Крымский клуб фантастов
Главная
Авторы
Произведения
Журналы клуба
Книги
Фестиваль
Друзья клуба
Контакты



Главная страница сайта

Борис МАРУСИЧ
( Симферополь)

Ночь на новый год

      Ночь как ночь, хотя и новогодняя. Четвёртый час пополуночи. Гости разбрелись – кто спать, кто звёзды считать. За столом остался я наедине со всякой едой и напитками. Телек выключил: надоел своим корявословием и умными физиями – мордами, попросту говоря. Когда тебе перевалило за шестьдесят, наступают иногда моменты тупого удивления от того, что морда на экране готовится открыть рот, а ты уже знаешь, о чём она врать будет, или как веселить, или ещё что-нибудь преподнесёт как новость необыкновенную. Всё уже где-то видел или слышал. Захотелось себя удивить самому – пьяное дело! Как-нибудь необыкновенно выпить и ещё необыкновеннее закусить. Сожрать после рюмки мартини солёный огурец, а потом – эклером раскачать пьяненькую дрёму – вот я какой,  Новый год всё-таки! В поисках напитка взгляд остановился на бутылке странного вида. В целом она напоминала друзу на ромбовидной подставке. Пробка в виде приплюснутого шара на утончённом горлышке завершала композицию, располагающую к самоудивлению. Нет, так нельзя! Я принёс из кухни большой ящик для белья и загрузил в него грязную посуду: не мог же я сам себя удивлять окурками, погруженными в шпротное масло или надгрызенным огурцом – а потому надо было приготовиться к самоудивлению как следует, как к спектаклю. Если уж нет ложи бенуара, то хотя бы чистота должна располагать к задуманному. Собрав воедино самые разнообразные, несовместимые по назначению закуски и придав им пристойный вид на столе, расставив всё таким образом, чтобы исключить возможные неудобства, дабы не тянуться ни за чем, обеспечив себе застольный комфорт я наконец-то взял в руки ту самую бутылочку-друзу. Странно, подумалось, почему до сего времени эта посудина не удостоилась внимания ни моего, ни кого-либо из гостей. Красивый шнурок, протянутый через дырочку в пробке, обвивал изящное горлышко, заканчивая путь под зелёной сургучной печатью. Сорвал печать и вытащил пробку, оказавшуюся обычной, из пробкового дерева, вставленную в приплюснутый шар. Характерный звук и необыкновенно тонкий аромат слились в единую композицию   предвкушения. Рюмка из комплекта "Мартини", наполненная неизвестным напитком, засветилась янтарным, цвета сосновой камеди, мерцающим светом.  Пронзительно   тонкий запах проник в моё сознание  мгновенно. Тело налилось упругой силой, как если бы мне было восемнадцать лет, и я увидел прекрасную девушку. И я отпил, ничуть не сомневаясь в качестве напитка, ничего не боясь и ни о чём не думая. О боже! Что это было! Что это было?
       Во мне появилось желание сделать Большое Добро, именно Большое, именно Добро!   В комнате явно посветлело, как при встрече с прекрасным или в преддверии этой встречи. Тихая музыка тронула нервы в унисон с «Болеро» Равеля, заставляя трепетать душу открывшимися видениями тепла, света, физически ощутимой ласки, ощущением полёта – совсем как бывало иногда в детстве.   Слабое движение воздуха тронуло шторы, огонёк свечи, дверь приоткрылась – и в комнату вошла женщина. Я ничуть не удивился, ибо было чувство ожидания, как будто    бы я давно ожидал её, именно её, и очень давно. Так бывает в карточной игре или в игре в бильярд: предвкушение выигрыша или точного удара овладевает тобой, и тут же всё сбывается, не оставляя времени на удивление. Так случилось и сейчас: конечно же, я ожидал! Мне с детства нравилась "НЕЗНАКОМКА" Ивана Крамского, я мог часами глядеть на репродукцию этой картины в журнале "Огонёк" – что там   Мона Лиза, образ этой женщины я пронёс через всю свою жизнь. И вот теперь Она  здесь! Совершенно точно – она.  Растерянность и осторожная радость одновременно овладели мной. Я оглянулся: нет, всё на месте – мой дом, моя комната.  Рука ощущала стол и рюмку, да и свечечка мерцала  как обычно – нет, не видение. Женщина улыбнулась, впервые за много лет.
- Здравствуй, Борис, долго ждал ты меня, с Новым годом, с Новым счастьем!
- Да, я ждал тебя всю свою жизнь, всё Время находилось под твоим контролем,  Незнакомка! Я всегда краешком сердца, запахом цветов, игрой солнечного лучика в росе, цветением весенних садов, игрой красок восхода и заката – всем, что для меня было прекрасным, чувствовал твоё присутствие, я знал – это ТЫ! И  вот теперь…
      Я молчал и смотрел. Впервые она не сидела. Всё тот же синий бархатный костюм, бархатная шапочка, страусово перо, мех, ленты, золотой браслет. Глаза, полуприкрытые смуглыми веками – бездонный взгляд! Всё  сочеталось в линии   грации – лицо, одежда, атласные ленты и тени губ, сама фигура – всё, всё, всё! Наконец я встрепенулся.
- Кто ты, Незнакомка, где нашел тебя Иван Николаевич, как зовут тебя, наконец?
      Легкое движение тронуло громадные пушистые ресницы дамы, и губы раскрылись в полуулыбке.
- Прежде чем нарисовать меня, Иван Николаевич увидел многих, познал многих, но я была у него последней, я забрала его с собой.    
- Как забрала? – удивился я.
      Женщина   немного помедлила.
- Видишь ли, Борис, все художники создавали своих женщин как идеалы красоты, как символы женственности: Рафаэль, Боттичелли, Брюллов, Боровиковский, –абсолютно все начинали с прообраза, в отличие от меня: я была точной копией, не идеалом и не символом, как ты видишь сам, всё выписано точно, до деталей мельчайших – я всегда такая, без перемен во времени. Ну да дело вовсе не в том. Я пришла помочь тебе.  
- Погоди, погоди! Ты не ответила на вопрос, как ты забрала Крамского с собой, как это случилось?
- Да, было такое, но с отсрочкой почти на четыре года, не торопись, скоро всё узнаешь сам. А теперь ответь мне: хотел бы ты кардинально изменить своё положение в этом мире, почувствовать себя в ином качестве?
- Что значит в «ином»? – насторожился я.
- А то и значит: снять с себя вериги забот о детях, о жене,
вообще обо всём, до лучших времён.
- Что, бросить их, да как же можно?
- Смешной ты, да оглянись, а нуждаются ли они в тебе, в
твоих советах, в твоём опыте? Дети, как и все дети, предпочитают набивать лбы себе сами, не желая слушать твоих предупреждений. Жена не желает тебе зла, но и ни разу за всю
вашу совместную жизнь не спросила о том, что приготовить тебе на завтрак или на ужин, может быть, ты и сам в этом
виноват, но такой уж получилась жизнь, а тут, извини, нет
обратного хода.
- Ты предлагаешь мне расстаться с моей семьёй?
- Почему расстаться! Они будут навещать тебя, но не более,
то есть не будут мешать тебе.
- И я буду всё время с тобой?
- Да, и поверь мне, ни единого упрёка от меня не
услышишь – ни утром, ни вечером. И это притом, что ты
любовался мною всю свою жизнь, за что я ценю тебя и сегодня пришла   посоветоваться и посоветовать. Не более получаса назад ты рассуждал о том, что тебе всё надоело, всё знакомо, даже захотел как-то необыкновенно напиться под селёдку с эклерами, а я, пожалевшая, а потому и пожелавшая компенсировать стресс, подсунула бутылочку с волшебным зельем, а иначе нельзя.
 -    Заманчиво, очень заманчиво, а ведь и правда не проходит и
дня, чтобы не поругаться, доказывая свою никому не нужную правоту.  Никто не перекрестит спину, когда ухожу на работу, никто не поцелует, когда прихожу с работы, да и пожрать ничего особого не предложат. Никто не поинтересуется делами на работе, никто не спросит, что я написал – стихи, прозу… Послушай, Незнакомка, а как же любовь?
- Да я и зову тебя в мир вечной любви, все будут тебя любить: жена, дети, внуки, друзья, я, наконец. Что такое Любовь?
Это когда ты, переночевав в гостях у мамы, уходишь и
замечаешь пришитую пуговицу, заштопанную дырочку,
отсутствие пятна   на брюках и очень умело упакованный
бутерброд в твоей барсетке. Это когда у тебя  спрашивают совета твои дети. Когда   к твоему приходу стол накрыт и тебя
ждут поужинать, поговорить, а если на улице промозглая
погода – дома таз с горячей водой – попарить ноги, и тёплые,
хорошо выстиранные шерстяные носки ручной вязки. Всё это
означает, что ты любим. И наоборот – когда ты дерёшься за
благополучие своей семьи, больной ли, хромой ли идёшь на
работу не очень тобой любимую, чтобы дать возможность
детям выучиться, сытно покушать. Когда ты знаешь, чем можно
порадовать своих близких, и стараешься порадовать и сам
радуешься этому. А теперь сопоставь всё и подумай: был ли
ты любим? Я же зову туда, где будут любить и говорить о
том, какой ты хороший человек, потому, что не надо будет
делать никаких усилий для этого, разве что немножко сотрясти
воздух, сказать что-нибудь, потому что такая любовь не
обязывает к действию, только к словам, произносить которые
не составляет никакого труда. Любовь настоящая молчалива.
Любимым прощается всё. Кто в твоей жизни прощал тебе всё
и делал всё для тебя, всё, несмотря на огорчения,
доставляемые тобой,  – только Отец и Мать, просить прощения у них уже поздно, остается   только   раскаяние. Решайся!
-    Хорошо, я согласен.
      Раздался щелчок – Незнакомка исчезла и наступила темнота. Как-то холодно стало губам. Усилием воли открыл глаза и увидел священника, приложившего крест к моим губам, услышал собственный   голос: «Каюсь!». Увидел жену, детей со скорбными лицами. Увидел на стене знакомую репродукцию Ивана Крамского – «НЕЗНАКОМКА» – и вспомнил дату её написания – 1883 год, за четыре года до смерти художника – время отсрочки.



   © Copyright. All rights reserved. © Все права защищены.
   © Все права на произведения принадлежат их авторам.
Информация на сайте выложена только для ознакомления. Любое использование информации с коммерческими целями запрещено. При копировании ссылка на сайт www.fantclubcrimea.info обязательна.

Зайти на Линзы.ру и купить линзы freshlook colors one day с хорошей скидкой.
Цитирование текстов возможно с установкой гиперссылки.
Крымский клуб фантастов пригашает авторов к публикации в журнале или приехать на фестиваль фантастики