в русских домах XIX столетия. Но кое-что, конечно, пришлось поменять.
Почти весь второй этаж занимал огромный зал, служивший, очевидно, для танцев. Его Ольга решила пока не трогать. Когда она закончит работу, она сможет обустроить и его, и тогда каждое лето можно будет приезжать сюда с друзьями.
Но на первом этаже было всё, что нужно: столовая, несколько спален, кабинеты, а кто-то из бывших хозяев даже пристроил ванную. Ольга выбрала себе спальню, соединявшуюся с большой библиотекой, на полках которой тут же появились научные труды, необходимые для работы на конференцию. Посредине стоял странный стол на резных ножках, на котором был установлен компьютер и всё, что к нему прилагалось. Нетрудно догадаться, что в дом было проведено электричество, водоснабжение и газ. Возле стола был поставлен торшер, стилизованный под XIX век. Всё остальное Ольга оставила так, как было.
Больше всего в библиотеке ей понравились окна. Они были такими большими, что в солнечный день можно было купаться в океане света. И отсюда открывался вид на буйный сад, который Ольге совершенно не хотелось приводить в порядок. Она любила такое дикое буйство.
Наконец, все работы закончились, и Ольга, наконец, переехала в свое тихое пристанище.
Когда все вещи были разложены, уже смеркалось.
Ольга вышла из ванны, взяла книгу и легла на огромную кровать с тяжёлыми занавесями. Сейчас они были подняты, чтобы можно было читать при свете лампы, стоявшей на тумбочке.
Примерно через час Ольга отложила книгу, выключила лампу и потянула за толстый шнурок, свешавший с верха кровати. Занавеси тут же упали, закрыв от нее комнату.
Посреди ночи Ольга резко проснулась. В тёмном воздухе летала тревога.
Было тихо. Только через открытое окно, невидимое для Ольги из-за полога, долетал стрёкот сверчка.
Девушка села в кровати. Её трясло, хотя все было спокойно. Но что же всё-таки заставило её проснуться?
Ольгой стал овладевать ужас. Липкий вязкий, он затягивал её, не позволяя и вздохнуть. В глазах мелькали разноцветные молнии, по спине разливался кипяток, и паника, паника…
Ольга резко вскочила и одёрнула занавесь.
Комната была залита чистым лунным светом, похожим на призрачное одеяние, пробившимся сквозь стёкла, занавески на которых непостижимым образом оказались разведены в стороны.
А за окном стоял человек.
Хотя свет проникал во все уголки спальни, на улице было темно, поэтому можно было различить лишь очертания этого человека, его силуэт. Он стоял между двумя деревьями в глубине сада. Его лица не было видно, но, казалось, он пристально смотрит на Ольгу.
Девушка тяжело задышала, почти упала на кровать и дёрнула полог. В её голове стучала одна мысль: в сад кто-то залез! Наверное, маньяк! Или грабитель!
Тишина. Сердце быстро отсчитывало удары, которые глухо отдавались в висках. Вдруг тишину нарушила едва слышимый шорох. Словно кто-то едва тронул занавеску.
А потом медленно стал отодвигаться в сторону полог кровати…
Ольга очнулась, когда было уже светло. Голова гудела, на языке был устойчивый привкус чего-то горько-солёного.
Последнее, что она помнила, это отодвигающийся в сторону полог. Больше ничего.
Ольга автоматически оделась и умылась. Постепенно она успокоилась, списав всё увиденное на ночной кошмар. Однако стук в дверь заставил её содрогнуться.
На ватных ногах Ольга подошла к двери и спросила:
– Кто там?
Ей ответил женский голос:
– Мы из деревни. Вы нас приглашали вчера.
– Ах, да.
Ольга открыла дверь и впустила в дом двух опрятных деревенских женщин. Одна из них должна была поддерживать в доме чистоту, другая – готовить.
Обе выглядели немного потерянными.
Ольга же совсем успокоилась и даже начала посмеиваться над ночным приключением.
Женщины принялись за дело. Они оказались необычайно молчаливыми, но Ольга и не пыталась их разговорить, она приехала сюда ради тишины.
День прошёл быстро. Но к вечеру тревога снова вернулась в сердце. Ольга то и дело поглядывала в сад, который погружался во тьму.
– До завтра, хозяюшка, – обратилась к ней одна из работниц. – Мы уж пойдём, пока совсем не стемнело.
Ольга отсутствующе кивнула, но потом встрепенулась и, неожиданно для себя самой, попросила:
– Может, останетесь здесь? Комнат много. Да и темнеет уже.
Женщины разом вздрогнули, переглянулись и наперебой заговорили:
– Вы уж простите, хозяюшка…
– Не досуг нам…
– Дома ждут…
– Пойдём мы…
– Ну, ладно, я поняла, вам сейчас надо идти, – упавшим голосом сказала Ольга, – но завтра останьтесь, ладно? Предупредите своих и останьтесь.
Женщины что-то пробормотали и бочком вышли из дома.
Ольга захлопнула за ними дверь. Атмосфера дома давила на неё с устрашающей силой.
Ольга погрузилась в спасительную работу. Она сидела в библиотеке, набирая на компьютере текст, заставляя себя не вслушиваться в тишину.
Постепенно Ольга увлеклась работой и перестала обращать внимание на атмосферу дома.
Пока наверху что-то не стукнуло.
Ольга вздрогнула и посмотрела на потолок.
В зале явно кто-то был. Кто-то ходил, громко топая. Затем пробежал из одного угла в другой и затих.
Девушка резко встала. Несколько минут она собиралась с мыслями, потом всё же решилась посмотреть, что там такое.
Она медленно поднималась по лестнице. Шаг – тревожный удар сердца, ещё шаг – ещё удар...
Перед дверью в зал Ольга остановилась. Словно в замедленном действии она видела свою руку, которая, казалось, принадлежит кому-то другому, толкающую высокую дверь.
Та поддалась с глухим скрипом.
В зале горел свет. И никого не было.
Ольга перевела дух. Она подумала, что свет остался ещё после работ по дому, а шаги… Что ж, нервы в последнее время сильно разыгрались.
Ольга щёлкнула выключателем, закрыла дверь и стала спускаться по лестнице вниз.
Она прошла уже половину пути, когда за дверью снова кто-то быстро пробежал из одного угла зала в другой.
Ольга резко развернулась и почти вбежала по ступенькам на второй этаж.
Перед дверью она остановилась. Пульсация в голове и сердце теперь отдавалась в глазах разноцветными вспышками. Казалось, она слышала каждый звук в своём организме, каждый удар, каждый хрип, стон своей души, закованной в панику.
Ольга подняла руку. Хриплое дыхание. Сердце…
Толкнула дверь. Сердце стучит так, что может выскочить из груди.
Дверь снова заскрипела. Дышать было тяжело. Каждый вздох похож на предсмертный хрип умирающего зверя.
В зале снова горел свет.
Девушку начала бить нервная дрожь.
Она сделал два шага назад, затем протянула дрожащую руку к выключателю, выключила свет, и побежала на первый этаж.
Вбежав в библиотеку, она, заперев за собой дверь, почти упала на стул за компьютером.
Наверху всё было тихо.
Постепенно Ольгой начало овладевать какое-то оцепенение. Тишина поглощала её. Всё больше, и больше. глубже…
Ни рукой двинуть, ни ногой… Ничего нет вокруг, никого нет. Только странное оцепенение…
Очнулась она только, когда в дверь постучали.
Пришла прислуга.
Пока женщины возились на куне и в комнатах, Ольга поднялась на второй этаж. Свет в зале не горел, и это её немного успокоило.
Она спустилась снова вниз и подозвала к себе работниц:
– Так что, вы останетесь сегодня?
Женщины опустили глаза. Одна из них сказала:
– Не обессудьте, хозяюшка, только дома-то нас не отпустили, наказали засветло вернуться.
– Как же так? – расстроилась Ольга.
Неожиданно одна из женщин сказала:
– Уезжайте отсюда! Прямо сейчас, сегодня собирайтесь и уезжайте. Нехорошее это место! Уж рассказывают о нём да рассказывают. Старики-то, конечно, горазды языки чесать, да только правда всё это: хозяева-то дома первые померли здесь. Когда пошли помещиков из домов выгонять, так старый жинку свою и убил. Прямо в доме это случилось, наверху, а сам он пошёл в сад да повесился...
– Нехорошее это место, – подхватила другая. – Души-то, говорят, так здесь неприкаянные и остались. Бродють и бродють вокруг.
– Нет, я так-то сразу не уеду, – пробормотала Ольга. – Хотя, здесь, конечно, неуютно. А души… Не знаю. Не верю. Ладно, вы работайте, не буду мешать.
На самом деле Ольге уж очень хотелось последовать совету и немедленно убраться отсюда, да только причина казалась ей смешной. Она не могла и мысли допустить о существовании душ, которые живут в доме.
День прошёл за работой. Ольге хотелось полноценно потрудиться днём, чтобы ночью просто забыться сном.
Как только настал вечер, женщины вернулись обратно в деревню.
Ольга осталась одна в недружелюбном доме.
Наскоро покончив со всеми делами, она забралась в постели, наглухо закрылась пологом и попыталась заснуть.
Тишина казалась вязкой. Она стала сгущаться, приобретая осязаемое тело.
Шорох. Полог медленно отъезжал в сторону. В открывшуюся щель проскользнула рука, обтянутая сухой, похожей на пергамент, кожей.
Скоро стало видно и лицо человека с выпученными глазами, приоткрытым ртом, из которого вывалился посиневший язык, на шее мертвеца болтался обрывок верёвки.
Олька закричала и проснулась.
Кто-то стучал.
С облегчением девушка подумала, что ей приснился кошмар, и сейчас уже утро, и пришла прислуга.
Но вдруг поняла, что стучаться не в дверь, а в окно.
Ольга открыла глаза: полог был немного отодвинут в сторону, открывая вид на огромное окно, снова непонятным образом лишившиеся занавесок. Они тяжёлым грузом свисали по бокам.
В него кто-то стучал так сильно, что стекло ходило ходуном и, казалось, в любое мгновение может разлететься на осколки.
Но за окном никого не было.
Девушка встала, ощутив под ногами холодный пол, и подошла ближе к окну. Там точно никого не было, ни одной живой души, казалось, словно стучится человек-невидимка.
Холод от ступней стал пробираться выше, пронзая до костей.
Неожиданно сверху зазвучала музыка. Это были звуки какого-то старинного инструмента, Ольга не могла точно определить.
Она подбежала к окну и резким движением задёрнула занавески. Отступила на два шага, словно для того, чтобы полюбоваться своей работой, но прямо на её глазах занавески начали медленно разъезжаться в стороны…
Да утра девушка просидела, забившись в угол, под звуки старинного вальса и ударов в окно.
Днём Ольга была необычайно молчалива и выглядела больной. Кухарка посетовала на её безрассудство, напомнила о сплетнях, окружавших дом, но Ольга казалась безучастной.
Огромным усилием воли она заставила себя сесть за компьютер. Но перед этим она поднялась наверх, в зал, и выключила горевший там свет.
Работу она снова закончила ещё засветло.
С тоской глядела Ольга на удаляющиеся фигурки работниц. Ей было страшно. Она уже решила, что дом продаст, завтра же позвонит в город, чтобы сюда приехали и забрали её и начали оформлять дом на продажу. Прочему она не сделала этого сегодня, она сама не знала. Дом, казалось, погрузил её в свой тягучий воздух, лишив возможности здраво мыслить.
И она даже не могла уйти в другие комнаты.
И опять-таки не знала – почему.
Словно что-то держало её…
Ночью Ольга думала, что не сможет заснуть, но, однако, заснула сразу же, как только её голова коснулась подушки.
И снова она резко проснулась. Но теперь причина была вполне ощутимой.
Ольга лежала на животе на скрещенных руках с головой, повёрнутой к окну. Полог был поднят, занавески раздвинуты, свет в саду был нереально белым, освещал каждый листик на деревьях.
На спине Ольги кто-то сидел. Кто-то маленький и, очевидно, мохнатый с цепкими лапками, он не давал ей вздохнуть, крепко прижав к кровати своим весом.
Прямо за окном заплакал ребёнок, младенец, заплакал так истошно, словно его убивают.
Ольга заскулила и резко перевернулась на спину. В то же мгновение существо исчезло, крик ребёнка оборвался, а сад погрузился во тьму.
Весь следующий день Ольга лихорадочно звонила в город, добиваясь того, чтобы её немедленно забрали отсюда и занялись продажей дома. Но ей отвечали, что ни сегодня, ни завтра никто не приедет.
Ольге только и оставалось, что пережить два дня, а точнее, две ночи в своём таком желанном ранее и таком ненавистном теперь доме.
Она даже подумывала отправиться в деревню, но потом передумала. Ей всё ещё не хотелось верить в деревенские рассказы о злых духах.
Ночью она не спала. Но никто больше не трогал полог, никто не появлялся у её постели.
Только под утро снова кто-то принялся стучать в окно.
Ольга сидела, свернувшись калачиком, закусив край одеяла, жалобно скулила и вздрагивала от каждого удара по стеклу. В конце конов, её нервы не выдержали, она вскочила и резко одёрнула полог.
За окном стоял человек.
Только на этот раз он стоял не вдалеке, а совсем рядом. Его рука не была поднята, но Ольга понимала, что стучит именно он, высокий человек с лицом мертвеца и с верёвкой на шее.
Ольга завопила. Человек пристально смотрел на неё.
Ольга отбежала в другой угол комнаты.
Человек проводил её взглядом.
Ольга закричала:
– Что тебе нужно?!
Схватила со столика маленькую статуэтку, изображающую танцующую пару, и швырнула её в окно.
Стекло со звоном разбилось.
Утром уборщица покачала головой, глядя на осколки, разлетевшиеся по комнате, и поинтересовалась, что же произошло.
– Не ваше дело! – огрызнулась Ольга, лихорадочно набирая городские номера.
Женщина обидчиво поджала губы и молча всё убрала.
Путём скандалов и уговоров Ольги всё же удалось добиться, чтобы машину прислали с самого утра. Это всё, что ей удалось ей сделать, и значит, ночь в доме всё-таки остаётся.
Работницы на этот раз совсем перестали разговаривать. Они только сочувственно смотрели на Ольгу, приводя её этим в бешенство. Девушка тщательно пыталась скрыть за раздражением свой ужас.
Совсем скоро наступила последняя ночь в доме.
Ещё днём Ольга собрала свои вещи, выключила компьютер, и теперь сидела, так же как вчера, на кровати.
И снова вся ночь была спокойной.
И только под утро…
Удар был настолько сильным, что дом задрожал. Оставалось удивительным, как выдерживает стекло.
Но теперь стучали не в одно окно, нет, во все сразу. Весь дом ходил ходуном, сотрясаясь, словно от смеха, все стёкла в нём дрожали с адским грохотом.
Скоро к звону стёкол присоединился вальс и беготня по залу. Кто-то носился взад и вперёд, приводя в ужас Ольгу, поседевшую за свою жизнь в доме.
Она вскочила и глянула в окно: там снова струился белёсый свет, а в глубине сада размеренно покачивался человек, подвешенный за толстую ветку. Даже отсюда, с такого расстояния, можно было чётко увидеть черты его ужасного лица, его ухмылку, блеск его глаз, наблюдавших за Ольгой.
Скоро, совсем скоро наступит утро. Скоро, совсем скоро прейдёт машина, скоро, совсем скоро закончится весь этот кошмар…
В одной ночной рубашке Ольга выбежала из комнаты, кинулась к входной двери и оказалась на улице.
Сад казался нереальным, покрытым прозрачным саванов.
Справа от себя Ольга увидела висельника, который теперь развернулся в её сторону.
Ольга посмотрела на окно второго этажа: там горел свет. Какие-то фигуры быстро двигались, бегали по залу, принимая нелепые позы. Глухо доносилась из зала музыка.
Библиотека тоже не пустовала. Это была угловая комната с двумя окнами. Одно из них было обращено в сторону покойника, другое смотрело прямо на Ольгу.
И там, в её кресле, лежал маленький ребёнок, очень худенький и измождённый, и вопил, вопил так, словно его убивают…
Ольга отступала и отступала куда-то в сад, пока не наткнулась на что-то спиной. Она вздрогнула и оглянулась: за ней был маленький сарайчик. Рядом, прямо в траве, лежал молоток и несколько гвоздей.
Ольга подняла их и побежала обратно у дому.
Где-то здесь должны остаться доски, прикрывавшие ранее от внешнего мира этот ужас. Вот они! Девушка схватила одну, подбежала к окну библиотеки и принялась заколачивать его.
Когда она закончила, совсем рассвело. По дороге заурчала машина. А скоро несколько хорошо одетых людей появились на тропинке, ведущей к дому.
Ольга пристально смотрела в окна, оставшиеся не забитыми. В комнатах сновали тени, то и дело к стёклам прижимались перекошенные ужасом и злобой лица, мёртвые лица.
Ольга повернулась к приехавшим людям.
– Что вы встали? – закричала она на них. – Не видите что ли? Боже мой, да забейте же вы эти окна!
Один из приехавших, представитель агентства по торговле недвижимостью, посмотрел на дом и пожал плечами: в нём не было ничего необычного. Но клиентка кричала и требовала, чтобы окна забили.
Тут только агент заметил, что она босая и в одной ночной рубашке.
Ольга тут же была посажена в машину, её заверили, что пришлют из деревни нескольких мужчин, которые забьют окна.
Постепенно девушка начала согреваться и успокаиваться. Машина довезла её до деревни, где хозяйка одного из чистеньких ухоженных домиков стала заботиться о ней, словно о родной. Скоро сюда же были доставлены и вещи Ольги. Скоро должны решиться дела с домом, и машина увезёт её обратно в город.
Ольгой стала овладевать тёплая дрёма. Свернувшись калачиком на лавке, она постепенно засыпала, прислушиваясь, однако, к голосам на кухне.
Там собралось несколько деревенских кумушек, увлечённо пересказывающих старую деревенскую байку.
– Ну вот, – говорила одна из них, – так и нашли их. Хозяин-то старый в саду висит, а жена его, заколотая, в бальном зале. И, главное, патефон работает, а она мёртвая лежит.
– Да, – подхватила другая, – только сказывают ещё, что хозяйка тогда под сердцем дитя носила. Она-то молодой умерла, да муж её уже стариком был. Видать нагуляла она ребёночка. Так что хозяин и свою душу загубил, и жены своей, да ещё и дитя не рождённого…
Ольга уснула.
Всё ночь ей снилось, что она плывёт куда-то по течению широкой реки, погруженная в белесый свет. А на берегу стоит дом с забитыми окнами.


   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики