Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Гариф Поленберг (г. Симферополь)

"Фанданго" № 4

Начало "ИСТОРИИ ОДНОЙ БЕЛИБЕРДЫ" 

ИСТОРИЯ  ОДНОЙ  БЕЛИБЕРДЫ

(продолжение)

 

... Или вот еще одна подлодка в районе Бермуд в 22 часа 22  минуты на глубине 22 метров столкнулась с неизвестным объектом... Двое суток связь с субмариной отсутствовала... И неожиданно ее обнаружили со  всем экипажем сегодня утром в доке Дувра. И у всех солдат и офицеров на часах «22.30»...

 Вилли выключил ящик. Очередные бредни, сплошная белиберда! Снова кому-то не терпится достать из полуразвалившегося сундука пропахший молью миф «о советской угрозе»... Правда, на этот раз старой легенде дадут новое именование – «ядерная угроза СНГ»...

 Вилли брезгливо поморщился от волны нахлынувших было воспоминаний. Пятнадцать лет назад он чуть было не попался на этот крючок. Тогда он был убежден, что его призвание –  стать солдатом, защищать Родину и отстоять с оружием в руках приоритет США от нападок извне. Его отвагу оценили, но спустя полтора года Хэнсли подал в отставку. А когда ее не приняли, откупился.

Идеологический конвейер в те времена  работал без передышки по обе стороны баррикады. Но почему-то никто не торопился нападать на его горячо любимую Родину, и Вилли испытал разочарование. Он мог бы служить и дальше, но нерасположенность к тупому подчинению сержантам, офицерам...

Вилли усмехнулся, и его размышления перетекли в иную плоскость. Достаточно было толчка... А есть ли какая-нибудь связь между двойниками, стихийными бедствиями и бунтом компьютеров? Напрашивается догадка: все это как-то взаимосвязано и главная составляющая происшествий –  ЛЮДИ. Двойники как бы подразумевают замену настоящих индивидов на... временные?.. (вот как...) искусственные особи. Зато после исчезновения живой личности, оригинала, так сказать, отпадает надобность и в искусственнике...

 И опять эти зловещие и непонятные вопросы: почему? зачем? кто?.. К чему, скажем, эти сны, словно Кто-то насильно погружает Вилли  в таинства генеалогического древа? Почему-то всякий раз, когда ветвь Гилфордов могла пресечься... Ведь правда, бред какой-то! Зачем искать женщину (подразумеваем, супругу) за тридевять земель, если на каждом углу полно девственниц с  приданым и без оного или молодящихся вдов?!

Страшная догадка тут же озарила сознание Вилли. В  том-то все и дело,  что не любая женщина подходила для продолжения рода! Еще самый Первый, осознав, Кто он и… откуда (?!). ..Вот, здорово! Это еще что за новости?.. Но ладно, подумаем над этим в другой раз. Итак, Первый наказывает своим потомкам искать, находить и понимать, что именно эта женщина предназначена ему (мужчине) по праву рождения. И, похоже, все мужчины и женщины в роду Гилфордов придерживались этой установки...

Пусть так. Следует терпеливо запоминать увиденное ночью и ждать. Должен же появиться Тот, кто расставит по местам все знаки  препинания...

Другой вопрос: сколько это будет длиться?

А что есть время? Это то, как воспринимаем мы, земляне, или... Как-то неуютно становится где-то внутри, почему-то замирает сердце, когда напрашивается на язык фраза: «Ты не такой, как все»... Внешность – не в счет. Можно вырядиться  привидением или мушкетером на маскарадной вечеринке у одного  из чудаков  приятелей… Только вот не стать настоящим призраком, как не оказаться в мгновение ока в часы Генриха Наварского или короля Солнце! Маскарад  завершается. И твои шутки или умение вжиться в образ никому не нужны на следующий день. Компания будет весело хохотать над твоими остротами, коль они будут к месту. Но спустя двадцать четыре часа никто из приятелей даже не улыбнется, обнаружив тебя в костюме Отелло или Айвенго. Ты никому не докажешь, мол, это Твой стиль жизни. Скорее, приклеят ярлычок: «Немного не в себе». А если  подобное повторится,  тебя станут избегать или сторониться. Тебя не спасет красноречие, ибо, как  правило, ты интересен лишь на один вечер. Потом нужно стать «как все» или исчезнуть навсегда... И в то же время, хозяйка «Клюки», претендующая на роль Сивиллы,  предстала перед Хэнсли в том же наряде, что и  вчера. Неужели вечеринка затянулась? А как же приличия? Петухи ведь надорвали глотки, отрыгивая пятнадцатый или двадцатый возглас... Так что же случилось в «Клюке»?

Холодильник наполнен... Имеется также несколько фунтов для  ничего не значащих покупок. Значит, следует...

Вилли толкнул знакомую дверь и почти сразу же очутился  в том же полумраке, что и накануне. Только одна настольная лампа освещала барную стойку. Весь зальчик был погружен в непроглядный мрак. Вилли двинулся  к стойке.

  – Зачастили, дружок? – зазвучала знакомая интонация, и на плечо Хэнсли легла рука.

  – Мне приглянулось ваше заведение, – угрюмо хмыкнул Вилли, скосив левый глаз в сторону обладателя холодной как смерть длани. Возле него оказался «рогатый». – Вечеринка продолжается?

   Что будете пить? –  мужчина,  казалось, не почувствовал иронии. –  Кофе? Виски? Желаете  перекусить? О! Будьте покойны: никаких розыгрышей! Во всяком случае, вы не тот, над кем можно подшутить.

    Заметно?

  – Даже через край! Только вот… чем бы мне вас угостить? Ага, пару сэндвичей с сыром и огурцом…  Пицца со свининой...  Горячее кофе и немного виски,    называя блюда и напитки, хозяин заведения выставлял озвученное на  стойку. – Подкрепляйтесь,  – он глубоко вздохнул. – Ну а затем я проведу вас в кабинет миссис  Пиг. Ведь вы захотели ее навестить, не так ли? Только, по-моему, глупо с вашей стороны... просить ее погадать вам на картах или кофейной гуще... Бубновые хлопоты, пиковая дорога... казенный или отчий... дом! –  Рогатый хохотнул. –  Что бы вас  больше  устроило? К проблемам и неприятностям вам не привыкать. Дорога длинна, но странно: нет ни начала, ни конца! А ведь так не бывает, милейший, у нас, у землян. Миссис Пиг вам не поможет... Я тут просмотрел... пять виртуальных реальностей на  ближайшее неопределенное... Не по нраву мне этот туман... Ага, а вот и преграда! Так,  так...  Туманом и проливным дождем все это как-то началось. И так же с туманом покинет наши пределы... Вы разочарованы,  а ведь я вам рассказал всю подноготную... Кстати, миссис Пиг и десятой части не ведает! Как завтрак?

 – Вы хотите сказать, что только что заглянули в мое прошлое и будущее?

 – Это моя обязанность! Мне очень жаль, что многих ваших предков преследовали, наивно полагая, будто они мои подданные. Уж кто-кто, а я знаю, что они никакого касательства ко мне не имеют...

– А что поведают мне ваши недруги?

– Поинтересуйтесь у них. Ресторация «Кущи» через дорогу, напротив...

– Что-то раньше я не замечал там...

  А чем конкретно вы раньше интересовались? Да, да, многим, не спорю. Но, к сожалению,  – Рогатый загадочно хмыкнул, – вы редко останавливали свое внимание... так сказать, на аномальныех явлениях. И не придавали им должного значения. И самое главное – я ничем не могу вам помочь.

  А миссис Пиг?

– Кто это? –  Рогатый растерялся. –  А, вы имеете ввиду ее... Но она слишком высоко стоит. Шутка ли –девять ступеней!

– А что бы вы посоветовали? Подниматься или спускаться?

– Если у вас зародился интерес к Нам, должен вас сразу предостеречь: за все приходится платить, ибо при бесплатном входе существует платный выход. Вы желаете узнать сколько? В два раза больше, чем находится в ваших карманах. И, увы, мы принимаем исключительно наличные.

– Значит, выхода нет?

– Выход существует всегда, главное – знать, где его искать, чтобы потом не возникало сомнений: а стоило ли заходить?

– Сколько я должен вам?

– Пустяки, десять фунтов.

– У меня при себе только пять,    Хэнсли бросил купюру на стойку.

– Я вас предупреждал! – прорычал мнимый бармен,

– Лучше поздно, чем никогда? – Хэнсли встал. –  И виски у вас дерьмовое! –  он не торопясь направился к выходу. Но его, против ожиданий Вилли, никто не попытался остановить». Он отворил дверь. –  Как?! Уже вечер?

– А что есть время? – Рогатый хохотнул, в мгновенье ока очутившись рядом с Хэнсли. – Вот сдача,    он протянул три фунта с мелочью.

– То есть?!

– Заходите еще,    лжебармен улыбнулся. –  Мне было приятно с вами поболтать,    он мягко выпроводил Вилли и захлопнул дверь.

Дайяна уже поджидала Вилли.

– Как?! –  изумилась девушка. –  Ты снова заходил туда?! –  ее глаза округлились от страха.

 – Только на пару минут,    Хэнсли усмехнулся. –  Ты не голодна? Может, поужинаем?

 – А где? –  робко поинтересовалась Дайяна.

 – Может, там? –  Вилли махнул рукой. – Стоит лишь перейти улицу...

Пропустив поток машин, они ловко перескочили на другую сторону.

  У вас заказан столик? –  осведомился швейцар, когда Хэнсли  и Дайяна очутились в небольшом фойе, выкрашенном в голубой цвет.

– А это – частный клуб? – Вилли задрал подбородок.

– Я опасаюсь, что вас не устроит меню, –  холодно  произнес пожилой мужчина.

– Что-то мне расхотелось есть, – призналась девушка.

  Не святой же водой здесь поят! – воскликнул с вызовом Вилли.

  Я попросил бы вас покинуть наше заведение! –  швейцар сам  отворил входную  дверь.

  Это почему же? –  изумился Вилли. – Неужели здесь так обязателен фрак... Или подошли бы больше... белые тапочки?

– Ну зачем же так? –  за спиной Хэнсли раздался новый голос.

Стоило Вилли обернуться, и он увидал мужчину лет сорока. То ли официанта, то ли администратора. Радужная улыбка слетела  с лица говорившего, стоило ему разглядеть посетителей.

– Да, сэр! – резкий тон и отвращение во взгляде. – Вам придется покинуть наш ресторан.

– Уж не собираетесь ли вы, – глаза Вилли сузились,    выкинуть нас вон?

– Именно! – метрдотель щелкнул пальцами и... две серебристые тени с белоснежными крыльями вытолкали и Дайяну, и Хэнсли на улицу.

– Безобразие! – возмутился частный детектив.

Он отряхнулся, расправил плечи и снова шагнул внутрь. Послышался какой-то  грохот, чьи-то вопли и звон разбитого стекла. Через пару минут Вилли предстал перед Дайяной. Птичьи перышки украшали его волосы и костюм.

– Да, – промычал он, убирая с левого рукава пиджака приставший пух. –  Я  побывал на кухне и выяснил: кормят здесь скверно! –  и, подхватив Дайяну под руку, повел ее  в сторону дома.

  А что там произошло? Мы чем-то не угодили?

– Нет, что ты! Они весьма сожалели о своем... недоразумении. И, конечно  же, принесли свои искренние извинения...

  И зачем вас только понесло туда? – рядом с парочкой словно из ниоткуда нарисовался Рогатый. –  Кстати, зовите меня Чат... Вы меня понимаете? – он внимательно посмотрел на Хэнсли.

– Если каждая буква заглавная, то –  да,    ответил детектив. Он  без труда  расшифровал простенькую головоломку: Черный Ангел Тьмы. Для общения с такими, как Вилли, Хозяин выбрал достаточно представительного Слугу.

– Очень приятно познакомиться, мистер Чат, –  выдавила Дайяна.

– А уж мне-то как! Вот и зашли бы поужинать к нам. Милости просим! –  Чат  отворил массивную дубовую дверь «Клюки».

Ха! Словно никто и не переходил на другую сторону улицы. И словно не было никакого инцидента в «Кущах». И  словно не было пройдено по крайней  мере шагов двадцать в сторону домовладения Хэнсли. И что  самое интересное –  костюм детектива и безвкусное платьице Дайяны исчезли бесследно... То есть, не совсем. И первое, и второе Вилли обнаружит дома. А новое одеяние – подарок от Чата. Тело Вилли украшал безукоризненный смокинг с приколотой к петлице белой розой. А вот Дайяна сверкала в белоснежно-ослепительном платье то ли от Армани, то ли от Диора. В ее волосах переливались бусинки жемчуга, а на шее покоилось бриллиантовое колье.

Что за чудеса?

– В следующий раз! – Вилли попытался отвернуться от манящей  глубины зала.

  А может его-то как раз и не будет, – заметил Чат.

– У вас появилось желание раздать мне козырей или раскрыть прикуп?

  Ни то ни другое. Просто ужин на двоих. За счет фирмы, разумеется!

– Благодарю! У вас бесподобная кухня, но баснословные чаевые. Мы поищем подвальчик поукромнее.

– Зачем столько эмоций? – Рогатый, сама галантность, коснулся ладони Дайяны. –  Неужели миледи откажется от нашего шампанского? Мне так стыдно за... вчерашний вечер, что хочется услужить сегодня.

  Убери лапы! –  прошипел Вилли.

Но Чат не обратил внимания на замечание Хзнсли. Он подмигнул Дайяне и улыбнулся.

  Может, рискнем? – девушка повернулась к Вилли.

  У вас есть новости для меня?

  А разве мы знакомы? – удивился Чат. – Я – не почтальон и не рассыльный. Я не работаю на телевиденьи и уж тем более не состою в информаторах при частных детективах!

– Так это не номера! – воскликнул Хэнсли. –  Прости, приятель, нам необходим мотель, а не ваш дорогой ресторан!

– О чем вы говорите? – девушка перебрасывала встревоженный взгляд с Вилли на Чата и обратно.

  Мы заговариваем друг другу зубы! – признался Чат и рассмеялся.

Хэнсли пропустил Дайяну первой. На этот раз они очутились в отделанной мореным дубом прихожей.

– Насколько я помню, – произнес Чат, – у вас заказан отдельный кабинет. Позвольте мне проводить вас,    он шагнул вперед.

– Уходим,    Вилли потащил Дайяну к выходу.

Но стоило ему открыть дверь, как они тут же очутились в небольшом темном помещении. Кто-то чиркнул спичкой... Скорее тень, а не человек. Огонек приблизился вначале к одной свече, затем к другой, третьей. Шампанское во льду, салаты,  дымящееся жаркое.

– Надеюсь, вам понравится, – сказал Чат. –  Пожалуйста, прошу откушать.

Хэнсли перевел взгляд на Дайяну. Та быстро уселась на стул и, улыбнувшись Вилли, отпила из фужера. Затем она принялась поглощать салат с такой скоростью, будто ее расстреляют или изнасилуют прямо здесь, если она не вычистит тарелку до блеска. Покончив с салатом, она принялась за жаркое. Кому-то кивнула в сторону и подтянула к себе блюдо с замком из шоколадного мороженого с кремово-мармеладными фигурками... Стоп– кадр… Дайяна быстро присаживается на свой  стул и, улыбнувшись...

– Что здесь происходит? – Вилли уставился туда, где только что находился Чат.

Но по правую руку от него сидел какой-то добряк со светло-русыми длинными волосами и холеной бородкой.

– Это и нам хотелось знать, – ответил он.

– Вот именно, – Чат присел слева от Хэнсли.

А стол-то, стол! Из крохотного столика на две персоны он внезапно раздался в  ширине и длине, отодвинув Дайяну на добрые метров десять. Перед бородачом стоял высокий стакан с белой жидкостью. Чат сжимал пальцами золотой кубок с дымящимся зельем. Только перед Вилли все осталось как прежде: овощной салат, горячее жаркое, фужер с минералкой,  тарелка с булочками,  пустой фужер и ведерко  с шампанским.

– Вы ешьте, не стесняйтесь,    проговорил бородач. – Мы успеем поговорить…

– Не запоздали ли вы с расспросами? – перебил Хэнсли.

– Каков наглец, а? – бородач переглянулся с Рогатым.

  Ты ошибаешься! – возразил Чат. – Он ничего не знает!

– Чтобы шпион ничего не знал? Я – не верю! Одно дело, когда, ни у кого не спрашивая, у тебя под носом шесть веков проводят свои эксперименты, благо эти опыты Нам на благо. И совсем иное, когда начинается сбор...

– Но разве посев  не подразумевает и период сбора урожая? – Хэнсли отпил минеральной  и воткнул вилку в  салат. – Что вас, собственно, не устраивает?

– Он еще  спрашивает! – возмутился добряк. – Прислали пять тысяч «семян»...  Далее пошел процесс уменьшения первородности и прогрессия в ассимиляции с господствующими аборигенами. Уже через сорок лет было только три тысячи чуждых и десять тысяч тех, кто мог называться НАШИМИ. Через восемьдесят лет противостояние составило тысячу триста на тридцать восемь тысяч...

– А каково соотношение теперь? – поинтересовался детектив, разламывая булочку.

– Пятьдесят два индивида на сто восемнадцать миллионов! Точнее будет, если прибавить шестьсот сорок с фартингами тысяч, – ответил за бородача Чат. –  Не столь важно сейчас, как они поделены между НАМИ. Плюс,  минус...  Кстати,  вас не волнует,  в какой когорте вы?

– Разумеется, в первой, – Хэнсли отпил глоток «Вдовы Клико».

  А ты утверждал!.. –  бородач чуть не ругнулся.

– Мы хотели бы кое-что предложить вам, –  процедил сквозь зубы Чат. Он достал из внутреннего кармана тонкую  сигару и, щелкнув пальцами, прикурил от лепестка огня, вырывавшегося откуда-то из ладони.. –  Мы не понимаем всего механизма, но люди начали попросту исчезать в слишком большом количестве. Нас, как вы понимаете,  нисколько  не волнует  судьба физической оболочки...

– Исчезают и астральные тела? – Хэнсли повернулся к Рогатому.

– Вот именно! – в один голос выкрикнули добряк и Чат.

– И вы не ведаете, где находится Их база или... хотя бы Центр.

– Где-то  в Англии, – произнес Чат. – Обидно,    он выпустил несколько колец и задумчиво посмотрел на них. – Семь колец выпущено... Осталось только пропустить сквозь них струю... Вам не понятно, Вилли? Пятьдесят два и сто восемнадцать миллионов... с центами – все это сведения полугодовалой давности. В  настоящее время Они подчистили весь земной шар… То есть – почти. Осталась Англия: тридцать два на пятьдесят шесть тысяч восемьсот пятьдесят… нет, уже сорок девять человек.

– Мыслимо ли это?

– Невероятно, но факт. Пока одни разбрасывались, другие собирали и крепли...

  С каждым днем круг сжимается,    добряк нервно теребил бороду. – Мы давно  готовы дать решительное сражение...

– Но наш невидимый противник избегает поединка. И оставляет без ответа предложение о переговорах! –  Чат развел руки в стороны.

  В конце концов это – нечестно! – бородач начал  грызть ногти. – Не спросясь, войти в чужой дом, попользоваться их благами столько лет... А в один прекрасный день попытаться на глазах хозяев вывезти несколько приглянувшихся ему предметов обстановки, будь то картины, фарфоровые китайские вазы, гостинный гарнитур Людовика Пятнадцатого или бронзовые часа Елизаветы Петровны.

– Чем же я смогу вам помочь? – удивился Хэнсли, отодвигая пустые тарелки.

– Мы подозреваем, что эта кукла,    Чат показан на Дайяну, которая в сто восемьдесят четвертый раз принималась за салат, – и есть своеобразный канал  связи между вами и Тем миром… Стоп! Хватит наводить тень на плетень. Между вами и Ахетоном! Остановите ЕГО! Разумеется,  одному –  сложно. Но Мы свяжем вас с тридцатью «братьями» и «сестрами», которые не распылялись, а крепили единство. Вероятно,  сообща вы сумеете остановить Ахетон...

 

Виртуальная реальность №1 (Виртуал №1)

 

– Звездных лучей Истинным сыновьям Ахетонской Империи! Сегодняшний  день  пополнит Разрядную Книгу Империи еще на пятьдесят два Имени. Им присваиваются соответствующие параграфы Закона привилегии. Вы будете разделены на четыре Марки во главе самым достойным… Каждой Марке в подчинение выделяется  по 29.660.000 вэльфов для поддержания порядка в наиболее тревожных участках Галактики. Марклорд обязан в течение пяти периодов Ахетона увеличить размеры Марки в десять раз. Да пребудет с вами Мощь Ахетона!...

Еще вчера я томился от скуки на третьесортной планетке. Преследовал распутных жен или ловеласов– мужчин. Распутывал загадочные убийства или странные происшествия. Ограничивал себя в еде, порой растягивая и без того мизерную сумму так называемых денег... Чтобы жить – необходимо питаться. Чтобы есть – надо приобретать продукты, или точнее, деньги на покупки. А финансы на дороге не валяются. Их надо зарабатывать, продавая заинтересованным лицам свое ремесло, здоровье и жизнь. Пищей дня ума не насытишь плоть... И благоприятные условия создаются не для каждого творчески одаренного ребенка...

Но сегодня многое переменилось. Сданы экзамены на право. И вчерашний частный детектив, расчитывавший прежде на смекалку, мускулы и способность подольше ускользать от посланных вслед пуль,  теперь превращается в одного из тысячи двухсот марклордов Ацетона... Не смотря на пышность титула, карман по-прежнему пуст... Или пока пуст? Тебе отведен небольшой участок Вселенной (ну, так... 100 на 150 световых лет). Здесь придется строить замки и города,  следить за выполнением приказов Божественного Императора, собирать налоги, растить собственных детей... И кто знает, вероятно, лет через пятьдесят (или раньше), если представится случай, перешагнешь в разряд Тэнников или в ранг Старост... Выше – клан Галактионов. Ну а затем – члены Императорской Фамилии или приравненные к ним Герцоги. Выше всех Сам Император... Если подсчитать всю цепочку от низшего к высшим, то получается,  что под  властью (пятой) Сиятельного Узурпатора находится по крайней мере...  47.000.073.605 существ... Но эта цифра –  приблизительна. Полагаю,  она втрое больше… М-да уж! В прошлой... жизни, я как-то видел одну демонстрацию, заполнившую площадь... В вечерних новостях сообщили, что собралось около сорока тысяч  народу… Неиссякаемое море голов, шляп, зонтиков... Вооружи этот легион – и он натворил бы немало бед... Страшно... Толпа в сорок тысяч представляется всеразрушающей снежной лавиной... А тут... Уму непостижимо... Голова идет кругом... Но ладно,  оставим это... Ведь вчера был Вилли Хэнсли... Сегодня стал Велиалом Хэндором…

– Ты где пропадал? – бородач недоверчиво коснулся руки Вилли.

– М-да! Канал связи достаточно широк дня него, но невероятно узок для Нас,    Чат закурил новую сигару. – И все же... Кое-какие образы... Такое впечатление, будто я побывал в пара-Вселенной... Если бы Империя так быстро разрасталась, Мы бы давно  ощутили Ее когти!

– Я ничего не понимаю,  – признался Хэнсли.

– Разумеется! Нас всех держат до поры в неведеньи. Кстати, об остальных людях... о тех, так сказать, в ком присутствовала частица Ахетона... На исчезновение нескольких тысяч Мы, вероятно, не испугались бы. Но ведь не каждый  год прямо из твоих ладоней похищают сотню миллионов душ!

Вилли машинально, не замечая, что ест (хотя до этого уже, кажется, опустошил тарелку) поглощал салат. Цифры... души... Неделя лицедейства в разгаре. Город выкрасили в желтый цвет, а он этого не заметил. Что за бредовое поветрие нахлынуло? Да и откуда? Может, все это сон? Ведь случалось прежде такое, когда после  нескольких дней наряженного физического, да и морального труда, когда почти не спишь, ибо приходится бодрствовать по 25 часов в сутки –  любой организм взвоет через тончайшие нервные окончания... И приходится подчиниться.

Улечься на тахту или на любой иной предмет обстановки,  отдаленно напоминающий кровать, чтобы забыться тревожным сном, отрешиться от пережитого, но практически сразу же погрузиться в пелену лирико-космических фантасмагорий. Тут  свои законы и своя логика. И если ты не сторонний наблюдатель, а действующее лицо, события закручиваются с  головокружительной быстротой… И все же в нужный момент вмешивается интуиция, вызволяя твое путешествующее невесть где второе «я» из засад и неприятностей... Может, я сплю?..

– Что с тобой?

Ага, это голос Дайяны. Она сидит передо мной и, кокетливо улыбаясь, попивает шампанское. Нет ни бородатого, ни Рогатого. Да и  был ли... мальчик?

– Ты кого-то ищешь? А я – здесь!

– Да, конечно...

– Ну вот и прекрасно! – воскликнул вынырнувший из  темноты Чат. –  Я был уверен, что мы с вами поладим.

Вилли не возражал. Если его просят и при этом еще  и платят за подыгрывание в сногсшибательном фарсе –пожалуйста! Только... кого искать?

Хэнсли и Дайяна отправились домой. Последние ступеньки дались девушке с трудом. Ее колени подгибались. Она развязанно хохотала и даже пыталась что-то напевать. Когда это она успела так. .. набраться? У самых дверей Вилли успел подхватить |на руки безвольное тело. Так они и добрались  до кровати. И тут... Как она здорово его разыграла! Нежный поцелуй, теплые руки, зовущее тело...

  Ух ты какая! – Вилла ласково хлопнул забияку по  попке.

– Да, да, – девчонка непринужденно рассмеялась, стягивая  платье.

Вилли отвлекся на несколько секунд. Он подскочил к автоответчику, выхватил кассету с пленкой и сунул ее в карман брюк. Дайяна же увидела Вилли, когда он отключал телефон.

– Ты ждешь звонка?

– Наоборот! Хочу, чтобы нас никто не беспокоил.

Среди ночи Хэнсли внезапно проснулся. Вчерашнее действо повторялось по новой… Что за ерунда: сон во сне?! Стоп. Попытаемся наименовать имеющиеся крохи, чтобы разложить потом их в алфавитном порядке...

А стоит ли?

Ах, этот голос страсти! Ей все мало! И три, и четыре оргазма... Когда же, наконец, ты уткнешься в полном изнеможении лицом в подушку? Но нет. Она  встает с ложа полупрозрачным фантомом и из какой-то серой массы пытается вылепить...  меня? Дурочка! Она повторяет свои нелепые движения вновь и вновь, но  у нее ничего не получается. А мне забавно и хочется рассмеяться... ей в лицо. Не много ли «хэнсли» развелось в этой квартире?

Этого еще не хватало! И днем будоражит воображение несусветная чушь, и ночью покоя не дают… А может быть, это последствия последнего, то есть предыдущего, перед Аароном Мумячером, дела? Тогда  мне  пришлось извлечь одного парня из наркобанды... Если дельце провалилось, кто же  заплатил мне тысячу фунтов? Или это – игра воображения?! Может, меня, не решившись уничтожить физически, прикрутили к кровати и ввели в вену капельницу  с... Как  по-иному объяснить?

 

ВИРТУАЛ № 1 (продолжение)

 

В отданном на освоение участке космоса –  три  планетные системы, или, проще говоря, шестнадцать планет. И только пять... пригодны для обитания...

Приходится кинуть жребий, но я как Марклорд  в  дележе не  участвую. Я как-то сразу выбрал планетку из второй системы,  где придется потрудиться,  что бы после воссоздания атмосферы и пригодных для обитания  климатических условий, отстроить столичный град, достойный Лорда Марки. Из двенадцати  баронов только пятеро изначально станут донорами для остальных... и для  меня. Но мне лично необходимо, чтобы жили в благоденствии мои подданные. Даже  первые  отчисления я направлю нуждающимся баронам, ибо мне необходима их  поддержка. В еще не состоявшейся Марке раздоры ни к чему.

Пять оборотов или периодов – немалый срок. Что-то около 31-го  года. Земного, я так понимаю. Причем, пол оборота, или годика три по земному исчислению, предполагается на полное обустройство: жилье, завода, средств защиты и нападения. Но вот попробуй особь с помыслами вчерашнего панка, проститутки, домохозяйки, киллера или даже техника, врача, полковника в отставке  обучить новым основам сосуществования! Их настолько внезапно выдернули из прежнего привычного мирка и неожиданно ставят новые задачи... Правда, и предоставляют возможности для карьерного роста плюс долголетие. У одиночек, как правило, не спрашивают их мнения, хотя их пророчества вещие. Но в данном случае нет нужды слушать нытье шестидесятилетней девы, ставшей вдруг юной и привлекательной!.. и нашедшей наконец любимого! Прежние идеалы канули в Лету, и некого осуждать за ЭТО. Просто так случилось именно с тобой, хоть до вчерашнего вечера ты ни о чем не подозревал.

Сопротивляться нет смысла, раздавит толпа лизоблюдов-фанатиков. И всегда найдутся те, кто интерпретирует прежнюю сказку о Христе, его искуплении да в новых условиях… Стоит ли бунтовать? Кого-то вычеркнут, кто-то поднимется на ступеньку выше... А пока – приходится терпеть. Вместе с  вальфами и  приближенными дворянами  строить временные убежища на обледенелой планетке. Придет время, и мы ее украсим, если согласятся бароны и подданные... А пока... А пока... четыре Марки с Тэнником Годо во главе находятся  в периодичном (пять оборотов) карантине. Только через тридцать земных лет в этот уголок Вселенной пожалует ревизор... Шутка ли – мне будет 72 года…

Коротки дни, ночи – вечны...

Но лучше бы –  наоборот...

Утро... Первые лучи пробиваются сквозь картонные жалюзи, высвечивая золотистую зебру на ковре. Дайяна бледна и холодна... Да что же происходит, на самом деле? Да живой ли она человек или... сродни той студенистой  массе, из которой уже дважды она пыталась «вылепить» моих двойников? Стоп! А не  испытывали Мумячер и Яндер сходные ощущения? Они, конечно, не чистокровки, но все-таки...

М-да, их уже не допросить. А вот еще один вопросик на засыпку. Если полгода назад, до провозглашения «озоты», нас оставалось пятьдесят два, а ныне только тридцать два, то куда подевались еще двадцать? Если Англия  осталась напоследок-то... чистокровки либо договорились с овцами, либо их «взяли». Кого с высокочастотным излучением, кого с помощью пиротехнической клоунады. Пытался ли кто-нибудь из них искать себе подобных? Или… сопротивление бесполезно?

Дайяна поднялась сама, не говоря ни слова, быстро оделась и, не прощаясь, выскользнула из комнаты. С чего бы такая спешка? Могла бы улыбнуться или бросить дежурное: «До вечера?». А так, словно долго дразнила,  изображая из себя монашку-недотрогу. В постели оказалась профессионалкой, но  осталось неудовлетворенная им! И теперь пытается скрыть разочарование  от партнера  скоропалительным бегством. Беги, девочка, беги. Я не стану удерживать. Вероятно, к тому же, ты преследовала некую цель, но что-то не  получилось. Тебя ожидает выговор и аннигиляция. А ко мне подбросят новую подсадную утку, посексапильнее Дайяны, но и она не получит того, чего желает.

Вилли принял холодный душ и надел чистое белье. Потом вспомнил о вынутой кассете, вставил ее в гнездо и включил звук:

  Хэллоу! –  властный голос мужчины донесся из  динамика. –  Звоню вам  второй раз. Меня зовут Джордж Калаген. Если вы не заняты особо срочными делами, предлагаю встретиться завтра на летней площадке кафе «Роза и меч». Два-три  дня работы... Солидное вознаграждение. Готов выслушать ваши условия. Рекомендация Мэри Флер.

– Здравствуйте, Вилли! Вам шлют горячий привет сотрудники  клиники  для душевнобольных! Но я не оттуда. Чат...

– У тебя снова ничего не получилось? Размышляй, философ...

И тишина.

Ха! Цветочная Мэри! Эта дамочка с претензиями на аристократическое происхождение за свои тридцать пять успела шесть раз побывать  замужем. Три первых раза она овдовела, а затем и ее чуть было не «кинули» так же,  как она поступила в четвертом браке. Выйдя замуж, уже через месяц рассорилась с суженным и отсудила при разводе половину состояния благоверного. Очарованная  удачей, пару месяцев отдыхала на Гавайях. Потом долго размышляла,  кем  может стать для нее Вилли Хэнсли: охотником за ее деньгами, нежным любовником или тряпкой-мужем.

Два последних качества вполне бы устроили Мэри. Но выбирать не пришлось. На вечеринке, на которую Мэри пригласила Вилли, произошло  убийство. И именно тогда Хэнсли предстал перед ее изумленным взором как частный детектив.

Полиция прибыла к особняку через полчаса после  звонка. Но к  этому времени преступница была найдена и связана разгневанными подругами. Обычная история… Девица долго морочит голову одному молодому парню. А через год знакомства заявляет во всеуслышанье о помолвке с другим мужчиной. Когда же на требования молодой леди отдать ей назад любовные записочки  молодой джентльмен отвечает отказом, она приглашает его на  постороннюю  вечеринку, заводит в одну из дальних комнат особняка и убивает выстрелом в упор. Все  бы хорошо, если бы за пять минут до появления убийцы и пострадавшего в той же комнатке, как бы случайно, не оказалась еще одна пара. В темноте они  не узнают ее в лицо, но запоминают интонации голоса... Кстати, на той вечеринке были близко знакомы лишь шесть женщин. Остальных представляли друг  другу, чтобы  тут же забыть... После ужина предполагалась если не оргия, то... Свободных  комнат, не говоря о спальнях, в особняке предостаточно.

После этого происшествия Мэри вычеркнула Вилли из кандидатов в мужья-любовники, но озаботилась нахождением состоятельных клиентов.

Два последних сообщения можно стереть. А вот помочь  сэру Канагену стоит.

Так, на часах – семь минут десятого. До кафе –  минут пятнадцать ходьбы. Значит, есть  время для завтрака. Но холодильник... пуст. Кто это, интересно, проглотил мои запасы? Уж не проделки ли это Чата? Так сказать, возмещение за бесплатный ужин? Нахальство! В ресторациях можно перекусить, но питаться следует дома... Ладно, быстренько обсужу проблемы сэра Джорджа и снова заполню «северный сундук» до  краев.

Вилли вышел из подъезда, закурил сигарету и... еле успел отскочить назад.

Какой-то лихач, обгоняя такси, выскочил на тротуар и чуть было не сбил Вилли.

  Хорошенькое начало дня! – Вилли хмыкнул. –  Или продолжение?

До кафе он добрался за полчаса до означенного времени. Ничего, позавтракаем  здесь. Сделав заказ, он закурил купленные по дороге сюда финские «КАРО»...

 Какая-то дама неопределенного возраста подсела за соседний столик. Легкий порыв ветра сбросил с ее плеч пуховую накидку. Вилли наклонился, чтобы поднять...  А в этот миг парочка неведомых рокеров на одном мото промчалась мимо... Причем  сидевший позади водитель выпустил пару очередей по немногочисленным  посетителям летней площадки. Крики ужаса, стоны, звон разбитого стекла. Вилли рывком опрокинул столик и, выхватив пистолет, отправил три пули вслед. Одна  попала в заднее колесо, другая – под правую лопатку стрелявшего. Третья раздробила лучевую кость водителя. Вилли помог шокированной даме подняться и вручил ей ее накидку. Потом вразвалочку направился к упавшим наездникам.

Санитарные машины увозили раненых  и пострадавших. Вилли, как и несколько очевидцев, сообщали полисменам о происшествии.

  Какие-то  проблемы, лейтенант? – возле Вилли и полицейского появился плотный мужчина, почти одногодка Хэнсли, в дорогом костюме. – Я адвокат мистера Хэнсли. Меня  зовут Джордж Калаген.

– Вовсе  нет, – возразил полисмен, возвращая Вилли документы и пистолет.

– Покушение? –  поинтересовался сэр Калаген, когда они немного отошли.

– Похоже  на то, сэр, – Вилли закусил губу. –  Причем второе за нынешнее утро.

– Им показывают фотографию и платят пару сотен. Иногда они находят фото и деньги  в тайниках или у дверей квартиры. Приказы исходят по телефону. Поэтому Скотленд-Ярду не удается обнаружить  мозговой центр террористов.

– Я бы поспорил с вами. Если подойти к этой затее всерьез, то многое может проясниться.

  Присядем  здесь или спустимся к набережной?

– Мне все равно. О чем вы хотели со мной  поговорить?

– Мне необходим телохранитель... Я мог бы обратиться в агентство, но со мной... особый  случай.

– Вам? – переспросил Вилли, вторично оглядывая мужчину, который мог постоять за себя. Неожиданно его осенила догадка. – Простите, сэр, могу ли я задать вам несколько... вопросов?

– Пожалуйста!

– Состоите ли вы в браке?

– Да.

– Не почувствовали ли вы, что в течение двух последних недель кто-то намеревается вас... убрать?

– В том-то все и дело! Я...

– Погодите! Вас не пытались... Вы изменяли своей супруге  в  последние десять дней? Простите за вопрос, но честный ответ повлияет на согласие или несогласие работать на вас.

– Не будьте столь категоричны! Какое отношение может иметь случайная связь пять дней назад с супружеской неверностью? Эта липучка получила свои пятьдесят фунтов, была очень мила в постели, а утром  удрала с  такой  скоростью, словно я принудил ее к садомазохистскому сексу!

– И больше она не появлялась... Но зато именно  с того дня... Кто-то объявил на вас охоту? Да? А что вам... снилось той ночью? Не помните? Вероятно, какой-нибудь бред…  Ну, например, вы лежите на кровати, а у ваших ног лицом к вам стоит липучка. И по левую руку от вас находится ваша обнаженная голограмма, а по правую –  серо-зеленое желе, пытающееся принять форму вашего тела...

– Откуда вы это знаете?! Я никому, даже жене,  не  рассказывал...

– Подобные ощущения я испытывал сам две последние ночи. Утром  моя девочка удрала, словно ее преследовала стая волков. И вот теперь, как последствия –  чуть не сбит автомобилем и чуть не расстрелян!

– Оказывается, у нас есть что-то общее?

– С какого века начинается исчисление вашей родословной? Не  с  первой ли четверти четырнадцатого?

– Так вы... тоже?! – Калаген схватил Вилли за руку.

– Нас осталось мало, Джордж... Простите, сэр Калаген.

– К черту формальности! Хоть я ни разу вас не видел лично, но по описанию Мэри…  Но кто бы мог подумать, что провидению угодно свести...

– Я согласен сотрудничать с вами.

– Но мы не договорились об оплате!

– Извините, Джордж, но может оказаться, что даже  несколько пенсов, заблудившиеся в наших карманах, нам будут ни к чему через месяц. Мы –  чужие на Земле. И пришел Тот, кто собирается забрать нас отсюда... домой.

– Откуда у вас эта информация?

– У меня надежный источник. Правда, еще вчера я  не доверял им.

– А сколько же еще таких, как мы?

Вилли ответил.

– В таком случае нам придется отыскать двадцать шесть человек. Мою супругу, двух сыновей и дочь я представлю вам сегодня. А вот завтра... Завтра состоится заседание членов правления нашего банка. Президент, секретарь и двенадцать директоров собираются заслушать доклад мистера Дэмпа... Дэмп, один из директоров, неделю назад настоял на нововведении. На заседаниях при директорах обязан присутствовать телохранитель. Впрочем, Вилли, о делах мы поговорим вечером, после обеда. А сейчас мне хотелось бы отвезти  вас к себе  и представить супруге.

Прекрасный двухэтажный особняк середины  восемнадцатого  века, окруженный ухоженным садом, и  был местом обитания десяти предыдущих Джорджу Калагенов. По центральной аллее  навстречу «Мерседесу» Джорджа  двигался какой-то крепыш лет  пятидесяти.

– Кто это? – поинтересовался Хэнсли.

– Ричард Кафф, наш садовник. Его предки служат нашей семье с...  1825 года.

– Значит, одним меньше!

– Как?! А, постойте, постойте! Он женат на нашей кухарке Барбаре, и у них две взрослые  незамужние дочери.

– Двадцать два... Кстати, вы не сообщили мне, что ваш старший сын Карл женат на Глории Хастингс и у них четырехлетний сынишка Джошуа. Ваша дочь, против вашей воли, пыталась выйти замуж за молодого художника из Испании. А зря... Я имею в виду ваш запрет... Но понимаю: вы тогда ни о чем не догадывались... Итак, Габриэль Алькадо... по-прежнему в Лондоне... И я его найду. Добавим сюда почтенную чету Хастингсов и их сына Роберта... Вот    еще шестеро! Гм… Не знаю: огорчаться мне или радоваться? Еще два часа назад я даже не подозревал, где мне нужно начинать свои поиски. Но стоило появиться вам –  и, шутка ли, пятнадцать человек найдено.

– Шестнадцать… Моя  сестра, Джулия Фитцжеральд, после того как овдовела, два года проживает с нами.

– А ее дети...

– У них не было детей... Неудачный брак... Джулия никак не могла... Несовместимость? Так вы полагаете, что синьор Алькадо... Право, Вилли, хоть я вас совсем не знаю,  но, находясь рядом с вами,  создается впечатление,  будто мы знакомы лет двадцать!

– Это –  взаимно, Джордж! Моя интуиция обострилась... К тому же... я могу теперь находить «наших», как бы пропуская через зрительное сито тысячи людей. Наш небольшой союз придется не по нраву Сборщику... Он пойдет на любые ухищрения, чтобы... расколоть… М-да, даже не знаю...

– Как же нам противостоять им?

– Не знаю. Пока не знаю. Будет день – будет и пицца. Кстати, у меня на счету в... ском  банке три  тысячи фунтов. Сумма небольшая, но, я полагаю, нам придется пополнить вашу кладовую... на случай осады.

– Понадобится и оружие?

  Вероятно.

 

Виртуал №1 (продолжение)

 

Дневник Марклорда Велиала Хэндора

 

Третья декада второго оборота (один оборот –  5 лет, два месяца и 12 дней; декада соответствует со знаком плюс земному году). Мы предприняли контрольную вылазку в  ближайшее скопление А-2. Три планеты пригодны для существования людей и относятся  к первой категории. Пять остальных послужат недрами и вероятным щитом. Бароном осваеваемых территорий стал Робер Хастин. Расстояние между колонией и Центром – 82 часа...

 

Четвертая декада второго оборота.

Предпринят рейд в звездное скопление А-4: пять необходимых планет, двенадцать второстепенных. Столкнулись с разумной расой хитинозащитных. Последние от контакта отказались и оказали сопротивление. Мощь Марки сокрушила противника. Бароном А-4 стал Аль Кадо. Расстояние между Ланданом (центром) и Эспой (А-4) – 115 часов...

 

Пятая декада второго оборота.

Бароны Веран, Алаген и Гло расселены в А-8, А-9 и Б-1. В А-8: четыре планеты первой группы и десять второй. В А-9: шесть первых и четырнадцать вторых. В Б-1: восемь на восемь. Расстояние Ландан –  Пари – 112 часов, Ландан –  Калаг – 86 часов, Ландан –  Стэр – 93 часа...

Проникновение продолжается.

 

Первая декада третьего оборота.

Силами одного Тэна и Четырех Марок отброшены от Стэра три космофлота пришельцев. Советник Тэнника предполагает в данном регионе наличие кристаллических образований. Однако на захваченной пирамидке (что-то вроде инопланетного корабля) обнаружены студенистые сгустки... Несколько экспертов, присутствовавших при вскрытии летательного аппарата чужеземцев, в течение первой декады ушли к звездам. Сгустки излучают смертельную для ахетонян энергию... да и наши тела служат им отличным кормом... Наша Марка легко рассеяла первый рой пирамидок. Но чтобы отстоять Стар, потребовалась вся мощь Тэна. Почему-то меня гложет предчувствие, что это далеко не последнее нападение. Любой гуманоидной расе, вставшей на тропу освоения звездных пространств, рано или поздно встречаются те, кто стремится остановить вторжение в зону личных интересов. Империи сталкиваются вначале на крошечном пятачке. Небольшая стычка  перерастает в серию глобальных столкновений и войн, в зависимости от линии обороны и контратак. Появляется Союзы, совершенствуется средства массового уничтожения,  гибнут десятки тысяч гуманоидов с обеих сторон.

Силы Ахетона разрозненны. На планетах любого баронства из поздних Марок можно расселить, по крайней мере, по два миллиарда жителей. Но что два миллиона на три-четыре планеты? Предполагалось, что мы к финалу третьего  оборота подыщем себе рабов, которые станут нашими слугами и солдатами, как это произошло в соседних Тэнах Дори, Акви и Моро. Наш край богат «живностью»... Да  только совсем не той, что необходима. Неужели следовало привлечь на свою сторону хитинозащитных, какую-то поганую плесень с одной из планет А-9 (ее пришлось выжигать бластерами, кислотой, щелочами и даже...  водой (льдом)), ибо она  постоянно мутировала. Или вот этих, студней?! Пожалуй, у нас маловато опыта в общении с инородцами. Два оборота на исходе. В сложившейся обстановке принято  негласное решение о снятии карантина раньше. Хорошо бы. Тогда Тэнник, Марклорды,  Бароны и Приоры смогут нанимать (или принимать у себя) переизбыток гуманоидной массы из других районов империи. Надо объяснить. Ведь, по существу... приор (один из четырех вассалов барона) владеет планетой и является должностным лицом над округом в 350 тыс.жителей. Однако максимальную армию (без остающихся сил самообороны) он может выставить в количестве 20-ти тысяч. К Барону явятся четыре Приора и восемьдесят тысяч солдат (восемь десантных эсминцев). Приплюсуем сюда сто тыс. вояк из шестисоттысячного округа Барона. К Марклорду придут двенадцать Баронов, и он присоединит 0,8 – 1,2 млн. из личного округа с населением чуть более пяти с половиной миллионов граждан. Итого, одна пограничная Марка способна на сегодняшний день предоставить в распоряжение Тэна,  3, 36 млн. солдат. Потому как в других Марках, Тэнах, Староводствах личное пользование подразумевает гвардии того или иного военачальника. Чего стоит Император, если его личная гвардия составляет 500 млн. солдат! Это воинство разделено на собственные Марки и баронства. Уже давно назревают изменения в Разрядной Книге. Обидно будет в один прекрасный день из 1107 Марклорда превратиться (в лучшем случае) в двухтысячного...

Хотя мы удалены от имперской столицы и ограждены карантином, отголоски дворцовых интриг долетают и до нас. Как непросто составить определенное мнение о враждующих при дворе группировках. Каждая преследует единственную (как и везде) цель – власть. Вот, скажем, у отца нынешнего Императора было трое сыновей. У нынешнего –  семеро… Но Герцогских должностей только пять. Так было установлено основателем II (второй) Династии двенадцать веков назад или прадедом нынешнего государя... Доходит до того, что некоторых высших офицеров Империи насильно отправляют в отставку. И только для того, чтобы на освобожденную синекуру назначить сыновей: Императора, Его дядей, их братьев и старших сыновей. Хорошенькое дельце! Если взялись за Галактионов (ведь раньше эта должность считалась наследственной!), то вскорости может дойти до низложения Старост или понижения их в ранге. Лучше, по-моему, увеличить число Галактионов... и всех прочих, соответственно. Правда, никто моим мнением не интересуется... А с другой стороны, притесняя аристократию, а это ни много ни мало 73.600 родов (кланов), поневоле создаешь предпосылки для Гражданской войны. Натрави на Цвет Генофонда Ахетона вэльфов и приравненных к ним – и аристократов разорвут на части... Только где гарантия, что народу не приглянется некое освободительное движение, и тогда полетят и головы дядей, братьев, а то и самого Властителя... Вероятно,  через какое-то время возникнет республика... с новыми званиями и должностями... Вряд ли кто-то из враждующих группировок пойдет на это. Ведь с другой стороны Вселенной Ахетон «граничит» (так утверждают) с двумя не менее могущественными планетными системами –Тэмом и Остой.

Давненько мне не удавалось вот так спокойно посидеть, записывая размышления. А тут словно летописец...

 

Вторая декада третьего оборота.

Началось... Две планеты из системы Стэр были полностью захвачены студнями, прежде чем подоспела помощь Марки. Атмосфера уничтожена и поставлена неведомая нам преграда. Однако мои эксперты уверены, что подобный защитный экран можно разрушить с помощью антилучей.

 

Начало второй четверти второй декады.

С десяток мелких стычек без потерь с обеих сторон. Противник сторонится крупных сражений, признавая наш опыт и умение добиваться многого малыми силами. Захваченные студнями планеты полностью блокированы сетью патрулей и самонаводящимися спутниками– станциями.

Середина третьей четверти: кольцо сжимается,  экраны разрушены. Два роя пирамидок (не менее трех сотен единиц) превращены в антивещество. Гигантское «облако» отбуксировано к предполагаемой базе пришельцев в Б-2... Жаль... Восемь звезд и около пятидесяти планет исчезают во вспышке сверхновой... На месте Б-2 образовалась... черная дыра... Правда, эксперты утверждают, что мы... прорубили «окно» в еще одну Вселенную...

 

Первая декада четвертого оборота.

Исследования эксперов подтверждает выдвинутую в конце третьей декады третьего оборота гипотезу о полном уничтожении империи студней. Жалкие остатки пытались возродиться в Б-4, но были обнаружены и уничтожены.

Барон Кафф и его подданные отправлены охранять черную дыру от вероятных проникновений извне...

 

Вторая декада четвертого оборота.

Карантин снят. Скопления Б-1 и Б-3 переданы новому Тэну. Из перенаселенных миров к нам почти ежедневно прибывает желающие принять подданство Марки. Только за одну четверть декады мы приняли около шести миллионов вэльфов.

 

Третья декада четвертого оборота.

Предприняты походы в скопления Б-5, Б-7, Б-8, Ц-1 и Ц-3. Еще пять Баронов получили вотчины. Еще немного и мы выполним половину из намеченного по плану...

Когда твоя Марка расположена в 5000 часах лету от Центра Империи, появляется недоверие: а существует ли на самом деле этот мифический Центр? Тэнник связан со Старостой. Тот, в свою очередь, – с Галактионом. Волновая связь осуществляется гораздо быстрее, чем перелет, но события, происходящие в Центре, если Тэнник посчитает нужным проинформировать Марклордов, дойдут до меня через сто часов после того... Сообщение гласило: «Четвертый в роду встретил звездный рассвет. Его сын заменит нам вопрос и ответ...».

Дождались... К моей радости, я так и остался 1107-ым... Зато после  имени 1204-го Марклорда дописаны 1800 новых родов. А также – 21600  Баронов и 86400 Приоров... Если взглянуть вверх, то и там кое-что по-другому: 450 Тэнов, 112 Староводств, 37 Галакторий и 7 Герцогств... По-моему, все удовлетворены. И это случилось  благодаря разумному подходу к сложившейся обстановке, а не с помощью союзных договоров и кровопролития.

Правда, конец третьей декады омрачен трауром. 302-й Тэп прекратил свое существование. 345 имен занесены в Книгу Скорби... 30 млн. вэльфов... Переход в пара-Вселенную замурован, но способ отворить вход  обратно нам известен. Кто-нибудь, в лучшие времена, возможно, им воспользуется.

Доходят до нас и пикантные новости. Так, жил себе был один Марклорд, подвизавшийся не на ратном поприще, а на постельном «фронте». Чтобы пробиться в высшие сферы, требуется длительный срок и не одно поколение. Но этот женился вначале на дочери 540-го Марклорда,  сам будучи 960-м. Через пару-тройку оборотов он разводится с женой и добивается дочери 107-го. Потом последовал скачок в 270-ые Тэнники... Кстати, после брака он отрекался от прежнего имени, вступая в новый клан с правами  «местного монастыря». Быть причисленным к роду Тэнника почетно, но и это не остановило нашего героя. Когда он достиг 60-того ранга Старост, то получил от Герцога предупреждение  об опасностях,  которые подстерегают кандидата в Галактионы. Если бы каждая новая женитьба была бы связана с внезапным вдовством, то приближенный к Императору не обратил бы внимания на выскочку. Да и кто он теперь, собственно, 215-тый Марклорд или 230-тый Тэнник? Тебя принимали радушно в каждой семье, но 12 отвергнутых жен и около тридцати детей! Допустим, теперь ты слился с семейством Старосты. Остановись!!! Ибо МНЕ придется... остановить тебя...

Охотник за титулами пообещал Герцогу последовать дружескому совету. Однако  утихомирился он только на пару оборотов. Ведь впереди его ожидали еще три замечательных брака. И когда из 24-го Галактиона он вознамерился перебраться в семью Герцога... Распорядитель последнего арестовал преступника. Ему изменили имя и память. В новом состоянии красавчик вэльф дал обет безбрачия и молчания на оставшиеся годы...

Зачем эти столичные сплетни в моем дневнике? Вчера записал, а сегодня – не понимаю... зачем.

 

Особняк сэра Калагена внешне немного напоминал средневековый замок. Чудаковатый предок замыслил одну из своих резиденций как нечто неприступное с виду и комфортное внутри. Сеть потайных ходов опутывало все строение, начиная с чердака вплоть до второго подземного этажа. Сэр Джордж, уделив часа полтора рассказу о прежних владельцах и показу таинственных переходов,  предположил, что Вилли не сумел запомнить абсолютно все. И поэтому вручил детективу точный план каждого этажа.

– Подумать только!    Вилли вздохнул, возвращая чертежи. – Хитрость одного спасет многих.

К вечеру в особняке Калагенов собрались все те, о ком шла речь накануне. И, как ни странно, никто не изумился, когда после обеда Хэнсли выложил им фантастическую гипотезу о внеземном происхождении каждого. Создавалось впечатление,  будто присутствующие давно и сами догадались обо всем.

– Детей жалко, – всхлипнула Джулия Фитцджеральд. – Мы-то свое пожили. А как же Карл и Глория, Роберт и Элизабет? Я умолчу о Джоше... Ведь для наших друзей и знакомых... мы скоропостижно скончаемся... в расцвете лет... Да, да, я все понимаю. Физические тела мы снова обретем там... Но как скоро это случится,  Вилли?

– На многих из нас уже устраивались неоднократные покушения... Я тоже не понимаю, почему Сборщику так необходима насильственная наша гибель. Если это один из способов... замести следы, то логика у ахетонян явно отличается от нашей. Или в щекотливых ситуациях они привыкли действовать именно так? Я надеюсь, что наш небольшой союз заставит пересмотреть планы Пришельца. Дадим мы ему отпор, или он поменяет тактику – покажут ближайшие несколько дней...

  Вы – фаталист? –  поинтересовалась леди Калаген.

– Отнюдь! Как раз я собираюсь как можно дороже продать свою жизнь!

 

В зале правления банка пахло скандалом. Некогда единые во мнениях двенадцать директоров и вице-президент сегодня раздробились на четыре группировки,  совещаясь в противоположных углах вполголоса. Кто-то из крайне правых бросал взгляды полные презрения на явных либералов.

Вошел президент, и разговоры тут же стихли.

– Попрошу занимать места! – объявил он.

Директора расселись не по фракциям.

– Что-то много у нас сегодня секретарей, – мрачно изрек президент, намекая на четырнадцать телохранителей. – Не проще ли нам было бы выпроводить их отсюда, оставив лишь двух представителей адвокатской конторы «Стоун и Бэргер»?

 – А еще лучше – огородить каждого из членов правления ширмой из пуленепробиваемого стекла! –  съязвил Абрахам Фиш, поглаживая патриаршую рыжую с  сединой бородищу. – Полагаю, наш досточтимый президент предпринял все меры... для своей безопасности? Нет? А я вот жилетик нацепил! – похвастался он.

– А как же ваша пророческая голова? – хмыкнул Джозэф Ноэль, худосочный и бледный делец, ответственный за нефтяные вклады.

– Боже мой! –  воскликнул президент. – Стоило вам, мистер Фиш, войти в состав правления, как наши еженедельные заседания стали напоминать мне съезды  донов мафии!

– Зачем так мрачно, господин президент? – Фиш протер платком слезящиеся глазки. Потом он кинул пронизывающий взгляд на сэра Калагена. – Стоит нам избавиться от преступника, и сразу же, поверь те мне,  отпадет надобность в секьюрити. Я требую слова! – взвизгнул он, прерывая возглас негодования со стороны Калагена и еще троих директоров.

Двое мужчин, сидевших рядом, и один напротив,  соглашаясь,  приподняли правую ладонь. Еле заметный кивок в ответ, что не укрылось от Хэнсли. Хэнсли уже определил в этой стае «своих» и «чужих». Стоит сэру Джорджу подать условный сигнал – и несколько выстрелов решат судьбу так называемых «крайне правых».

– Мы готовы заслушать ваше сообщение, – президент кивнул.

Речь мистера Фиша изобиловала цифрами и сплетнями. Дерзкие обвинения во всех немыслимых грехах сыпались в адрес сэра Калагена словно из рога изобилия. «Виновен, виновен, виновен!» Фиш уже не говорил, а кричал. Внезапно он успокоился и, выпив залпом стакан пепси, посмотрел поочередно на других членов правления.

– Доколе, –  не повышая голоса, произнес он, – мы будем терпеть сэра Калагена в своих рядах?

– Довольно фантазий! – заявил сторонник Джорджа. –  Подайте нам факты!

– Факты?! Вам все мало? Хорошо... Значит, вам недостаточно того, что Калаген, вы, досточтимый Донахью, требующий фактов, Ноэль и Галлахен обвинены мною в коррупции, взяточничестве, неуплате налогов, махинациях на бирже. Ладно, я  готов предоставить необходимые улики. А пока...    он налил себе еще песни и, подняв  стакан, усмехнулся, словно собираясь на юбилейном банкете произнести заздравный тост.

Так оно и оказалось.

– В одной семье много лет назад родился ребенок. Нормальный, здоровый… Единственно чем он отличался от остальных, на месте пупка у него находилась головка шурупа. Жил себе этот ребенок, взрослел. А когда хоронил отца, получил от него такое наставление: «Никогда не выкручивай шуруп. Это плохо для тебя закончится». Сынок пообещал, но ведь – любопытно! Отыскал подходящую отвертку, выкрутил шурупчик и – ах... задница отвалилась! Так выпьем же за то, чтобы никто из нас не искал на свою задницу приключений!

– На свою –  ты уже нашел! –  воскликнул сэр Калаген.

Всего несколько секунд. Фиш подносит стакан к губам и стакан... и голова... и кровь... Четыре выстрела. Три охранника и один директор заваливаются на пол словно  тряпичные куклы. Хэнсли подскакивает к столу. Шею сидящего к нему спиной сторонника Фиша стягивает удавка, а грозное дуло «магнума» направлено на мужчину лет пятидесяти с открытым ртом и дрожащим подбородком.

– Что здесь  происходит? – взрывается президент, нажимая кнопку на столе.

В зал заседаний врывается охрана банка.

– Только что, на ваших глазах,  уважаемые господа члены правления, – сэр Джордж поднимается со своего места, – мы несколько негуманным способом, обезвредили заговор против нашего банка. Мой телохранитель лишь на пару мгновений опередил наемников  Фиша и его сторонников,  которым было дано указание: после глупого тоста  мистера Фиша пристрелить меня, Донахью, Ноэля и Галлахена. Наши секьюрити – не в счет, но обойтись с ними так, как получится, –  Калаген нагнулся и вытащил из  внутреннего кармана пиджака Фиша сложенный вчетверо листок бумаги. – Вилли,  отпустите мистера Блюма. А вы, Майки, утихомирьте своего охранника. После нашей внезапной гибели…  – Джордж развернул листок и бегло просмотрел его. – Так я  и думал! Так вот, после нашей кончины, мистер Фиш сотоварищи намеревались заставить вас, господин президент, подписать эту бумагу.

– А что там?

– Заявление  о вашей отставке. Затем – слияние с «Дойчен-2» или «Исраил Интернейшинал»... Что-то не так? – Калаген ухмыльнулся, глядя на посеревших Блюма и Майкла Стока, еще полчаса назад возлагавших такие надежды на «переворот», а теперь сидящих и дрожащих под прицелом десяти пистолетов...

– Первый тайм мы выиграли, – произнес Калаген, спускаясь в вестибюль по широкой мраморной лестнице с бронзовыми греческими богами.

– Но последнее  слово еще не сказано, – вставил Хэнсли.

  Кем? А, вы о Нем... Них...

Они благополучно добрались до резиденции Калагенов. Здесь их поджидал еще один сюрприз. Автоматические ворота главной аллеи были выломаны, словно здесь проехал  тяжелый танк. Возле самого особняка было непривычно тихо. Вилли приметил несколько разбитых окон и закрытые ставни первого этажа.

– Похоже, налетчики по-прежнему рядом, –  тихо проговорил Хэнсли.

Не успели  они выбраться из авто со стороны здания,  как застрекотали, как минимум, из  трех мест сада автоматные очереди. Вилли растянулся на земле. Джордж на секунду раньше.

– Вы не ранены?

– Нет.

– Оставайтесь здесь! –  приказал Вилли.

Двигаясь ползком, он легко преодолел розовые кусты. Возле ближайшего дерева он приметил мужчину с автоматом, подающего какие-то знаки находившимся слева и справа от него. Мышцы напряглись. Рывок – и мужчина сразу же сдался.

  Как же так?! –  Вилли на секунду опешил.

Опешил, но не расслабился. Он по-прежнему держал противника мертвой хваткой. Только вот… противник оказался тоже внеземлянином.

– Сколько вас?

– Пятеро, – мужчина был озадачен не менее Хэнсли. – Отпустите меня. Совсем ни к чему убивать своих во имя призрачных баронетств!

– Вам обещали титул Марклорда? –  Вилли помог незнакомцу подняться.

– Не мне...  Благодарю. Эдвину Хокинсу... Но я... не понимаю...

– Вилли Хэнсли!

  Томас Морти,    последовал ответ.

Опушены дула автоматов. Два десятка человек стоят друг напротив друга и пытаются осознать: кому все это выгодно...

Проза жизни состоит в том, чтобы постоянно разрушать твои самые смелые планы и потаенные желания. Вот, скажем, ты напридумал себе (бог или черт) знает чего, а на деле –  нет ни блеска тысяч огней, ни просторно-громадного зала с множеством колонн из цельных бриллиантов или изумрудов. Нет зала без крыши, чтобы подчеркнуть величие Нации и близость космоса. Да и зачем она, если на этом холме никогда не выпадают осадки. А невидимый глазу купол всегда защитит пару тысяч, собравшихся на церемонии от незваных вторженцев. Впрочем,  внезапным нападение не будет. Можно проскочить незамеченным сотни парсек. Но на выходе из гипер–  или под– (над-) пространства тебя тут же запеленгуют. Тут не прикинешься астероидом или неведомым космическим телом (хотя, к слову, а с чего бы... появляться этому неизвестному Нечто?). После обнаружения и тройного тестирования (на психоэнергетический, парахимический фактор и биогенную ценность индивида), причем ты даже не подозреваешь о проводимых на тебе опытах, тебе предлагают: или – или… Или – «Добро пожаловать!»,  или –  «Не угодно ли удалиться?».

Но ежели ты такой предусмотрительный, что умудрился проскочить через все входные ловушки, то перед посадкой все едино придется поломать голову еще, как минимум, над парой задачек...

Что же это? Виртуальная реальность продолжается? Или на этот раз это не насмешка над ожидавшим невесть что героем, а предсказания Дельфийского оракула? Вот оно –  впереди! Следуй по намеченному (Нами) маршруту и ни в коем случае не теряй ориентиров. Ошибка наказуема. Даже для тебя, хоть ты –  Наш. Впрочем, можно и начистоту. В тебе есть кое-какие задатки. И потому –  ты один из пяти кандидатов в Марклорды...

 

Виртуал № 2.

 

Нет, не для славы и подвигов доставили нас на Ахетон... Жизнь –  прозаичнее. Мы – ДОНОРЫ! Как это глупо... Мы согласились проделать путешествие  в один конец, чтобы стать… наполнителями дряхлеющих телес... Сначала у меня отберут легкое, почку или что-то иное. Высосут кровь, заменив ее физраствором… Подключат аппарат «искусственное сердце» или бросят,  предварительно расчленив, в морозилку, чтобы питать отжимками – сывороткой – плоть двухтысячелетних старперов...

Как нелепо вышло... Но что толку рвать на себе волосы, когда ты со всеми потрохами в западне? Бред! Я так просто не сдамся! Или – уже поздно?

Семейство Калагена в подавленном состояний. Глория вся в слезах  и нежно прижимает к себе Джоша… Не одинаковые ли сны «крутят» нам? Приключенческая порнуха! Мелодраматический боевик! Мазохистская фантастика!..

 

Виртуал № 3

 

Не слишком ли быстро кто-то раскрутил «колесо обозрения»? Или, устав от героических псевдоподвигов и припугнув расчленением, кто-то открывает  нам истинную суть нашего возвращения?

Словно стадо нас выпустили на гигантский стадион. Четырехлапая публика ревет от восторга, посылая здравицы ненавистным тиранам. Еще вчера на всех углах и перекрестках аборигены открыто роптали, понося имена правителей. Зато сегодня никто не скажет худого слова Триумвирам, узурпировавшим власть. Ни сегодня, ни в последующие тридцать дён. Ведь на древних ристалищах, ако жертвенные зверюги, будет предана мечу сотня миллионов каких-то выродков из варварского мирка. Их кровь тщательно соберут в подземных резервуарах,  и  лишь  затем перекачают в Чашу Смерти. Чтобы возродить чью-то Жизнь, не обходима чья-то Смерть. А пятидесяти двум ублюдкам, которым, по странному стечению обстоятельств, удалось сохраниться внешне и внутренне подобными ахетонянам, сегодня предоставляется право первыми выйти на арену цирка. Двоим уцелевшим после  поединков, где каждый сам за себя, даруется жизнь... на семь ден. Потом они снова встретятся на этом поле, чтобы возглавить две привычные зрителям группы красных и желтых... гладиаторов...

– Все! Хватит! Надоело! – почти выкрикнул Вилли. –  Пришла пора нам самим поставить точку.

  Да,    согласился Хастингс-старший,    мы устали от этой белиберды.

– Но что вы предлагаете? – изумился Джордж.

 – Я знаю, где этот клоповник находится. И сегодня вечером мне понадобится помощь двоих человек. Лучше бы, если бы вы, Карл, и вы, Роберт, отправились со мной.

– Мы готовы! – в один голос согласились названные.

– Тогда – поменьше слов, побольше дела.

Бестолковые сны, пустые видения, несбыточные мечты! Хэнсли был слишком практичным человеком, чтобы купаться в нахлынувшем потоке фантазий и не ожидать подвоха. Каждая свежая проекция не вызывала отчуждения или ненависти. Вилли принимал возникновение воздушных замков или события прошлого как нечто само собой разумеющееся. Вероятно, это подсказка второго «я», подсознания,  наследственности. Он запоминал сновидения в той последовательности, в которой они прибывали к нему. Ведь столько раз, перечитав материалы слишком сомнительных самоубийств, он проводил свое расследование. Глубокая медитация или, по существу, возвращение в прошлое. Как невидимка он присутствует при  совершении насилия, выясняя побуждения преступника. Да и потом, когда негодяй(кА) заметает следы, Вилли продолжает наблюдать за объектом: куда направился, с  кем имел беседу и какое алиби попытается предъявить. А потом с группой захвата выезжал на место проживания охотника за наследством, шантажиста или маньяка. И, словно свидетель происшествия, выкладывал злодею его похождения поминутно. Хэнсли не раз и не два предлагали работу в  Скотленд-Ярде, но он предпочитал разовые гонорары статично выплачиваемой недельной зарплате. По природе скрытный, он буквально наощупь подходил к разрешению любого начатого дела. И всячески скрывая от всех свой дар ясновидения.

Даже вмешательство ахетонян не вывело, как предполагалось, психику Вилли из равновесия. Зато другие... оказались более восприимчивы к щедрым  посулам или открытым угрозам. И потому сегодня меня ожидает встреча с неизвестным. Последствия – непредсказуемы, но жребий брошен, и Рубикон за спиной.

Опустившаяся на землю непроницаемая темнота окутала невидимым покрывалом многие мили. Вилли передвигался бесшумно, словно тень, следующая по пятам человека. Поворот направо и... пришлось резко остановиться. Перед ним располагался бар, и хозяин не торопился заносить внутрь душного кафе несколько столиков. Три парочки оживленно беседовали,  собираясь провести  на свежем воздухе, по крайней мере, еще часок. Обходить не хотелось. Да и заняло бы это лишние полчаса, а тогда... Он, точнее, Карл и Роберт, вызвали аварию на подстанции, обесточив весь район. Но здесь... Ага, вот оно в чем дело. Вилли услышал урчание маломощного дизеля. Оттого-то и лампочки горели вполнакала, то почти затухая, то вспыхивая, словно прожектора. Левая ладонь взметнулась было вперед, но Вилли сам и опустил руку. Устроить небольшой фейерверк из взрывающихся лампочек –прекрасно, но это перепугает посетителей. Поэтому он остановил... дизель и за пять секунд преодолел освещаемое ранее пространство. Еще сотня метров – и позади снова вспыхнули огоньки.

А вот и оно, базовое предприятие «Спейс косметик». Ворота заперты, и все тихо. Высокая стена с проводами. Только сейчас они обесточенны... Может, и здесь имеется автономное питание?

Неожиданно ярчайшая вспышка озарила округу. Прямо со двора один за другим взмыли вверх несколько оранжевых шаров. Что за иллюминация?

Снова все тихо и темно. Но глаза Вилли приметили какое-то свечение возле ворот. Так и есть:  автономный генератор. И еще включены добавочные средства охраны –  инфракрасные лучи и лазер. Придется немного повози-ться... Ага, а вот еще и тройка телеглазков. Но ничего, легкое марево на вас и... Подскочив,  он легко перемахнул через забор. То нагибаясь, то перепрыгивая через мягко скользящие лучи, Хэнсли почти добрался до строения, когда перед ним возникла мелкосеточная структура из переплетенных лучей. Тут ни взлететь, ни провалиться под землю... И в этот самый миг неведомая сила подбросила его на высоту третьего этажа... «Вот тебе и крылья, философ!» – промелькнула в голове шальная мысль с ужасно знакомой интонацией.

Вилли... выдавил стекло и очутился в лаборатории, дверь которой примыкала к лестнице. Крошечная отмычка – и он в коридоре. Десять шагов – и он на лестничном марше. Теперь вверх и только вверх...

Зачем он сюда пришел? Что ищет? Что ему, собственно, надо?

Идиотизм...

Нет-нет, тут что-то не так! С чего это вдруг появилась расслабленность? Специфические ароматы лаборатории? Сейчас не помешала бы чашечка крепкого кофе и сигарета. Но курить нельзя. И о кофе тоже придется забыть.

Он остановился. На лестничном пролете, между пятым и шестым этажами, он приметил белый пластиковый стаканчик и лежавшую рядом… подкуренную сигарету… Итак, его засекли? Вилли прошел мимо соблазна и не удивился, когда между шестым и седьмым этажами обнаружил стаканчик с парящим кофе, нераспечатанную пачку «КАРО» и спичечный коробок.

Дверь на восьмой этаж оказалась запертой. Вилли сломал две отмычки, но это не принесло результата. Что-то булькало и переливалось где-то внизу. Его ладонь легла на ручку двери. Детектив представил себе устройство замка и  мысленно провернул ключ. Дверь распахнулась... над пропастью. Чья-то рука легла на его плечо и попыталась подтолкнуть вперед. Но не тут-то было! Хэнсли вывернулся и, ухватив невидимую руку… перекинул через себя пустоту...

Он начал спускаться вниз, но на уровне седьмого этажа (кофе и сигареты  бесследно исчезли) почувствовал, что назад дороги нет. Лестничный проем был заполнен водой. И вода продолжала прибывать. Он возвратился к двери в никуда. Нет, это не галлюцинации! Он уже стоит по колено в воде, которая... почему-то не перетекает... в пропасть. Он шагнул вперед... Обыкновенный коридор с фиолетовой подсветкой. Множество дверей слева и справа. Тишина. Неожиданно одна дверь отворилась, но Вилли прошел мимо и не заглянул внутрь...

– Замечательно! – услышал он тотчас мужской голос.

Не торопясь, Хэнсли обернулся и обнаружил тощего субъекта в белом халате. Длинные густые волосы прикрывали вытянутое немного бледное лицо незнакомца со стороны ушей.

– Что-то не так? –  переспросил детектив.

– Почему вы не зашли? – вопросом на вопрос ответил патлатый.

  Мне показалось –  сквозняк...

– Я за вами давненько наблюдаю, – признался мужчина. –  Ну что же вы? –  он словно спохватился. –  Я приглашаю вас зайти!

 – В следующий раз, – Вилли отмахнулся, но не прошел и пары шагов.

Перед ним выросла стена. Не иллюзорная – настоящая.

 – Вы далеко? – похоже, незнакомец открыто насмехался над ним.

 – Ладно, – Вилли возвратился.

Патлатый кивнул. Но стоило ему повернуться,  как  детектив набросился на него... Кто-то расхохотался, а Вилли от удивления мотнул головой вправо-влево. Его пальцы прошли сквозь пустоту и почти впились в пластиковое покрытие двери.

– Ай-ай-ай! – тот же самый длинноволосый уже сидел перед пультом. – Какой вы...

– Хватит шуточек! –  рявкнул Хэнсли,  доставая пистолет.

  А вот это, пожалуй,  ни к чему! – лицо незнакомца мгновенье пребывало в растерянности. Потом его рука потянулась было… но тут же отдернулась обратно.

  Вы почти... правдиво испугались!

– Наоборот, –  признался длинноволосый. – Я вас недооценил. Меня зовут доктор Годо.

  Вилли...

– Я прекрасно знаю, кто вы и как вас зовут.

  Что вы собираетесь предпринять?

  А что ожидаете вы? А, проникновение на чужую территорию... Оставим эти глупости для землян.

– Согласен. И приплюсуем ночные сеансы психотерапии!

– А что вам не приглянулось конкретно? Амфитеатр с гладиаторами, донорство или почет и слава Марклорда?

  Я не верю в сказки!

  Пора бы вам уже научиться отличать реальность от миражей. То, что было показано вам, существует на самом деле. Сто пятьдесят-двести оборотов жизни, а? Правда, один оборот –  чуть более трех земных лет. Если вы представляете для Империи ценность, скажем, как я, вас еще не раз омолодят оборотов на семьдесят. Даже при вашей нынешней жизни к концу воплощения вы можете стать Тэнником или Старостой. Донорство –  замедленная смерть и, как правило, за тяжкие преступления. Погибнуть с мечем или Мастером на арене – раз в десять почетнее, чем донорство. Таким образом провинившиеся аристократы смывают позор со своих жен, детей и прочих родичей. Или, по-вашему, вечное изгнание лучше для тех, у кого отобраны звания и замки? Они даже вэльфами не могут стать! Уберите оружие,  поговорим как разумные существа. Я вижу ваше нетерпение. Хорошо. Вот телефон, звоните своему клану. Я обещаю: больше никаких мистификаций и покушений не случится. Наслаждайтесь жизнью... четырнадцать дней. А вот в  воскресенье, десятого, приезжайте сами прямо сюда. Каждый может захватить с  собой по сто киллограммов личных вещей...

  А если я не желаю покидать Землю?

  Прекратите, Хэнсли, демагогию! Разве я оставил вам выбор? Впрочем, я могу и сам передать сэру Джорджу свое распоряжение... Только кто от этого выиграет?

– У вас не все гладко пройдет с эвакуацией,    проговорил Вилди, сообщив Калагену о новостях, а подробности обещая рассказать потом.

 – Вы намекаете на... местный фактор Сил?! И что же они предпримут? Предположим даже, Они сумеют проникнуть сюда. Но ведь я явился сюда не  с пустыми руками! Они не подозревают о нашем могуществе! Да и вряд ли смогут отворить дверь с кодовым замком. Взломщики получат по заслугам, зато гостей ожидает радушный прием. И нам, кстати, ничто ни мешает, как бы походя, уничтожить несколько планетных Систем. Мы, разумеется, пойдем на это, если нас  попытаются остановить... О чем вы задумались?

– Я хочу проснуться и сказать самому себе: «Это был кошмарный сон! Но больше такого не повторится!».

  Неужели вы надеетесь, что я откажусь от титула Тэнника? Пространство уже выделено. Его надо начинать осваивать... Я возлагаю на вас определенные надежды, Велиал. Я смогу вернуть себе утраченное дедом Староводство. А вот вы, именно вы, стали бы замечательным Тэнником!

  Но если я не согласен?

– А кто вас спрашивает? Снова эта дурацкая пукалка... Как вам нравится в... этом поле? А ведь я ничего не включал. Болезненно, правда? Расслабьтесь! Чем больше вы напрягаетесь, тем сильнее противодействие... А вы – опасный противник, Хэнсли! И, похоже, я вас недооценил… Местные феномены… Внимание! Сообщение по всем каналам. Комплектование завершено. В связи с чрезвычайными обстоятельствами Мы покинем Землю через сорок восемь местных часов!

– Придется отложить отъезд,    перед Годо объявился Чат.

– А где твой собрат? –  Годо нисколечки не удивился.

– Если меня постигнет неудача, вмешается он!

– И вы рассчитываете, что со своей доморощенной магией вы способны противостоять Ахетону? Вам придется смириться с потерей сотни миллионов вэльфов. К тому же –  ДОГОВОР...

– Но почему НАС не поставили в известность?

– Кто задержал сообщение – разбирайтесь Сами по своим каналам связи. Я ничего не краду!! Я лишь забираю свою… долю.

– Пешки! –  Рогатый закурил сигару и грузно плюхнулся  на пластиковый стул. –  Мы так и остались пешками… в ЧУЖОЙ ИГРЕ...

 

Здравствуйте, звёзды!

Первая декада Первого Оборота.

 

Жребий брошен. Планеты  распределены. Пути к отступлению – нет...

Где ты, Земля? Я так о тебе  тоскую...


"Фанданго" № 4
Начало "ИСТОРИИ ОДНОЙ БЕЛИБЕРДЫ" 




   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.


Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики