Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

Главная страница сайта

Альмагий ГОЛУБОВ, г. Щелкино

В ОЖИДАНИИ ХРИСТА

В ожидании Христа

Фанданго № 3
Введение
Повесть о Казантипе. Часть 1
Повесть о Казантипе. Часть 2
Повесть о Казантипе. Часть 3
Фанданго № 4
Повесть о Казантипе. Часть 4
Голем. Часть 5
Голем. Части 6 и 7
Голем. Часть 8

Фанданго №5
Курорт. Часть 9
Легенды Казантипа. Часть 10
Аэрогологофа. Часть 11
Вызовы времени и христианский ответ. Часть 12
Вторая Голгофа. Часть 13
Послесловие. Мир изменился

---------------------------------------------------------
КНИГА ТРЕТЬЯ. КУРОРТ
=================================


------------------------------------------------------------------------------------------
ЧАСТЬ IX. ОТДЫХ В ПРИАЗОВЬЕ
------------------------------------------------------------------------------------------

Почему нынче редко вспоминают, что именно слова любви,
безмерную жалость свою проявил Он к палачам своим?
Почему почти выветрился из памяти человеческой
 тот эмоциональный взрыв, что потряс землю нашу,
во время Голгофы,
последствия которой волнами пошли по миру,
взрывая обыденность человеческого существования,
превращая человека из разумного животного
 в существо разум имеющего, и сердцем ведомого?
Евангелие от Мельхиора

ГЛАВА 1. ЖИЗНЬ И УЧЕНИЕ СВЯЩЕННОМУЧЕННИКА КАРТЕРИЯ

1. Что осталось в памяти церкви.
«Святой мученик Картерий (мужественный – греч.), пресвитер Кесарии Каппадокийской. Во время последнего гонения на христиан в 304 году от Р.Х. был схвачен и убит копьем». Это все, что осталось в памяти Римской церкви о жизни Картериуса Великого, единственного из последователей Иисуса, доносившего до верующих подлинное, не искаженное ересью римской, учение Спасителя.

2. Рождение и юность святого Картерия.
Рожденный в 248 году от Р.Х. в Кесарии Каппадокийской в богатой, знатной и весьма просвещенной христианской семье будущий священномученник с детства отличался тремя качествами: удивительной добротой, невиданным мужеством и непреодолимой тягой к знанию.
Удивительной была не только его доброта, но и отношение к ней других людей. Как ни странно, но с раннего детства встречавшиеся на его жизненном пути люди, даже самые отъявленные мошенники, не решались, без крайней необходимости, пользоваться его добротой.
Конечно, в тогдашнем мире было полно нищих, находившихся в таком отчаянном положении, что просто вынуждены были прибегать к его помощи. Поэтому юношей, находясь на обучении в Александрии, Картериий частенько ходил голодным и полураздетым, пока друзья не кормили и одевали его, или родители не присылали своему сыну новую порцию денег.
О его мужестве и самопожертвовании и в Кесарии, где проходило его детство, а впоследствии и в Александрии, где он обучался, ходили легенды. Удивительно и то, что за всю жизнь Картерий ни разу не воспользовался, ни своей недюжинной, по свидетельству многих, физической силой, ни доставшимся от отца двуручным мечом. Меч он всегда носил с собой, опасаясь, что в критической ситуации для защиты слабых ему не хватит духовных и физических сил и придется прибегнуть к оружию.

3. Критические ситуации в жизни Картерия.
А таких ситуаций было немало. Во время его учебы в Александрии лев трижды вырывался на свободу и кидался один раз на ребенка, другой раз – на женщину, а в третий – на старика-нищего. Все три раза юноша смело бросался между хищником и жертвой. И всегда лев, встретившись с Картерием глазами, смиренно ложился к его ногам.
Разбойников, лихих людей, жестоких стражников, на его глазах нападавших на слабых безвинных людей, было великое множество. Таких рассказов существует около сорока (не исключено, впрочем, что часть из них придумана уже после его гибели). Но ни в одной из этих историй Картерий не применял оружие или физическую силу для защиты невинных. Во всех случаях моральной силы святого оказывалось достаточно для того, чтобы убийца или истязатель опустил оружие и прекратил насилие над жертвой.

4. Страсть к познанию.
Страсть к познанию и способность к обучению у юного Картерия были вообще невиданные. Точное количество прочитанных им книг и усвоенных им наук никто так и не смог назвать. Но главное в его мировоззрении, сложившемся под влиянием прочитанного, было то, что из всего усвоенного он делал один вывод – о правильности учения Христа.

5. Дальнейшая жизнь святого Картериуса.
Взрослая жизнь Картериуса проходила без каких-либо ярких приключений. Окончив обучение, он вернулся в родную Кесарию, где вскоре занял должность пресвитера. День свой он проводил в церковных заботах и в общении с верующими, а ночи его были отданы размышлениям о христианском учении, о его настоящем и будущем, и созданию богословско-философских трактатов, распространение которых по христианской ойкумене в то время сильно влияло на нравственное состояние верующих.

ГЛАВА 2. УСАДЬБА СГОРЕЛА.

1. Восстановление системы законченно.
Между тем, бригада специалистов окончила восстановление компьютерной системы, необходимой для проведения второй конференции. Поскольку подсистема, обслуживающая подземный храм, не пострадала (сработал заблаговременно предусмотренный покойным Тарасом Ивановичем системный брандмауэр), а в бригаде монтажников не нашлось никого, кто бы решился посетить кишащий змеями храм, то подсистему храма просто подключили к компьютерной сети особняка.
Итак, препятствия были устранены, Марлен Михайлович уже наметил на следующий день начало конференции, однако неожиданное событие расстроило его планы.

2. Ситуация, как в польском фильме.
Ситуация развивалась точно так же, как в знаменитом польском фильме «Рукопись, найденная в Сарагосе». Неуемный Степа Бандурыстенко не мог успокоиться, не проверив свою гипотезу. Поэтому в день окончания работ Степан, рассказав Марлену Михайловичу о своей догадке, испросил у того разрешение, соблюдая правила предосторожности, повторить эксперимент, погубивший бедного архивариуса.
Марлен Михайлович, обычно с уважением, но настороженно относящийся к инициативам своего высокоученого молодого друга, неожиданно отступил от этого правила. Он пренебрежительно заметил, «что более нелепую гипотезу трудно даже вообразить, а посему уважаемый Степан Фомич, дабы самому удостовериться в нежизненности своих предположений, волен производить любые эксперименты с системой. На этот раз она так надежно защищена, что ей не страшны любые, даже самые неразумные действия пользователей».

3. Усадьба сгорела дотла.
В тот же вечер Степан, которому Семен Претлегин оставил диски со своими тестами, повторил эксперимент Тараса Ивановича.
…И только чудом остался в живых. Усадьба же, так надежно, по словам Марлена Михайловича, защищенная новейшей компьютерной системой (в том числе и от возгорания), сгорела дотла. Поздно приехавшая пожарная команда не могла справиться с огнем.
Обгоревший, быстро разваливающийся остов некогда чудесного дворца, который знатоки по праву называли восьмым чудом света, сегодня можно разглядеть посреди запущенного, быстро утратившего экзотический облик парка.

4. Он привык выполнять свои обязательства.
Поговаривают, что нынче Марлен Михайлович, оправившись от потерь, хочет восстановить усадьбу. Но это сегодня. А в те дни Марлен Михайлович был, буквально, подавлен случившимся. Он очень любил свой чудесный дом.
К тому же он оказался несостоятелен как устроитель форума. Это выводило его из себя, ибо он привык всегда выполнять обещания. А тут проводить конференцию было решительно негде. Однако, проблема была не только в этом. жители и гости усадьбы оказались буквально на улице. В отеле мест уже не было, ибо новый санаторий в Мысовом заработал на полную мощность.
5. Под крылом у г-на  Аржанцева.
Правда, проблемы эти разрешились в тот же день: директора двух самых больших местных пансионатов «Крымское Приазовье» и «Рига» предложили поселить погорельцев у себя. А директор «Крымского Приазовья» Андрей Викторович Аржанцев даже предложил провести конференцию в его клубе. Клуб этот неплохо оснащен электроникой, позволяющей ежегодно устраивать в его стенах фестиваль бардовской песни. Вообще проводить важнейшие для Щелкино мероприятия на территории этого пансионата, «под крылом» у г-на  Аржанцева – давняя местная традиция, обеспечивающая делу успех и признание.
Марлен, от души поблагодарив любезных земляков, воспользовался обоими предложениями. Правда, теперь пришлось снова технически оборудовать места для каждого участника конференции и обьединять их в локальную сеть. Поскольку бригада, восстановившая систему в особняке, уже успела покинуть Щелкино, пришлось срочно вызывать новую. 

ГЛАВА 3. ЖИЗНЬ И УЧЕНИЕ СВЯЩЕННОМУЧЕННИКА КАРТЕРИЯ
(продолжение)

1. Картерианство.
К концу III века учение Картерия прочно овладело умами всего христианского мира. Верующие считали картерианство возрождением духа подлинного христианства.
Оно и было таким возрождением. «Главной идеей Христа, – учил Картериус: была Любовь. Любовь Учителя и последователей Его к людям, к каждому человеку в отдельности, к каждому, встреченному на дороге жизни, даже к палачу и мучителю своему. Только любовь, – говорил он: невозможная  и, по общему мнению, для нормальной человеческой психики даже немыслимая, но все же явленная Христом на Голгофе, а святыми мучениками, последователями дела Его, на малых голгофах их, в конце концов, обеспечила Учению победу над язычеством в умах граждан Империи».

2. Гордыня и упрямство.
В последней четверти III века Дело Христово стало тормозиться. Христиан продолжали преследовать по всей Империи. Однако, идя на казнь, многие из мучеников выражали не Любовь к палачам своим, заповеданную нам Спасителем, а осужденную Им гордыню и упрямство, коим первые последователи учения Его отнюдь не отличались.
К концу III века преследуемые властями христианские мученики, отошедшие от сути учения Его, но по-прежнему считающие себя последователями Спасителя, стали периодически вступать с гонителями и палачами своими в совершенно нелепые пререкания. Эти невольные отступники от дела Его пытались доказать мучителям своим, что Христос – Бог истинный, и христианское учение – единственно верное, а языческие учения и боги их ложные. Они демонстративно отказывались поклоняться идолам языческим, приводя врагов своих в бешенство, губя тем самым души их.
Озлобленные непокорностью и гордыней этих заблудших, считающих себя последователями Христа, язычники не только не вовлекались в истинную Веру Христову, но еще больше отторгали учение Его от сердец своих.

3. Учение Картериуса.
И тут, Слава Провидению, услышали христиане, сначала в Каппадокии, а после – и во всей ойкумене христианской, мудрые слова пресвитера Картерия, впоследствии прозванного Великим. Слова Картериуса волнами расходились по миру и находили живой отклик в самых отдаленных уголках Империи. А говорил он о том, что «негоже христианину гордиться Учителем своим и истинностью учения Его. Ведь истина Иисуса, высота ее, как раз в том и состоит, что не ставит она себя выше других истин. Ибо истина не у того, кто гордиться собою и верой своей, а у того, кто уважает иные взгляды и чужие верования». 
Картерий учил, что «языческие верования, языческое поклонение богам принципиально отличается  от христианской веры в Бога единого. Христианское поклонение Богу единосущному для нас  – выражение бесконечной веры в Него, преданности Ему, любви к Нему. А  языческое же поклонение многочисленным богам их – это всего лишь дань уважения богам тем, признание силы и могущества их.
Поэтому, – говорил он, – нет ничего дурного в том, что христианин поклонится богам языческим, их идолам и кумирам их. Этим он всего лишь выразит уважение к иным святыням, всего лишь проявит понимание чужих ценностей. Ибо невозможно по-христиански любить язычника, не понимая духовные ценности его, отвергая святыни его. Напротив, относясь с любовью и уважением к чужим святыням, христианин тем самым приобщает язычников к сокровенной истине учения Спасителя, показывая им на собственном примере, как следует уважать, понимать и любить других, их святыни и ценности. И если язычник в ответ проявит интерес к учению Иисуса, то станет, тем самым, на путь постижения сути учения Его».

4. Добровольность и насилие.
Картериус учил отличать добровольное поклонение чужим богам от поклонения по принуждению. Первое он поощрял, ибо считал его «проявлением уважения к дальним, к язычникам, которые тоже дети Божьи и посему заслуживают уважения, как сами, так и интересы их, ценности их, святыни их», а второе отвергал как страшный грех.
Картерий учил, что «христианин ни под каким видом не должен покоряться принуждению. Истинному ревнителю веры христианской, – он говорил, – проще смерть принять, нежели поклониться идолу языческому по принуждению».
«Добровольно,  – учил он, – не грех поклониться богу жестокому, богу злому, богу, смерть и разрушение несущему. Ведь и язычники, поклоняясь такому богу зла, отнюдь не испытывают умиление. Они поклоняются злу из желания задобрить его, отвести, тем самым, беды от себя, от детей и жен своих, от дома своего. Доброму христианину, поклоняясь вместе с язычниками богу злому, обязательно следует при этом разъяснять им, что Иисус Христос считал зло страшным недугом, болезнью духа, и посему жалел всех несущих зло как существ больных и несчастных, заслуживающих искреннего и глубокого сострадания. Будучи простым смертным, последователь Христа, конечно, не может, как Иисус, сострадать злым богам, не по чину ему это. Но оказывать уважение тем, кому сострадает Учитель, он, последователь Христа, обязан».

5. Идеи секты «Терапевтов».
Будучи ревностным христианином, Картерий, тем не менее, во многом соглашался с иудейской сектой Терапевтов. Вслед за ними он утверждал, что и Дьявол, и Антихрист отсутствуют в нашем подлунном мире. Но те, кто говорит обратное, провоцируют появление этих призраков не только в мире духов, но и на земле, среди людей.
Он считал, что два Иоанна: Иоанн Предтеча и Иоанн Богослов, оба, будучи великими пророками, принесшими много добра делу Христа на земле, тем не менее, сделали немало дурного. Ибо они пророчествами своими, сами того не желая, вызвали к жизни врагов человека, уже загнанных во тьму фактом рождения Иисуса. Это благодаря их эсхатологическим пророчествам Дьявол и Антихрист вновь появились в нашем мире и прочно осели в нем. Ибо, когда в них верят, они поселяются в сердцах людей.
В своих «Записках» Картерий пересказывает старую притчу Терапевтов, по которой мелкие бесы, одолевающие людей, усиливаются, когда человеку или народу не оставляют выхода, прижимают к стене. Тогда бесы сгущаются и приобретают дьявольскую силу.
«А Антихрист, – писал Картерий, – всего лишь голый беззащитный моллюск, что от страха перед опасностями мира строит свою раковину. Когда моллюсков в одном месте собирается много, они образуют коралловые рифы царств и острова империй».
«Те, кто во власти Антихриста, – учил он, – заслуживают сострадания, не меньшего, чем одержимые дьяволом. Слуги Дьявола больны, ибо одержимы злобою, а слуги Антихриста несчастны, ибо духом немощны и одержимы страхом».

ГЛАВА 4. ОТДЫХ В КРЫМСКОМ ПРИАЗОВЬЕ

1. Отдых в Крымском Приазовье.
Участники конференции, поселившиеся в щелкинских пансионатах, совершенно неожиданно оказались весьма и весьма довольны условиями жизни и отдыха. Было это странно, очень странно. Ведь они только недавно проживали в особняке, который по праву называют восьмым чудом света, сервис которого был выше всяких похвал. И, тем не менее, гости Марлена, невольно оказавшиеся в пансионатах, были не просто довольны, а в восторге.
 
2. Феномен советского отдыха.
С чем это связано? В чем тут дело? Поддается ли это рациональному объяснению? Весь вопрос в том, какое объяснение следует считать рациональным. Если психологию, вторгающуюся в область духовную, отлучить от материализма, тогда, конечно, рационального объяснения нет. Но это не так. Внутренне противоречивая, иррациональная ностальгия по утраченному «социалистическому раю» имеют вполне рациональное объяснение.
Да, относительно скромный сервис щелкинских пансионатов, безусловно, проигрывает сравнение с бьющей в глаза роскошью современных западного типа отелей. Преимущества здешнего отдыха в другом. Удивительное спокойствие, что охватывает здесь отдыхающего, живо напоминает нам то ни с чем не сравнимое чувство покоя, которое в былые годы обязательно накрывало каждого советского человека, когда он, оторвавшись от неизменно однообразных и удивительно нудных обязанностей, выезжал на отдых в многочисленные тогда  пансионаты.
Работа советского человека была, как правило, скучна и однообразна, а его досуг, по большей части, заполнен либо добычей пропитания, одежды или мебели в многочисленных очередях, либо переговорами о приобретении этих же благ по «блатным каналам». Поэтому избавление от всей этой муравьиной суеты казалось советскому человеку невиданным благом.

3. Блаженное спокойствие.
  Сегодня ситуация коренным образом изменилась: дефицита более нет, за деньги  можно получить все, что душа пожелает. Но заботиться о себе бывший советский человек не любит, также, как и раньше. А отдых для него теперь гораздо более важен,  чем в прежние времена, ибо нынче работа бывшего «совка» отнюдь не скучна, а требует повышенного внимания и сильно изматывает. Следовательно, тяга к блаженному безделью сегодня еще сильнее, чем раньше.
У современных отелей есть несколько минусов: во-первых, их, прямо скажем, чересчур назойливый сервис возбуждает далеко не всегда положительные эмоции; во-вторых, цены на предлагаемые здесь блага и развлечения почти всегда превосходят наши ограниченные финансовые возможности. Все это, конечно, мешает блаженству отдохновения.
Здесь же, в щелкинских пансионатах, процветает именно бездумное отдохновение. К тому же удивительная атмосфера нечеткости, неопределенности, свойственная здешней природе, делают отдых в этих местах ни с чем несравнимым удовольствием, даже наслаждением.
Вот почему участники конференции, неожиданно ставшие гостями щелкинских пансионатов, люди, кстати, далеко не бедные, но тоже испытывающие неудобства от психологического давления западного сервиса, так прониклись к ним любовью. 
Местные краеведы рассказывают немало интересного о пансионатах «Крымское Приазовье» и «Рига», куда Марлен Михайлович поместил своих гостей. Но об этом позже.
ГЛАВА 5. ЖИЗНЬ, УЧЕНИЕ И ПОДВИГ ВЕРЫ СВЯЩЕННОМУЧЕННИКА КАРТЕРИЯ
(второе продолжение)
1. Любовь.
«Но, самое главное, – учил пресвитер Картериус, – это любовь. Как искренне полюбить гонителей и палачей своих? Трудно это, невыносимо трудно, и не у каждого хватит сил, чтобы на издевательства ответить добром и состраданием. Но, тем больший подвиг совершает мученик христианский, чем больше, в ответ на мучительства, несмотря на ужасные, даже совершенно невыносимые страдания, проявляет он любовь к палачам своим».
Картерий Великий учил: «Ошибаются думающие, что человек может казнить и истязать другого равнодушно, без злобы в душе своей. Нет, иначе устроен человек, иная у него природа. Зачерствевший может равнодушно взирать, как другие творят злодеяния (и то не всегда), но сам творить зло, не подпитываясь ненавистью своей, человек не может. Иногда злодей прикидывается равнодушным, но душе его горько от обиды, некогда ему причиненной. Каждый палачествующий был когда-то кем-то обижен. Злодействует он потому, что все еще болен обидой этой, и уже поэтому заслуживает сострадания».
Картерий учил: «Возлюбите врагов ваших, сострадайте душевному недугу их, злобу и ненависть к вам питающих. Не просто главное, а единственное, что принес на землю Христос – это Любовь.  Все прочее: и чудеса исцеления, и хождение по водам, и насыщение пятью хлебами пяти тысяч  человек, и Его царское происхождение, и непорочное зачатие Его во чреве Девы Непорочной, и Его божественная сущность, и Воскрешение из гроба – это всего лишь красивая оправа драгоценного камня, который есть суть учения Спасителя.  А суть эта – Любовь».

2. Три уровня любви христианской.
Картерий учил: «Человек, не любящий преданно ближних своих, не вправе считать себя христианином. Любовь-преданность близким своим – это первый общедоступный уровень любви христианской. Человек душой своей глубже познавший, что есть любовь христианская, с любовью-уважением относится ко всем людям на земле, а ко всем калекам, больным, престарелым и немощным – с любовью-состраданием. И, наконец, человек, познавший вершину Любви, с любовью-состраданием относится не только к убогим телом, но и к убогим духом. Он сострадает злобствующим против Бога и людей, ненавидящим Его, даже палачам, людей истязающим и казнящим.
Но это не означает, что любящий  врагов своих не должен сопротивляться зло творящим. Подставлять другую щеку христианин имеет право лишь будучи уверенным в моральной силе своей, в том, что шаг сей ни только не подвигнет злодея на дальнейшие бесчинства, но и утихомирит его, поможет несчастному, злом одержимому, понять истину христианскую. Применять оружие христианин имеет право, только, когда не может духом своим сдержать бесчинствующего, либо силой, ловкостью и хитростью своей обезоружить злодея».

3. Большое и малое сердце.
Картерий учил, что «равенства на земле нет и быть не может, ибо Господь создал нас разными. Одним Всевышний даровал Большое Сердце, силу духовную, сделал для них возможным сострадание и любовь к врагам. Другим, людям с малым сердцем, Отец наш небесный дал понимание необходимости любви ко всем людям на земле, но силой духовной, позволяющей побеждать врагов любовью, не наделил. Поэтому первым дано совершать подвиги любви, духом своим побеждая врагов. А вторым не дано Богом таких сил духовных, и поэтому им дозволено, защищая близких своих и себя самое, пользоваться оружием».

4. Формы сопротивления насилию.
Еще в молодости Картериус написал ученый труд «О формах сопротивления насилию». В нем, в частности, говорится, что «в критической ситуации каждый человек должен сам выбрать свою форму сопротивления насилию. Предположим, ты добрый христианин, чувствуешь в себе решимость следовать словам Учителя, неся любовь всем людям на земле, вплоть до врагов твоих. Но однажды случилось так, что ты, вернувшись в дом свой со службы своей, мечом перепоясанный, видишь, что на пороге дома твоего разбойник занес топор над головой малолетнего сына твоего. Как поступить тебе?
Тебе надлежит, – говорит Картерий, – мгновенно оценить ситуацию и понять, сможешь ли ты силой духа своего заставить убийцу отвести топор от головы сына твоего малолетнего? Если уверен в силах своих духовных, действуй словом и взглядом, любовью своей к врагу своему спаси сына своего. Если же ты в момент сей сомневаешься в силе духа своего, руби убийцу мечом своим, ибо, не защищая слабого, не только сына своего малолетнего, а любого слабого против сильного, ты совершаешь смертный грех».

5. Три способа сопротивления злу.
 Картерий учил: «Есть три способа сопротивления злу. Человек, сильный духом,  должен попытаться любовью своей укротить зло, против него или других направленное. Человек, духом послабее, но сильный  телом, ловкостью и хитростью должен пытаться обезоружить противника, не причиняя ему при этом, по возможности, большого вреда. И только человек не чувствующий  в себе больших духовных и физических сил вправе применить оружие для повержения (или даже убийства) противника.
В бою ли, в поединке ли, в которые ты вовлечен сильным и агрессивным противником, старайся не использовать оружие свое для убийства противника твоего. Хитростью и ловкостью попытайся обезоружить противника (выбить оружие из рук его) и, предложив ему мир, одержать над ним моральную победу. А коли сил твоих, хитрости и ловкости твоей недостает, чтобы сделать это, ты вправе использовать оружие свое по прямому его назначению».

6. Общество «Дети Иисуса».
Для воплощения в жизнь идей учителя последователи Картерия создали тайное общество под названием «Дети Иисуса». Устав общества требовал от его членов держаться в тени (оттого общество и считалось тайным, хотя никаких враждебных планов не вынашивало), и всячески помогать людям с Большим Сердцем совершать духовный подвиг любви.
Среди членов этого тайного общества, которое некогда было широко распространено в мире, существовало строгое правило взаимовыручки, ибо обет и связанный с ним тяжкий труд тайной помощи людям с Большим Сердцем требовал от них постоянно находиться в опасности, граничащей с угрозой для жизни.
Когда член Общества попадал в безвыходную ситуацию, он издавал клич «Ко мне, дети Иисуса!» И если в этот момент поблизости оказывались другие члены этой тайной организации, то они, не смотря ни на что, бросались на помощь гибнущему.
Позже этот принцип (звать на помощь в критической ситуации) переняли масоны. В отличие от «Детей Иисуса», их кличем стало: «Ко мне, дети вдовы!»

7. Учение Картерия и его влияние на мир.
В Раннем Средневековье традиция ношения рыцарем тяжелых лат, бронированного панциря и громоздкого щита, делающая его неповоротливым, неспособным эффективно вести бой, восходит к принципам Картерия, категорически запрещающим убийство во время поединка. Во времена Рима возможности обеспечить воину тяжелое вооружение были не меньшие, однако тогда предпочитали легкое снаряжение, облегченные кольчуги и легкие деревянные, обитые кожей щиты.
Другое нововведение последователей Картерия из числа военных, к сожалению, кануло в лету. А его преимущества, его возможности по сравнению с традициями ведения боя трудно переоценить.

8. Орден воинов-картерианцев.
Нам неведомо, каким путем последователи Картерия  раздобыли на самом краю ойкумены, в Китае и Японии, секретнейшие знания о методах безоружного сопротивления вооруженному противнику. Еще в далекие времена Раннего Средневековья члены общества «Дети Иисуса», познавшие военные секреты Дальнего Востока, создали орден «Воинов-картерианцев». В поединках и даже в сражениях члены Ордена применяли секретные способы безоружной борьбы с вооруженным противником.
Такие поединки были очень красочны. Воины-картерианцы были одеты в кожаные штаны и такую же обувь. На плечах у них были только легкие накидки с вышитыми на груди и спине крестами (позже такие накидки носили крестоносцы, а еще позднее они перешли к королевским мушкетерам Франции), на головах красивые шлемы с ажурными забралами, а в руках – легкий щит.
Вооруженные рыцари в виде компенсации за безоружность противников своих должны были быть экипированы доспехами по полной форме, хотя в этом совершенно не было нужды.

9. Опасные поединки.
Поединки эти были очень опасны для воинов-картерианцев. Их вооруженные противники имели право беспрепятственно рубить и колоть безоружных. Тем не менее, именно картерианцы зачастую побеждали в этих схватках. А задача их была крайне сложна. Они должны были, уворачиваясь от ударов противника, в прыжке рукой или ногой выбить оружие из рук его. И чаще всего им это удавалось.
Из всех известных в то время видов оружия картерианцам разрешалась только веревочная сеть, используемая еще в гладиаторских боях в Древнем Риме. Схватки, в которых безоружный воин-картерианец набрасывал на противника сеть, а когда тот пытался ее разрубить, отнимал у врага оружие, производили на зрителей сильное впечатление.

В ожидании Христа


Фанданго № 3
Введение
Повесть о Казантипе. Часть 1
Повесть о Казантипе. Часть 2
Повесть о Казантипе. Часть 3
Фанданго № 4
Повесть о Казантипе. Часть 4
Голем. Часть 5
Голем. Части 6 и 7
Голем. Часть 8

Фанданго №5
Курорт. Часть 9
Легенды Казантипа. Часть 10
Аэрогологофа. Часть 11
Вызовы времени и христианский ответ. Часть 12
Вторая Голгофа. Часть 13
Послесловие. Мир изменился


   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики